Гаэтано из Бергамо

Александр МАТУСЕВИЧ

10.12.2019

В Бергамо прошел Международный оперный фестиваль Гаэтано Доницетти. Одним из сюрпризов итальянского смотра стала малоизвестная опера о русском царе Петре Великом.

Фото: Джанфранко Рота

Познавший небывалые триумфы в музыкальных столицах Европы, Доницетти родился и умер в маленьком местечке в Ломбардии, имеющем древнейшую, еще доримскую историю. В России при упоминании Бергамо вспомнят разве что зарифмованное с его именем название советской кинокомедии по «Слуге двух господ» Гольдони с блистательными Натальей Гундаревой и Константином Райкиным. Не лучше ситуация и в Европе: находящийся в полусотне километров от Милана, Бергамо обречен навечно находиться в тени «большого брата», и даже итальянцы порой не знают о сокровищах, которые таит этот городок, одна часть которого раскинулась в долине реки По, а другая взобралась на альпийский отрог.

Одним из таких сокровищ является монографический Международный оперный фестиваль, посвященный великому уроженцу этих мест. Музыкальные приношения гению бельканто проводятся здесь издавна, его чтут свято — ​местный театр носит имя Доницетти, около него высится роскошный беломраморный памятник, есть дом-музей, где родился композитор, а к надгробию мастера в главном храме города Санта-Мария-Маджоре возлагаются цветы в памятные дни. Однако доницеттиевский фестиваль не сумел пока обрести такой же известности, как другие монографические смотры Италии — ​россиниевский в Пезаро, вердиевский в Парме или пуччиниевский в Торре-дель-Лаго. Хотя наследие Доницетти по количеству столь впечатляюще, что хватило бы на несколько музыкальных форумов. Пять лет назад в Бергамо пришла новая команда во главе с Франческо Микели, стремящаяся добиться большей популярности фестиваля и придать ему своего рода идеологию. Она поставила целью возрождение забытых произведений композитора, осуществление научных исследований и подготовку постановок по критически корректным изданиям партитур, видео- и аудиофиксацию спектаклей, а также приглашение лучших музыкальных сил.

Программа нынешнего смотра включала три оперы в полноценном сценическом воплощении и целую серию концертов. Среди нетеатральных мероприятий выделяется, бесспорно, исполнение в день рождения композитора, 29 ноября, в базилике Санта-Мария-Маджоре мессы «Глория», написанной в зрелый период творчества: полную упоительных мелодий и ярких контрастов партитуру великолепно воплотили сопрано Серена Фарноккиа, меццо Вардуи Абрамян, тенор Джулио Пеллигра, бас Роберто де Кандиа, фестивальный хор (худрук Фабио Тартари) и оркестр под управлением маэстро Коррадо Ровариса.

Из известных вещей гения была выбрана «Лукреция Борджиа» — ​великолепная драматическая ренессансная фреска об отравлениях, заговорах и любовных несовпадениях. Эта опера не так уж часто появляется на мировых подмостках. Жесткую, достаточно натуралистичную и мрачную постановку осуществил Андреа Бернард, но ее посыл не противоречил пленительной музыке Доницетти — ​несмотря на все красоты, опера повествует о весьма кровавых временах и отвратительных нравах, поэтому брутализм продукции был уместен и гармонировал с драматическим накалом партитуры. 

Фото: Джанфранко Рота

Кроме того, опера была великолепно спета. Лишь сопрано Кармелы Ремиджо в титульной партии показалось бедноватым и не масштабным для такого значимого персонажа, который в недавнем прошлом воплощали поистине великие певицы, такие как Сазерленд и Кабалье. Зато мощный бас Марко Мимицы (Альфонсо), звучный и насыщенный тенор Шавьера Андуаги (Дженнаро) и сочное, шоколадного окраса, мягкое и виртуозное контральто Вардуи Абрамян (Орсини) творили настоящие чудеса бельканто. Молодежный оркестр Луиджи Керубини и хор Муниципального театра Пьяченцы под управлением Карлы Дельфрате увлекали тембральным богатством и динамическим разнообразием, подарив захватывающее исполнение одной из лучших опер изысканного итальянского стиля.

К раритетам нынешнего фестиваля относились две оперы. «Ангел Низиды» сочинялся для Парижа, но света рампы так и не увидел: большая часть его музыки была использована позже композитором для «Фаворитки», получившей мировое признание и популярность. Долгое время «Ангел» считался утерянным, однако совсем недавно был восстановлен, и до Бергамо уже состоялось его концертное исполнение в Лондоне.

Фото: Джанфранко Рота

Вторая редкость — ​опера «Петр Великий, или Ливонский плотник», главным действующим лицом которой выступает первый российский император, — ​взята не случайно: фестиваль проводит акцию «Доницетти — ​200», суть которой хронологически исполнить все наследие композитора ровно через двести лет после мировой премьеры каждого опуса. «Петр Великий» был впервые поставлен в Венеции как раз в 1819 году. Повод о нем вспомнить, стало быть, самый логичный и законный. Вообще, личность Петра всерьез волновала Доницетти, он посвятил ему даже две оперы — ​помимо раннего «Ливонского плотника» в более зрелые годы маэстро сочинил «Бургомистра Саардама», повествующего о приключениях царя в Голландии. В обоих сочинениях исторической достоверности немного, зато с избытком запутанной комедийности и соответственно бодрой, динамичной музыки. Правда, в раннем произведении, которое как раз и представили в Бергамо, стиль Доницетти еще только угадывается — ​в опере чувствуется влияние Россини и даже более ранних образцов (Чимарозы, Паизиелло), а ее музыкальная форма чересчур рыхлая. Сочинение невероятно длинное, со множеством мини-финалов, которые все никак не разрешатся окончательным аккордом. А также с колоссальным количеством действующих лиц — ​одних только примадонн-сопрано целых три, причем у каждой есть большая ария, да еще и не одна.

Фото: Джанфранко Рота

Действие оперы происходит в Прибалтике, где царская чета инкогнито ищет брата Екатерины Карла Скавронского. И обнаруживает, что у того роман не с кем-нибудь, а дочерью предателя Мазепы Аннеттой. Но поскольку предатель год как скончался, великодушный Петр решает стать Аннетте отцом, и все на радостях отправляются домой — ​в Петербург. Эту невероятную псевдоисторическую оперную клюкву а-ля рюс всерьез воспринимать невозможно, поэтому режиссеры Марко Пачиотти и Лоренцо Паскуали приняли единственно верное решение — ​не делать из нее исторический спектакль, а акцентировать буффонную стихию. Но чтобы все-таки привязать историю про русского царя к России, сценографию и костюмы решили сверхоригинально, положив в основу творчество русских авангардистов начала прошлого века — ​Казимира Малевича, Василия Кандинского и других. Угловатая графика и контрастные цвета придали спектаклю еще более комический вид и справедливо перетянули одеяло на себя, оставив в тени достаточно клишированную музыку юного композитора. Аутентичный оркестр «Ориджинали» под управлением Ринальдо Алессандрини играл ладно и выразительно, а среди достойного состава (Лориана Кастеллано — ​Екатерина, Паола Гардина — ​Мадам Фриц, Франциско Брито — ​Карл) выделялись пластичный бас Роберто де Кандиа (Петр) и звонкое сопрано Нины Солодовниковой (Аннетта).


Фото на анонсе: Джанфранко Рота