Ламповая опера

Александр МАТУСЕВИЧ

26.12.2019

В Детском музыкальном театре имени Наталии Сац сделали яркое шоу из малоизвестной в России оперы.

Фото: Елена Лапина

Популярная история о добром и отважном Аладдине и его друге джинне из волшебной лампы живет на столичных сценах в нескольких обличьях. Музыкальный театр к ней также весьма неравнодушен. В 2015-м в Театре имени Станиславского и Немировича-Данченко была поставлена опера мэтра киномузыки Нино Роты «Волшебная лампа Аладдина», она с успехом идет уже пятый сезон. Кроме того, одноименные мюзиклы есть в репертуаре Детского театра эстрады и Театриума на Серпуховке. Бесспорно, знакомый каждому ребенку сюжет, растиражированный кино и телевидением, привлекает: чудеса в восточном антураже — что может быть лучше для создания предновогоднего настроения, для полноценного ощущения праздника?

Примерно так, видимо, полагали и в главном российском оперном театре для детей, приготовив к новогодне-рождественским каникулам большую премьеру: оперу узбекского советского композитора греческого происхождения Совета Вареласа, написанную в далеком 1971 году и дважды (в 1978-м и 2016-м) поставленную в Большом театре оперы и балета имени Алишера Навои в Ташкенте. Творчество композитора мало известно в России, его деятельность была целиком связана с Узбекистаном, где он прожил практически всю жизнь; преподавал в местной консерватории и создал немало сочинений в различных жанрах академической музыки. Между тем его единственная опера пользуется в бывшей союзной республике заметной популярностью. Первая ее постановка прошла в Театре имени Навои более двухсот раз, по причине чего три года назад к ней обратились вновь, сделав новую версию.

Нельзя сказать, что музыка поражает новизной и изобретательностью, неповторимой оригинальностью и легко запоминается. Но вместе с тем автору не откажешь в профессиональном мастерстве, владении законами музыкальной драматургии, оркестровым письмом, а также в мелодическом даре. Поэтому в целом результат получается любопытный, хотя в большей степени спектакль Театра Сац интересен как сценическое действо, как театральное высказывание, в котором синтетически соединены различные компоненты.

Фото: Елена Лапина

Тем ценнее усилия постановочной команды, сумевшей на основе мастеровитой, местами яркой, но все же едва ли выдающейся музыки создать впечатляющий продукт, который с удовольствием посмотрит «и маленький, и старенький». Худрук Театра Сац знаменитый режиссер Георгий Исаакян создает увлекательное, динамичное действо, в котором, как в кино, лихо сменяются картины — только что ты был во дворце султана, а вот уже вместе с несчастным Аладдином ползешь по весьма реалистично воссозданной пустыне; скромное жилище багдадского нищего в мгновение ока сменяется таинственной волшебной пещерой. Здесь летает огромная голова джинна, шагают большущие верблюды, в инфернальном плясе пугают зрителей люди-скелеты (балетмейстер Михаил Галиев), на смену которым прибегают утонченные одалиски, а действие неоднократно выплескивается в зал, превращаясь в интерактивное шоу, когда любой малыш может вблизи рассмотреть узоры платья красавицы Будур или потрогать за невероятную голубую бороду поющего монументальным басом волшебного духа.

Что действительно поражает в спектакле — это его визуальное решение: сценография масштабна и роскошна, разнопланова и занимательна, в ней продумано все — и большое, бьющее наотмашь, и каждая мелочь. Художник Станислав Фесько, кажется, превзошел самого себя, создав на сцене невероятной красоты мир восточной сказки с гранатовым троном и сверкающими всеми цветами радуги куполами и колоннами, а Наталья Осмоловская одела главных и второстепенных героев в выразительные, эстетичные, сделанные с юмором костюмы. От этого пиршества для глаз оторваться решительно невозможно: оно завораживает каждого, а эффект усиливает выразительный свет Сергея Мартынова.

Фото: Елена Лапина

Для лучшего восприятия маленькими слушателями, которым должно быть понятно каждое пропеваемое слово, в театре прибегают к звукоусилению — в опере поют как в мюзикле, через микрофоны. Правда, не всех певцов это спасает в плане дикции, а особенно фактурным голосам даже и несколько вредит. И дело тут не в качестве подзвучки, которая весьма достойная, а в вечной проблеме совместимости академического вокала и микрофона. Тем не менее некоторые певческие работы очень хороши — звонкий тенор Максима Дорофеева насыщает партию титульного героя волевыми интонациями, нежно журчит легкое сопрано Альбины Файрузовой (Будур), устрашающе доминирует в зале мощный бас Дмитрия Почапского (Джинн), а отличный комический эффект — когда один из четырех визирей султана поет высоким сопрано — превосходно передает своими острыми колоратурами Олеся Титенко.

Хор Веры Давыдовой и оркестр театра под управлением Алевтины Иоффе демонстрируют хорошую форму: дирижер интерпретирует партитуру ярко, подчеркивая ее динамизм и стремясь высветить все выгодные ее стороны, прежде всего ориентальные красоты и контрастность. Успех у детской аудитории опера-сказка имеет невероятный: создать праздник Театру Сац удалось вполне, а подарок получился по-восточному колоритный.


Фото на анонсе: Елена Лапина