В чем правда, Дэн?

12.10.2016

Алексей КОЛЕНСКИЙ

На экранах — третья часть похождений искусствоведа, взломавшего «Код да Винчи». В прошлых сериях гарвардский профессор Роберт Лэнгдон разоблачал еретиков и иллюминатов. Нынче на орехи досталось экологам. 

Ключевые элементы своего литературного «кода» Дэн Браун позаимствовал у респектабельных постмодернистов Ирвина Уоллеса и Умберто Эко. Но плагиат не умаляет вклада беллетриста в масскульт — именно Браун сделал альтернативную историю частью детективной интриги и одновременно политической повестки дня. 

Во многом он прав: торжествующая концепция вымарывает предшественниц и застывает в монументальной позе: самая лучшая — это я, единственно верная. Чтобы разобраться, почему так, историософам приходится читать между строк или, забросив книжки, исследовать дела давно минувших дней через символику живописных полотен, архитектурных памятников и прочих окаменевших останков. Все тайное становится явным: оказывается, безумные еретики из поколения в поколение усердно плетут сети заговоров в закоулках хижин и дворцов, они же лакируют картину «исторической действительности». Но есть один парень, последняя надежда человечества Роберт Лэнгдон, прилежно изучающий артефакты и вляпывающийся в неприятности с ортодоксами, гностиками, спецслужбами.

«Инферно»

Сюжет параноидального преследования конспиролога един для всех четырех романов, проданных более чем миллиардным тиражом. Но главное событие остается за кадром — последствия открытий «прометея» масштабнее его злоключений. Каждую книгу и экранизацию Брауна ждут как информационную бомбу, поскольку не истина, а процесс ее сладострастного разоблачения возбуждает аппетит масс, превращающихся в соавторов большой истории, переписываемой профессором Лэнгдоном. 

Однако в «Инферно» артефакты играют сугубо декоративную роль, ибо речь здесь не о туманном прошлом, а о ближайшем будущем. По мнению миллиардера и шоумена Бертрана Зобриста (Бен Фостер), через сорок лет население Земли превысит тридцать миллиардов, человечество окончательно истребит окружающую среду и вымрет. Чтобы предотвратить катастрофу, безумец выводит чумной вирус, который, по его расчетам, сократит популяцию вдвое. Пытаясь скрыться от агентов Всемирной организации здравоохранения, Зобрист погибает, но его адепты мечтают отыскать и активировать заложенную им биологическую бомбу.    

Некий намек на точку «икс» упакован в капсулу, волей случая оказавшуюся в кармане утратившего память Лэнгдона (Том Хэнкс). Пережив покушение, профессор очутился во флорентийской больнице и был настигнут осатаневшими экологами. Очаровательная медсестра Сиена Брукс (Фелисити Джонс) помогает пациенту скрыться и прячет в своей квартире. Обнаружив послание в виде снимка боттичеллиевской иллюстрации дантовского ада, беглецы расшифровывают нанесенную на миниатюру латинскую пословицу. Девиз указывает на фреску в местном палаццо. Оттуда партнеров посылают в Венецию. Спасаясь от преследователей и вдоволь наигравшись в искусствоведческий квест, парочка добирается до Стамбула и предотвращает Армагеддон. 

«Инферно»

Напряженный экшн, апокалиптические видения, галопирующая камера старательно гримируют убожество фабулы. Надуманные детали — виньетки, украшающие лежащий на поверхности месседж. 

Героям неспроста дали порезвиться в закоулках флорентийских и венецианских дворцов, а затем переправили в Константинополь: исторически эти гнезда цивилизации были повязаны работорговлей, способствовавшей финансовому благополучию и расцвету искусств. Ныне растущий человеческий капитал всего лишь неликвидный ресурс, но тот, кто найдет, как управиться с «живым товаром», сделается всемогущим господином Земли и расскажет потомкам, что произошло на самом деле. А если его ноу-хау не сработает, в каком-нибудь экс-рабовладельческом хабе будет запущен план «Б». 

Первым актом может стать взрыв биологической бомбы в историческом центре европейской периферии — например, в Стамбуле. Что дальше? Если деморализованных европейцев удастся убедить в безальтернативности радикального вмешательства, из партнеров они превратятся в пациентов стационара, и вопрос о мировом правительстве будет решен в рабочем порядке.  Каком? Ответ дает единственный не экранизированный роман о Лэнгдоне «Утраченный символ», где говорится о главных деятелях альтернативной истории — «вольных каменщиках», чьи верные подруги — мистические знания и абсолютная власть — не ходят одна без другой. Нынешнюю картину Рона Ховарда можно рассматривать как скрытую рекламу будущего фильма по этой книжке.  

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть