Вулканский салют и портрет Гагарина из газет 1961 года: выставка «Космос наш!» в галерее ARTSTORY

Ксения ВОРОТЫНЦЕВА

15.04.2021

LYASHENKO.jpg


Проект, приуроченный к 60-летию первого полета человека в космос, показывает, что думают о покорении межпланетных пространств художники XXI века.

Космический проект кураторов Дмитрия Буткевича, Валерии Галлай и Люсинэ Петросян впервые вышел на орбиту 10 лет назад. Тогда, в 2011-м, в год 50-летия первого полета человека в космос, в галерее Леонида Шишкина прошла выставка «За неделю до полета». Потом, в 2014-м, была экспозиция «К полету готов?» в Московском музее современного искусства. Позже — выставочные проекты для Заполярья. И вот — новый этап космического путешествия: выставка «Космос наш!», в которой принимают участие 40 художников. Дмитрий Буткевич рассказал «Культуре»:

— Нашу работу мы начинали с простой логистической идеи. Собрались кураторской группой, поговорили и выяснили, что у каждого из нас примерно по 15 знакомых художников. Стали их обзванивать и расспрашивать, вдохновляет ли тема космоса, есть ли у них подобные работы. Думали, хорошо, если откликнется 10 авторов. В итоге отозвались все, за исключением пары человек. Оказалось, что эта тема многим интересна: некоторые делали работы про космос, но публике не показывали. Либо хотели сделать, но не нашлось повода, и они были готовы создать специально для выставки.

Поначалу кураторы пробовали привлекать работы классиков XX века, но затем решили, что важнее показать, как видят и чувствуют космос наши современники.

— В 2011 году проект получился смешанным: в основном, мы показывали художников XX века — соцреалистов, космистов — и немного современных авторов, — рассказала «Культуре» Валерия Галлай. — Однако, начиная с 2014-го, мы показываем только художников XXI столетия. Корпус работ все время меняется. На нынешней выставке мы представили вещи, которые никогда не участвовали в наших московских проектах. Можно заметить, как с каждым десятилетием меняется отношение к космосу. Например, работа Аркадия Насонова «Последние герои» (2007) выполнена в совсем ином ключе, чем произведение Александра Дашевского «Луна в Деве в IV доме», законченная буквально за день до вернисажа — художник во время монтажа нанес последние штрихи. У этой вещи, возможно, более пессимистичная концепция: она отсылает к неустроенности быта миллионов людей, посвятивших свою жизнь космической теме.

Петербургский художник Дашевский рефлексирует на тему цены, которую пришлось заплатить за грандиозный космический проект, и обращается к «маленькому человеку» — обычно остающемуся в тени исторических событий.

— Художник исследует тему космоса в зазеркальном варианте, — отметила в разговоре с «Культурой» Анна Апресян, искусствовед, арт-менеджер галереи ARTSTORY. — Кстати, на одной части работы мы видим два участка черного цвета — глянцевый и матовый. Это неспроста: глянцевый черный — тот космос, который мы знаем и исследуем. Матовый — который не видим и которым никто не занимается, потому что не понимает его ценности. Однако, по мнению художника, эта часть космоса самая интересная: там скрыты различные тайны.

По словам Дмитрия Буткевича, кураторы изначально ориентировались не только на московских и петербургских авторов:

— Мы постоянно находим новые имена. География огромная: в нынешней выставке участвуют художники из Томска, Красноярска, Омска, Калуги, Уфы, Липецка. Нам важно представить некий срез и показать, что в регионах художников тоже вдохновляет тема космоса.

При этом осмысления космической темы отличаются радикальным образом. Скажем, два берестяных круга Сергея Катрана (проект «Вояджер-3») отсылают к амбициозному проекту NASA. В 1977 году космические зонды «Вояджер-1» и «Вояджер-2» отправились в путешествие к краю Солнечной системы, продолжающееся до сих пор. Художник сделал берестяные пластинки — наподобие знаменитых золотых дисков, закрепленных на «Вояджерах» и хранящих разнообразную информацию: изображения Земли, ее ландшафтов, населяющих ее людей, а также различную музыку — от Бетховена до Армстронга. В общем, все, что должны знать о землянах инопланетные цивилизации.

