Декаданс в Доме музыки: зонги Курта Вайля в исполнении Александры Дурсеневой

Александр МАТУСЕВИЧ

17.11.2020

 Фото: Лена Балакирева

У солистки Большого и ее команды получился полноценный театр — именно то, что так любил и чем жил великий композитор.

Много ли мы знаем о немецком композиторе, классике прошлого века, часто ли слышим его музыку? На периферии сознания крутится лишь воспоминание о политическом театре Бертольда Брехта, с которым Вайль сделал немало, а вершиной для этого тандема стала бессмертная «Трехгрошовая опера». Его мелодии стали поистине народными, самые популярные эстрадные кумиры разных эпох дарили им свои голоса, но эти песни чаще ассоциируются именно с исполнителями — Синатрой, Армстронгом, Фицджеральд, Боуи, а про автора как-то особо и не вспоминают.

Академические певцы соприкасаются с музыкой Вайля не так часто: его оперы ставятся редко, за исключением, пожалуй, «Возвышения и падения города Махагони», да и эта опера особая, требующая скорее поющих актеров, нежели больших вокалистов, хотя, конечно, опера в большей степени, нежели мюзикловая «Трехгрошовая». А зонги, написанные как для театральных произведений, так и отдельно сочиненные, вроде как предназначены для голосов попроще. Тем не менее, выдающиеся певцы иногда разнообразят ими свои концертные программы, а порой даже поют целые программы — у нас это делали в свое время Елена Образцова и Любовь Казарновская, а на Западе — Тереза Стратас.

Обращение солистки Большого театра, заслуженной артистки России Александры Дурсеневой к этому пласту музыкальной культуры, на первый взгляд, неожиданно: ее серьезное контральто, которым с главной сцены страны обращались к публике истовая раскольница Марфа в «Хованщине», отважный Ваня в «Сусанине» или томный Ратмир в «Руслане и Людмиле», казалось бы, голос слишком весомый и богатый для незатейливых композиций. С другой стороны, драматическое меццо-сопрано или даже контральто в главном театре страны не слишком избаловано разнообразием репертуара. Редкий голос — это, с одной стороны, дар Божий, но, с другой, есть свои особенности: выбор всегда ограничен, во многих популярных операх ему отводятся весьма второстепенные партии, а, например, у такого законодателя оперной моды, как Пуччини, для него практически ничего не написано.

Хотя певице грех жаловаться — ее карьера получилась весьма интересной, пела она на многих важных сценах («Ковент-Гарден», «Ла Скала», «Гранд-опера», Глайндборнский фестиваль и пр.), участвовала в интереснейших проектах вне Большого (например, совсем недавно — в мировой премьере оперы Александра Вустина «Влюбленный дьявол» в Театре Станиславского). Наделенная огромным запасом энергии и любовью к своей работе Дурсенева, накопившая большой артистический и музыкантский опыт, в последние годы все чаще берется за монографические камерные программы. Раньше это были русские и западные композиторы-классики благословенного для вокала XIX века, так что обращение к Вайлю — это своего рода вызов.

Хотя этот шаг вполне объясним: Вайль создал собственный удивительный звуковой мир, переплетя серьезную музыку, салонный стиль и народно-песенный фольклор. Его музыка с точки зрения технологии вокала удобна и хорошо воспринимается слушателями. Тут сложности, скорее, иного рода. Прежде всего стилистические: как соблюсти чувство меры, как не скатиться в пошлость и показную опереточность? И во вторую очередь — эмоциональные: ведь за напускной веселостью, нарочитой простотой в песнях Вайля часто прячется трагедия, обреченность, опустошенность, разочарование. И, наконец, театральные: зонгам Вайля неуютно на строгой концертной эстраде, им нужна стихия шоу, та самая яркая кабаретность, которая — сама суть, сама душа этой музыки. Ведь писал он их для своей жены и музы Лотте Ленья — настоящей звезды этого легкого жанра: именно любовь к ней увела его с дороги строгого академизма и подвигла создать свой уникальный язык.

Александра Дурсенева решает последнюю проблему радикально, предлагая не монографический концерт, а настоящий спектакль, названный «Курт Вайль: Kabarett Musik». В нем представлены не только известные зонги из мюзиклов, но и лирические произведения, пронизанные драматизмом. Все песни объединены одним сюжетом, в основу которого легли сложные взаимоотношения композитора с Лотте Ленья.

Предваряя концерт, Александра Дурсенева поделилась с журналистами своим восприятием творчества Вайля:

— Из всего многообразия собравшегося у меня материала я отобрала, как мне кажется, абсолютные жемчужины. А критерий был предельно прост: это должно отзываться в моем сердце. «Отозвались» песни о любви, о судьбах женщин — трагические, лирические, комические. Каждый из зонгов Вайля — это отдельное драматическое произведение, маленький спектакль, а порой и целая жизнь, переданная в трех минутах песни.

Одной из наиболее важных в творчестве Вайля является антивоенная тема, которая особенно актуальна в год празднования 75-летия Победы в Великой Отечественной войне. Она присутствует во многих произведениях Вайля, вынужденного бежать из фашистской Германии, где существовала прямая угроза его жизни вследствие его еврейского происхождения, а его произведения сжигались на кострах. Ужасы войны и необходимость сделать все, чтобы трагедия не повторилась, — еще одна приоритетная тема спектакля. Самая пронзительная песня в нем посвящена войне — Und was bekam des Soldaten Weib. Она написана Вайлем в 1943 году на стихи Брехта, в ней он гениально предугадал гибель миллионов солдат и Победу России над фашизмом: именно из России жена солдата вермахта получает траурную вуаль!

Наше синтетическое действо в форме Dark kabarett — рассказ о любви и жизни женщины в самые сложные для Европы 30–40-е годы прошлого столетия. Песни исполняются без микрофона, благодаря чему происходит необычное сочетание оперного голоса и стилистики кабаре, что придает зонгам особую энергетику и смысл. Звучат они на тех языках, на которых написаны — немецком, французском и английском, что добавляет их звучанию необходимый колорит и дополнительно погружает слушателя-зрителя в соответствующую атмосферу.

У Александры Дурсеневой и ее команды получился полноценный театр — то, что любил и чем жил Вайль. Теплому и мягкому, темному и глубокому контральто певицы помогает не только ее артистическая свобода в воплощении образа непредсказуемой Лотте, абсолютное владение секретами сценического бытия, но и прекрасный ансамбль единомышленников. В роли Вайля выступил русско-американский актер Дэниел Медведев: его герой и пел, и танцевал, и читал текст «от автора». Роль второго безымянного партнера примы исполнил солист «Геликона» тенор Василий Ефимов. Камерный инструментальный ансамбль Kurt Weill Orchestra составили скрипка (Александр Барклянский), виолончель (Андрей Березин), контрабас (Александр Павлов), рояль (Надежда Котнова), кларнет (Евгений Варавко) и аккордеон (Сергей Осокин). Либретто действа сочинила Ольга Реквава, а вдохнул жизнь в него режиссер Михаил Елисеев.

Главное, что получилось в новом спектакле, — передать дух, атмосферу и интонацию трагических тридцатых. С их гниловатым декадентским флером, неотвратимостью разворачивавшейся ужасной вселенской драмы и желанием по-страусиному спрятаться от нее за широкой палитрой веселья — от легкой шутки до разнузданного кутежа. Увы, спектакль, посвященный 120-летию со дня рождения выдающегося композитора, вдруг оказался пронзительно современным, перекликающимся пугающими аллюзиями с днем сегодняшним.

 Фото: Лена Балакирева