Как вернуть актеров в провинцию — отвечают ректоры ГИТИСа и «Щуки»

Денис СУТЫКА

15.05.2020


Григорий Заславский. Фото: Сергей Ведяшкин / АГН Москва.

Согласно статистике лишь 5–10 процентов выпускников столичных театральных вузов возвращаются в родные города и вливаются в местные театральные коллективы. Большинство молодых специалистов «оседают» в Москве и Санкт-Петербурге. По просьбе «Культуры» ректоры двух ведущих театральных институтов России — Григорий Заславский (Российский институт театрального искусства (ГИТИС)) и Евгений Князев (Театральный институт имени Б. Щукина) рассказали, как изменить ситуацию и какие нужны механизмы, чтобы привлечь выпускников в региональные театры.

Ректор ГИТИСа Григорий Заславский — о том, как вдохнуть жизнь в театральную провинцию.

— Примерно год назад, когда Владимир Путин выступал с очередным Посланием к Федеральному собранию, возникла идея в дополнение к программам «Земский доктор» и «Земский учитель», безусловно, способствующим возрождению провинции, придумать и запустить программу «Земский деятель культуры». А может быть, даже еще точнее — «Земский продюсер», потому что в театре все начинается с креативной идеи, которая способна привести за собой людей, деньги, увлечь жителей региона. А это значит, что у них появится смысл не менять место проживания. Потому что люди живут там, где есть качественные продукты. Людям удобно жить там, где они могут учить своих детей. Но при этом очень важно, что людям хочется жить там, где интересно. Кроме того, город, в котором есть интересный театр, будет привлекать инвесторов. Крупная компания никогда не откроет представительство в регионе, где нет театра. А мировые корпорации поднимают планку еще выше — им нужен театр оперы и балета.

Например, в Воронеже сегодня ты встречаешь большое количество молодых и красивых девушек. Они не спешат уезжать из города, где есть театральный фестиваль мирового уровня, театры, которые интересны всем. Не только жителям, но и гостям. И тогда город перестает быть умирающим, наоборот, развивается и, как в случае с Воронежем, перешагивает миллионный порог. У меня есть основания связывать это с тем, что в городе есть театры и коллективы, известные далеко за его пределами.

Сегодня мы не можем заставить выпускника ГИТИСа, например, из Челябинска вернуться назад к себе в родной город на предлагаемую зарплату в 12 тысяч рублей. Он прекрасно понимает, что в Москве, снимаясь в заштатных сериалах, в маленьких ролях, о которых говорят: «Смотрите, вот — вот я был в кадре», он будет получать больше. Даже при таком раскладе у него будут деньги и на оплату снимаемой комнаты или маленькой квартиры, и на еду, и на какие-то развлечения. То есть тысяч 50–60 рублей ему гарантированы.

Что же тогда нужно сделать? Мне кажется, пришло время вдохнуть жизнь и смыслы в то, что называется целевым обучением. Каждый год мы получаем из регионов письма, где нас просят принять актера из такой-то республики, двух — из другой области. К сожалению, почти 100 процентов этих заявок мы оставляем без удовлетворения, потому что те, кого нам предлагают принять, чаще всего люди совершенно неподходящие и не проходят даже первого тура прослушиваний. Зато каждый год из той же области или республики к нам приезжают десятки абитуриентов, и кого-то мы обязательно берем. Однако провести этих людей вместо предлагаемых на целевое обучение у нас сегодня не получается. Даже если бы получилось, мы бы не смогли гарантировать этой области или республике, что ребенок вернется обратно. Таким образом, нужна целевая программа, которая подкрепляла бы бюджетное место трех- или четырехсторонним договором между Министерством культуры, ГИТИСом, регионом, ребенком или его родителем и какой-то крупной организацией, которая будет ставить довольно жесткие условия по возвращению этих детей.

Вдобавок к оплаченному обучению должно быть что-то такое, что можно назвать «предложением, от которого невозможно отказаться». Например, ипотека по льготной ставке. И тогда, окончив вуз, выпускник понимает, что, с одной стороны, он может остаться, но тогда ему придется выплатить два миллиона рублей, которые на него были потрачены за обучение, а на другой чаше весов — гарантированная работа и существенные для молодого человека социальные льготы.

Конечно, такая программа должна касаться только режиссеров и продюсеров. Тех, кто меняет культурную картину театра, а затем и города. Актер, который подпишется под таким договором, вернется в родной регион, где, может быть, загибающийся театр с десятилетиями сидящим в кресле худруком — выдающимся мастером, который последние пять лет уже ничего не выпускает. И в этой безрадостной картине молодой человек будет прозябать три или четыре года. Спрашивается, зачем?