— Я подумал, что XXI век наступил уже достаточно давно, и хорошо бы отправить миссию «Вояджер-3», — рассказал «Культуре» Сергей Катран. — Но эта миссия — в духе нынешнего времени — должна быть экологичной. Носитель из бересты — по-настоящему экологичен и при этом проверен временем: всем известны новгородские берестяные грамоты. Пока я сделал два берестяных диска. Первый — своеобразный кавер: на нем изображены рисунки, воспроизведенные на настоящем золотом диске. Второй отсылает к массовой культуре: там нарисованы инопланетяне — как они выглядят в нашем представлении. Есть также скороговорка на межгалактическом языке из культового фильма «Звездные войны» и вулканский салют из сериала «Звездный путь». А еще изображение неопознанного летающего объекта: видео с ним опубликовало Министерство обороны США на своем официальном сайте в 2020 году.

Художник Алексей Бегак создал одну из самых монументальных работ выставки — портрет Гагарина: гигантский коллаж из старых газет, в том числе из номеров, выпущенных 13 апреля 1961 года:

— Сам полет, как известно, состоялся 12-го, но газеты вышли на следующий день, — рассказал художник журналистам. — Есть ресурсы, где можно купить старые номера «Правды», «Недели», «Известий». Например, сделать подарок другу: приобрести газету, вышедшую в день, когда он появился на свет. Все выпуски оригинальные. Однако номера, датируемые 13 апреля, стоят дорого — около 10 тысяч рублей. На портрет ушло примерно 100-120 газет, так что себестоимость «красочки» могла оказаться высокой — сравнимой со стоимостью хорошего автомобиля. Поэтому я использовал также другие номера, вышедшие в апреле 1961 года, — они показывают, что происходило в стране.

Алексей Бегак признался, что создавал портрет по зову вдохновения — про юбилейный год даже не думал. В свою очередь, у Александра Кабина, чья первая московская персоналка недавно состоялась в ARTSTORY, космических работ не было. Художник рассказал журналистам, что написал две вещи специально для выставки:

— Они получились про память — как те картины, которые я недавно показывал в галерее. Мой космос остался где-то в детстве — в детском саду и начальной школе. У нас во дворе стояла «ракета» — и с ее помощью мы «улетали» на Марс. А сейчас, в одноименной работе, я словно улетаю в детство, в свое внутреннее пространство. Вторая картина называется Lux — то есть «Свет». Тоже история из жизни: детский сад, дети выстроились в ряд, на стене — портрет Гагарина, который был для нас супергероем. Конечно, мы уже не мечтали поголовно стать космонавтами — я, например, хотел быть водителем «КамАЗа», — но все равно еще ощущали романтику космоса.

Некоторых художников связывают с космосом семейные истории. Как, например, сестер Марию и Наталию Арендт. «Наш прадедушка, Николай Андреевич Арендт, был первопроходцем отечественного воздухоплавания, — рассказали «Культуре» художницы. — Он изобрел планер, однако не смог получить финансирование, поскольку официально был врачом, а не ученым. Известно, что министр Милюков написал ему отказ — идеи нашего прадеда показались ему нерациональными. К сожалению, не помог и Менделеев, к которому прадед также обращался. Но впоследствии — и с нами согласны сотрудники Музея истории космонавтики в Калуге — Менделеев поддержал Циолковского, поскольку осознал, что идеи Арендта вовсе не были безумными».

Особое «звучание» выставке придает именно личное, биографическое измерение. Например, дедушка Валерии Галлай — легендарный летчик-испытатель, Герой Советского Союза Марк Галлай.

— Для меня это очень личная история, — рассказала «Культуре» Валерия Галлай. — Ведь пока живет память, жив и человек. Мой дед, Марк Лазаревич Галлай, был инструктором первой «шестерки» космонавтов: Сергей Павлович Королев пригласил его как высококлассного летчика-испытателя. При отборе в первый отряд космонавтов рассматривались документы 3461 человека, в итоге отобрали 20, а потом выделили группу из шести кандидатов. Дедушка постарался сделать в тренажере все, как у летчиков, чтобы будущим космонавтам было привычно и понятно. В своей книге «С человеком на борту» он вспоминал, как спрашивал космонавта-слушателя, когда тот садился в тренажер: «К полету готовы?» Тот отвечал: «Готов». И дед говорил: «Ну, тогда давай, поехали!» Эту неуставную команду впоследствии повторил Юрий Гагарин. И сегодняшним проектом мы не только отмечаем 60-летие первого полета человека в космос, но также вспоминаем о Марке Галлае и обо всех летчиках и космонавтах. Выставка продлится до 30 мая; мы обязательно проведем космический квест с вопросами, связанными с историей космонавтики и с нашим проектом. И сразу задам первый вопрос: сколько Гагариных на выставке? Он не такой простой, как может показаться на первый взгляд.

Фотографии предоставлены пресс-службой галереи.