Колокольная горка и ее обитатели: что осталось в Комарове от Келломяки

Леонид ГОМБЕРГ

06.04.2021

09-KELLOMYAKI-4.jpg

С этим милым, уютным местечком на берегу Финского залива связаны великие имена русской культуры XX века. На комаровских дачах проводили летние месяцы Анна Ахматова, Дмитрий Лихачев, Даниил Гранин, Жорес Алферов, Дмитрий Шостакович, Александр Володин, Василий Соловьев-Седой и другие знаменитости. Многие из них упокоены на местном кладбище, на окраине поселка, чья история берет свое начало в «царские» времена.

С 1945 года здесь стали появляться дома творчества писателей, композиторов, архитекторов, журналистов, кинематографистов, дачи Литфонда и Всероссийского театрального общества, Академгородок... Выдающимся деятелям выделяли персональные участки под застройку.

Рождение тут дачного поселка — следствие строительства во второй половине XIX столетия Финляндской железной дороги. На невысоком холме установили в ту пору медный колокол, извещавший рабочих о времени обеденного перерыва, начале и конце смены. Назвали это место Колокольной горкой, по-фински — Келломяки. А нынешнее имя дали не из-за обилия кровососущих насекомых, но в честь известного ботаника, президента Академии наук СССР Владимира Комарова — в 1948 году.

Активная покупка земли и возведение дачных строений на юге Финляндии начались в первые годы XX века. Станция Келломяки открылась в 1903-м, через три года неподалеку от нее была построена православная церковь Сошествия Святого Духа (сгорела в 1917-м).

С годами инфраструктура поселка разрасталась. На Торговой улице открывались один за другим продуктовые, галантерейные, москательные магазины, а также лавки, аптека, фотосалон. Работал рынок, действовала пожарная команда. В 1909-м в Келломяках появилась четырехклассная русская школа, затем — летний театр «Ритц». Местное население с каждым годом увеличивалось. На плане, составленном художником Иваном Владимировым в 1913 году, отмечено около 700 участков. Многие дачи, с непременными башенками и цветными стеклами обширных, украшенных деревянной резьбой веранд, напоминали миниатюрные деревянные дворцы.

Железная дорога проходила (и ныне проходит) по высокой гряде, деля поселок на лесную и морскую стороны. Больше других ценились участки в непосредственной близости от Финского залива, где сейчас проходит Приморское шоссе, теперь их назвали бы «первой линией». От когда-то выстроенных там домов почти ничего не осталось.

Один из особо приметных на Троицкой улице (сейчас по адресу: ул. Кавалерийская, 12) принадлежал архитектору, надворному советнику Виктору Габерцетелю, служившему при Технико-строительном комитете Министерства внутренних дел. По его проектам в Санкт-Петербурге и окрестностях возведены несколько производственных зданий, а также пригородных дач, в том числе и его собственная.

Как объект культурного наследия она в наши дни является собственностью государства, что, увы, не спасает ее от медленного разрушения. Это некогда очень эффектное, а ныне запущенное, бесхозное здание скоро, вероятно, развалится окончательно, хотя еще сравнительно недавно, в 1990-е, в нем располагался летний детский сад. По соседству красовалась великолепная дача Агафона Фаберже, собирателя древностей, филателиста, сына знаменитого ювелира. Сгорела в самом конце XX столетия. Прежде участок принадлежал все тому же детсаду.

Примерно в пятистах метрах от железнодорожной станции Комарово дорога упирается в обрыв, который тянется на десятки верст вдоль побережья и называется по-научному «литориновым уступом» — в память о Литориновом море, образовавшемся около 15 тысяч лет назад, после таяния ледника, в районе современной Балтики. Еще до нашей эры в этом месте образовалась своего рода терраса, на которой в начале прошлого века любили селиться дачники — отсюда открывался прекрасный вид на залив. К песчаным пляжам вели несколько благоустроенных спусков с беседками и променадами.

Литориновый уступ в наши дни полностью зарос, одичал — перспективу закрывает разросшийся лес. Чтобы полюбоваться закатом, нужно подойти к заливу «вплотную». На краю террасы участки стоили особенно дорого, и располагались тут самые замечательные дома, в том числе один из немногих хорошо сохранившихся до настоящего времени. Его первый хозяин Александр Юхневич заведовал театральной комиссией Невского общества устройства народных развлечений. После смерти владельца (1909) наследники сдавали дачу внаем. Сохранились свидетельства о том, что в ее стенах бывали такие гости, как Федор Шаляпин и Матильда Кшесинская. В 1990-е здесь еще работал летний лагерь, а в последующие годы здание также пришло в плачевное состояние. Сравнительно недавно оно было выкуплено частным лицом, идут реставрационные работы.

