Во всем блеске: шедевры Фаберже и Рюкерта в Кремле

Ксения ВОРОТЫНЦЕВА

13.10.2020

Фото: Кирилл Зыков / АГН Москва.


Открывшаяся на днях выставка расскажет, какие известные картины воспроизводили на ювелирных изделиях и сколько стоили самые демократичные вещицы фирмы Фаберже.

Выставку «Карл Фаберже и Федор Рюкерт. Шедевры русской эмали» планировали показать еще в апреле, но помешал коронавирус. К счастью, вновь откладывать открытие не пришлось. «Успели», — выдохнули организаторы.

В неспокойные времена нет ничего лучше вечных ценностей — изделия фирмы Карла Фаберже в этом смысле беспроигрышный ход. Правда, зрителям придется подстроиться под новые реалии: посещение по сеансам, каждые полчаса, с 10. 00 до 16. 00. Зато удовольствие гарантировано: в выставочных залах Успенской звонницы и Патриаршего дворца представлено около 400 драгоценных экспонатов. Можно увидеть вещицы, сделанные с учетом вкусов Москвы рубежа XIX—XX веков — яркой, пышной и купеческой. А также познакомиться с работами выдающегося мастера — Федора Рюкерта, чья небольшая фирма сотрудничала с Фаберже, а заодно с рядом других ювелирных домов: фирмами Ивана Хлебникова и Павла Овчинникова, московскими предприятиями Ореста Курлюкова и Вильгельма Болина, киевской фирмой Иосифа Маршака.

Про самого Рюкерта до недавних пор было известно немного. Родился в регионе Эльзас-Лотарингия, в юности переехал в Россию. В 1886 году основал небольшую фирму в Москве: в конце XIX века в ней работало всего четыре человека. К 1904 году число работников выросло до 14. Рюкерт был выдающимся живописцем по эмали: его шкатулки, коробки, ларцы и ковши украшают искусно исполненные сюжеты известных картин или виды Московского Кремля. Умер Рюкерт сразу после революции, в 1918-м. Его потомки впоследствии были высланы из Москвы, однако в итоге вернулись в столицу: теперь здесь живут его внуки и правнуки. Знакомство с ними, как рассказывает куратор, главный хранитель коллекции Фаберже Музеев Московского Кремля Татьяна Мунтян, позволило вернуть в научный оборот имя мастера. А буквально накануне открытия нынешней выставки Музеи получили в дар архив Карла Фаберже — согласно воле его правнучки Татьяны Фаберже, скончавшейся во Франции в феврале 2020-го.

На выставке показаны не только изделия фирмы Рюкерта, но также вещи, сделанные разными мастерами для Карла Фаберже. А еще — драгоценные вещицы, изготовленные другими знаменитыми фирмами: например, Овчинникова и Хлебникова. Отечественное эмальерное искусство на рубеже XIX—XX веков переживало взлет, совпавший с расцветом модерна, который в России был представлен в национальном изводе. Нередко мастера выбирали стиль историзм: приглядывались к старинным изделиям в Оружейной палате и воспроизводили в своих работах — но, конечно, не буквально, а творчески переосмысливая. Многие, в том числе Рюкерт, вдохновлялись образами с картин Васнецова, Маковского, Сычкова. Особой популярностью пользовались «Богатыри» и «Витязь на распутье» Васнецова, украшавшие крышки многочисленных портсигаров, коробок и ларцов.

На выставке представлены самые разные экспонаты: от драгоценных безделушек, бибелотов, — вроде спичечниц, печаток, футляров для карандашей или колец для салфеток — до экземпляров покрупнее: например, кабинетских вещей — подарков с официальной символикой. Или уникальной вещицы: дамской сумочки, покрытой эмалью по скани. Есть драгоценные ковши и бокалы, буквально расшитые жемчугом: они отсылают к традиции украшения предметов гардероба. Для сравнения в экспозицию добавлены бархатные поручи XVII века с жемчужным узором. Любопытный экспонат с историей — стопа, подаренная Шаляпину на тридцатилетие вдовой фабриканта, «миллионщицей» Верой Хлудовой: изделие украшено изображением сладкоголосой птицы Сирина — популярного персонажа народного фольклора. Но самые роскошные подарки предназначались, конечно, для августейших особ. На выставке можно увидеть два пасхальных яйца Фаберже, преподнесенных Николаем II супруге Александре Федоровне. Одно из них, подаренное на Пасху 1900 года, украшено гравировальным изображением карты России с Транссибирской магистралью. Внутри яйца был спрятан необычный сюрприз: миниатюрный поезд из золота и платины. У крошечного паровоза — алмазные фары и рубиновые фонари, золотые вагоны украшены надписями — «Для дам», «Для курящих» и «Для некурящих». Замыкает состав вагон-церковь с крестом и колокольней. Рядом с поездом на стенде — небольшой золотой ключ. По свидетельству куратора, поезд, заведенный с помощью ключа, мог проехать несколько метров. Сейчас механизм работает — но хуже, хотя колеса у паровоза по-прежнему крутятся.

«Культура» побеседовала с куратором выставки Татьяной Мунтян.

— Федор Рюкерт был надолго забыт, однако в последние годы о нем вновь заговорили. Любопытно, что мастер сотрудничал с разными ювелирными фирмами. Ему приходилось подстраиваться, менять свой стиль?

— Хороший вопрос. Нет документов, которые могли бы об этом рассказать. Одно дело, если б Овчинников писал Рюкерту: «Сделайте эмаль попестрее», а Фаберже — «Сделайте потемнее, в стиле модерн». Увы, ничего подобного не было. Считалось, что изменение фирменного стиля Рюкерта — от ярко-московского, насыщенного, праздничного к более изысканному, сдержанному, темному — произошло после учебы сыновей в Строгановке. Об этом пишут без конца. Я смотрела архивы Строгановского училища. На самом деле сыновья Рюкерта учились там недолго, буквально по полгода. Один ушел по болезни, другой — по какой-то иной причине, может быть, нужно было работать на отца. А ведь в то время, чтобы получить звание рисовальщика первой степени, требовалось провести в Строгановке 8 лет. Мне кажется, более реалистичное объяснение — Рюкерт стал чаще сотрудничать Фаберже. Мы не исключаем, что Фаберже мог снабжать художников-рисовальщиков дизайнами. Но этот момент еще надо изучить.

— Фирма Фаберже выпускала продукцию для разного кошелька. На выставке есть демократичные вещи?

— Конечно, например, маленькие коробочки, кольца для салфеток. Они были доступны средним слоям населения. Образованность и благосостояние покупателей сильно выросли в XIX веке — но не настолько, чтобы люди приобретали только дорогие вещи. Поэтому у Фаберже были предметы по 3 рубля 50 копеек. Он утверждал, что делает вещи не только для искушенной аудитории, но и для людей небогатых. На этом была построена политика продаж в Москве. В Петербурге ситуация было несколько иной — все-таки там находилась августейшая клиентура. Фабрика в Москве выпускала много предметов, и дешевые вещи по качеству были не хуже дорогих. Вообще в XIX веке ювелирное искусство перестало быть элитарным — в отличие от XVIII столетия, когда в усадьбах ели на олове, серебре. В XIX веке ювелирное искусство стало доступно более широким слоям населения. У каждого в семье найдется старая серебряная ложка, стопка или брошка. Если б не большевики, подобных семейных реликвий было бы еще больше.

Фото: Кирилл Зыков / АГН Москва.