Пикантная графика

Ксения ВОРОТЫНЦЕВА

25.09.2014

В ГМИИ им. А.С. Пушкина — изысканно-чахоточные «цветы зла» эпохи модерна. Проект «Оскар Уайльд. Обри Бердслей. Взгляд из России» посвящен одному из самых известных мировых графиков, а также его влиянию на искусство, в том числе и наше отечественное рубежа XIX–XX веков. 

Обри БердслейБердслей не нуждается в особом представлении: вундеркинд-самоучка, соединивший орнаментальность ар-нуво с каллиграфичностью японской гравюры. Благодаря ему книжная иллюстрация превратилась в настоящее искусство. На выставке можно увидеть примеры оформления романа Томаса Мэлори «Смерть Артура» и опер Вагнера, портрет Бальзака, а также работы, навеянные «Лисистратой» Аристофана, — античную литературу Бердслей очень любил.

Впрочем, гвоздь экспозиции — варианты иллюстраций к «Саломее» Оскара Уайльда (первое издание сочли слишком фривольным): фантазийные, почти не имеющие отношения к тексту. Избыточность рококо, свойственная другим работам Бердслея, здесь отходит на второй план, графика становится более емкой, лаконичной. Хотя и тут стиль художника узнаваем: все те же стремительные и резкие линии, почти исчезающая мягкость пунктира...

Уайльд недаром представлен организаторами выставки как равноправная фигура: его цинично-остроумная беллетристика и теоретические работы определили эстетику дендизма той эпохи. Писатель и художник принадлежали к одному кругу. При этом приятельские отношения не помешали Бердслею поместить карикатурное изображение Уайльда в «Саломее». Злой юмор был свойственен его графике не меньше, чем сочинениям ирландского поэта.

Русские художники многое переняли от «Черного алмаза», как называл Бердслея Сергей Маковский. Кто-то, как Сомов — усвоив эстетику англичанина, вырос в самобытного художника. Иные — как Анна Ремизова-Васильева, творившая под псевдонимом «Мисс», — застряли в эпигонстве. По всему миру, а не только в России, под влиянием Бердслея распустились «цветы зла». Декадентские, порочные — и такие манящие.