Самой шикарной в Келломяках начала XX века считалась вилла «Арфа» действительного статского советника Гавриила Барановского. Теперь ее можно увидеть лишь на старинной открытке. Участок с видом на залив, парком, фонтанами, прудом и смотровой террасой на крутом спуске выходил к литориновому уступу. К даче были подведены электричество и водопровод. Владелец служил архитектором, по его проектам были построены Елисеевский магазин на Невском проспекте и несколько других известных зданий в Питере. В 1917-м, когда привычный уклад рухнул, Гавриил Васильевич с семьей остались в Келломяках. Талантливый зодчий скончался от паралича сердца в 1920 году. Судьба дачи также оказалась незавидной: единственный снаряд Великой Отечественной войны, попавший в Комарово, не пощадил как раз виллу «Арфа». Правда, сгорела только ее деревянная часть, каменная разрушалась потом долгие годы. На сегодняшний день от огромного здания остался только мощный фундамент.

Дача Куренкова — одна из тех немногих, что используются до сих пор, как и во времена СССР. С середины 1950-х здесь размещается выездной детский сад. Дом находится на Большом проспекте, рядом с литориновым уступом.

Доктор медицины, статский советник Александр Куренков служил младшим врачом Павловского военного училища, имел частную практику в Петербурге. Его летнее жилище известно тем, что накануне Великой Отечественной и после ее окончания (до 1952 года) оно сдавалось внаем Дмитрию Шостаковичу.

Пожалуй, самая известная и старинная в нынешнем Комарове — «вилла Рено», и это при том, что ни одно из трех ее зданий до сего дня не сохранилось. Прилегающую обширную территорию, которая заканчивается на углу Морской и Курортной (прежде Келломякской) улиц, следовало бы, по идее, именовать «дачей Чижова», поскольку уже в 1907 году купец-оружейник с такой фамилией приобрел несколько участков и разбил великолепный парк — буквально на склоне литоринового уступа, укрепив его гранитными блоками и камнем. В апреле 1917-го «виллу» у Ивана Чижова купил питерский отельер, дальний родственник знаменитых автопромышленников Эмиль Рено. Когда грянула революция, его семейство покинуло Россию, доверив управление недвижимостью Ванде Орешниковой, открывшей тут пансион. Среди его постояльцев был и великий русский ученый, нобелевский лауреат Иван Павлов, сын которого женился на дочери Ванды Федоровны Татьяне.

К счастью, начавшееся в 2000-е строительство памятника природы «Комаровский берег» частично захватило разбитый Иваном Чижовым парк, что способствовало если не восстановлению, то хотя бы консервации некоторых разрушенных объектов.

Сейчас территория «виллы Рено» — одно из самых живописных мест поселка. Частично воссоздана система из трех каскадных водоемов, радует глаз Большой пруд — живописное рукотворное озерцо. Сохранилась лестница, которая когда-то вела наверх, к «жилой зоне», перешедшей теперь в частные руки и огороженной забором.

История Келломяк—Комарова в миниатюре отражает все то, что происходило в России в минувшее столетие. Как и в целом русский народ, дачное сообщество не было социально (и тем более этнически) однородно: ремесленники, промышленники и торговцы, интеллигенция, небогатое дворянство; в большинстве своем — русские, а вместе с ними — немцы, финны, немного шведов и датчан (все-таки север), французы, поляки, евреи, татары.

Свободные экономические отношения и разумное социальное устройство позволили этим прежде незнакомым друг с другом людям буквально в течение нескольких лет сорганизоваться, обустроить свой быт, преобразовать приморский ландшафт, сохранив его неповторимую красоту. В глухом лесу они проложили улицы и дороги, построили красивые и удобные дома, наладили снабжение и торговлю, создали культурную среду. Впоследствии почти все это было уничтожено в результате общественных потрясений прошлого века: сначала — революции, затем — финской и Второй мировой. Но надежда на возрождение все еще теплится.

Материал опубликован в декабрьском-январском номере журнала Никиты Михалкова «Свой».