Мы же хотим, чтобы эта целевая программа привела к изменениям к лучшему, а не собираемся наказывать молодых, талантливых людей заточением в безжизненном театре. Но без изменения вот этой ситуации, боюсь, мы и дальше будем высасывать из провинциальных городов талантливых людей и не сможем заставить их вернуться обратно.

Евгений Князев. Фото: Андрей Никеричев / АГН Москва.

Ректор Щукинского театрального института Евгений Князев — о том, почему сегодня целесообразнее готовить актеров под конкретные театры.

— Сегодня на рынке труда актеров в России сложилась интересная картина: с одной стороны, переизбыток молодых специалистов и вузов, которые их готовят, с другой — нехватка молодых кадров в региональных театрах, особенно в малых городах.

Можно очень долго говорить о причинах, по которым выпускники столичных театральных вузов не хотят возвращаться в родные города. Здесь и юношеский максимализм, и проблемы с жильем в регионах для молодых артистов, и желание пробиться в кино. Суть же проста — ребята всеми правдами и неправдами стараются закрепиться в Москве и Санкт-Петербурге. Процент тех, кто по окончании вузов возвращается на родину, ничтожно мал. Более того, многие выпускники региональных театральных институтов так же едут пытать свое счастье в Москву, где, как показывает практика, лишь единицам улыбается удача. Большинство растворяется в мегаполисе, ребята находят себе какое-то другое занятие, в то время как в театре родного города, вполне вероятно, могли бы состояться и вырасти в хороших артистов.

При этом я убежден, что учиться актерской профессии все-таки нужно в столице, так как здесь очень много культурных ценностей, которыми должен напитаться будущий актер. Я очень уважительно отношусь ко всем городам и регионам, но, увы, Третьяковка у нас одна. Большой и Малый театры можно увидеть тоже только в столице. Все это необходимо увидеть, прочувствовать, а уже затем смело отправляться делиться со зрителем своим мироощущением, знаниями и профессиональными навыками. Но опять же, как убедить молодого человека вернуться домой?

Один из вариантов — так называемые целевые курсы, на которых специально обучают актеров под конкретный регион и театр. Театральный институт имени Бориса Щукина традиционно готовит целевые национальные студии для других регионов, иногда даже стран. Это осознанное решение института, ведь театр, слава Богу, есть не только в Москве, но и в других городах.

Раньше вуз сам решал, сколько целевых мест он готов отдать, но с этого года нам установили новую систему распределения бюджетных мест — 50 процентов должны быть целевыми. Договоры заключаются с театрами. С одной стороны, театр должен гарантировать, что возьмет студентов по окончании учебы к себе на работу, и если по какой-то причине этого не делает, то выплачивает выпускникам заработную плату в объеме трех окладов. Также мы просим, чтобы театр или регион платили студентам дополнительную стипендию, оплачивали проезд на место практики к себе в регион, общежитие в Москве, национальные костюмы. С другой стороны, у ребят тоже очень серьезные обязательства. Они обязаны компенсировать стоимость обучения за тот период, который отучились, если вдруг передумают и покинут целевой курс. Если же выпускник решил, что не поедет в театр в свой регион, он должен будет полностью вернуть стоимость обучения за четыре года, а это около двух миллионов рублей. Таким образом, у молодых специалистов появляется серьезная ответственность.

У нас ежегодно набирают национальные студии. Например, в этом году мы набрали калмыков и коми. Продолжает учебу целевой курс для Архангельска. На выпуске курсы для Азербайджана и Бурятии. При наборе на целевые курсы мы учитываем пожелания того театра, который присылает к нам абитуриентов. Если это национальные студии, то в обучение обязательно добавляется язык, так как подразумевается, что будущие актеры в своем регионе будут играть не только на русском, но и своем родном.

По сути, каждый такой курс — это готовая труппа, которая поедет в полном составе в театр, уже имея репертуар. И поверьте, театр, в котором в один прекрасный день появится целая группа молодых выпускников, заживет совершенно иной жизнью. Появится конкуренция внутри коллектива, которая даст толчок к дальнейшему росту. Молодые актеры не затеряются среди старших коллег, так как войдут в театр мощной группой.

Конечно, целевые курсы не станут панацеей, но это отлаженный механизм, который помогает регулировать движение молодых специалистов. Я считаю, сегодня целесообразнее готовить актеров под конкретный театр, где их ждут. Мы же в свою очередь можем помочь всем нуждающимся театрам России, потому что сами заинтересованы в дальнейшем трудоустройстве студентов.

Материал был опубликован в № 2 газеты «Культура» от 27 февраля 2020 года.

Фото на анонсах: Сергей Ведяшкин и Андрей Никеричев / АГН «Москва».