Любовь к отеческим гробам

21.04.2016

Валерий ШАМБАРОВ

Праздник светлой Пасхи Христовой в советскую эпоху дополнился невиданным прежде и не вполне естественным, с точки зрения православия, ритуалом. Насколько он вообще приемлем — однозначно не скажешь. Вроде бы и корить тут, собственно, не за что: как-никак и Спасителя русский народ с благоговением вспоминает, и почившим предкам дань памяти отдает... 

После революции люди стали массово посещать могилы близких не в те дни, которые для этого предназначались «при царском режиме», а на Пасху. При новой власти подобное было в определенной мере оправданно. Ходить в храм на пасхальные службы гражданам категорически возбранялось (особенно в самый лютый, богоборческий период), в противном случае немудрено было навлечь на себя ураган обвинений. А на кладбище — почему бы и нет. Св. блаженная Мария Дивеевская даже советовала женщинам молиться на кладбищенской территории: там все же освященная земля, кресты, есть возможность уединиться, сосредоточиться. 

О молитве тем временем все больше забывали. Стали вольно или невольно возвращать себе чисто языческие обычаи. Разве только спиртное на землю не лили, почитали зелье как великую, чуть ли не сакральную ценность. Водку «для покойника» ставили в стакане, накрытом куском хлеба. Привыкли класть на могилы крашеные яйца и прочую еду — потом все это растаскивали вороны, собаки. Да и сами поминавшие крепко угощались. Почтить умерших хмельными тостами стало считаться нормальным, едва ли не единственно возможным способом. 

Фото: Владимир Смирнов/ТАСС

Богоборческие времена давно канули в прошлое, но присущие им обычаи сохраняются. В Пасху — на кладбище, с вином, колбасой, солеными огурчиками... Церковь подобного совмещения в общем-то не одобряет. Христово Воскресение — праздник жизни, победы над смертью. То есть «контекст» для того, чтобы поминать покойных, прямо скажем, далеко не самый подходящий. Да и зачем им нужно эдакое внимание — с поднятым стаканом и набитым ртом? 

Лучшие дни для этого — субботы, когда отмечается память всех святых, небесных наших покровителей. В храмах служат панихиды. Верующие готовятся к воскресной литургии, находятся в особенном, возвышенном состоянии духа. На вечерней службе подают записки о поминовении покойных — при совершении евхаристии, с выниманием частичек просфоры для причастия. Это установлено еще святыми апостолами и считается самым действенным средством испросить для поминаемых милость Божию. При погружении частичек в чашу Жертвенная Кровь Христа омывает их, стирая грехи.

Церковь наставляет: молитва гораздо сильнее, когда она возносится соборно. Чем больше людей объединяют свои мольбы, тем они действеннее. Поэтому моления в храме не в пример более значимы, нежели дома, в кругу семьи. А еще больший эффект достигается, когда к Господу обращается одновременно множество храмов — вся Церковь. Для этого и существуют дни общецерковного поминовения усопших, родительские субботы. Две из них именуются Вселенскими, отмечаются всеми православными церквями: первая — при подготовке к Великому посту, накануне Недели о Страшном суде, другая — перед Днем Святой Троицы, когда завершается пасхальный цикл праздников и Царство Христово является в полной силе.

Кроме того, родительскими считаются вторая, третья и четвертая субботы Великого поста. В Русской православной церкви для молитвы об умерших установлен и особый праздник — Радоница — во вторник, на девятый день после Пасхи. 

Есть в России также три воинских поминальных дня. Первый по предложению св. Сергия Радонежского учредил св. Дмитрий Донской после кровопролитной Куликовской битвы — Дмитриевскую родительскую субботу. Совершается перед днем памяти великомученика Дмитрия Солунского 26 октября (8 ноября). В 2016 году Дмитриевская суббота — 5 ноября. Второй отмечается в день Усекновения главы св. Иоанна Предтечи, 29 августа (11 сентября). Его установила Екатерина II в 1769-м, во время русско-турецкой войны. Третий — 9 Мая, День Победы в самой страшной и жестокой войне, которую вела наша страна. 

Кстати, Радоница приходится в нынешнем году на 10 мая и как бы подводит черту под широкими — как религиозными, так и светскими — майскими празднованиями.

Именно на Радоницу в досоветскую эпоху было принято ездить на кладбище. Немецкий ученый Адам Олеарий, посетивший Россию в XVII веке, описывал, как это происходило тогда. Женщины расстилали на могилах рушники, раскладывали пироги, рыбу, яйца. Читались традиционные «оклички», звучали народные «плачи». Правда, чаще всего они являлись лишь данью стародавней традиции. «Если мимо проходил знакомый, женщины обращались к нему, разговаривали со смеющимся ртом», а потом дальше «выли». Еда предназначалась не для кладбищенских пирушек, на могилах ее не оставляли. По кладбищу ходили несколько священников, их подзывали то в одно, то в другое место, и они служили панихиды. Принесенную с собой снедь люди отдавали слугам священнослужителей. Или нищим — чтобы тоже помолились об их близких.

В православные обычаи некогда вплелись и дохристианские обряды, хотя они, конечно же, сильно трансформировались, приспособились к «новому содержанию». Например, похороны у нас, как и в очень далекие времена, сопровождаются поминками. Но это совсем не походит на языческое пиршество. Скажем, в дореволюционной России поминали всегда скромно и недолго. Спиртное ограничивали — не больше трех рюмок. Алкоголь в подобных случаях пили не для того, чтобы «почтить» покойного, а исключительно ради снятия тяжкого стресса у близких. В обильных попойках и мутном похмелье люди отрываются от какой бы то ни было благодати, сами себе мешают молиться — в первые дни, когда это особенно необходимо усопшему. 

Что же касается верований древних славян, то для них границы между реальностью и обителью мертвых были довольно зыбкими, миры соприкасались, взаимодействовали между собой. Духи из темного царства смерти (его, пожалуй, допустимо отождествить с адом) запросто могли проникать в наш мир, мстить и пакостить. От них следовало защищаться особыми магическими средствами или откупаться жертвами. Сохранялась и прочная связь с загробными селениями добрых и радостных предков. Ведь ушедшие туда люди и оставшиеся на земле были единым родом. На похоронах устраивали тризну, обильный пир. Родича провожали надолго, но не навсегда, до следующей встречи. 

Бытовали и особые праздники поминовения усопших (их называли «навьи дни», «деды»). В годичном цикле таковых было несколько, и сопровождались они различными обрядами. Некоторые справляли дома: хозяева готовили набор определенных блюд, которые оставляли на ночь на столе, с тем, чтобы, когда все уснут (или специально уйдут), пришедшие души предков посидели ладком да полакомились. Существовал и такой ритуал: старухи зимой жгли во дворе солому, дабы на том свете «родителям было теплее». По весне народ выходил на места захоронений, приносил еду, хмельные напитки. Производились «оклички» — старшая женщина в роду громко вызывала мертвых по именам. Выпивали, закусывали. Часть пива или хмельного меда выливали на могилу. Оставляли на ней пироги, хлеб, сыр, яйца и прочую снедь. Таким образом, живые как бы встречались с мертвыми, пировали вместе с ними. 

Фото: Елена Пальм/Интерпресс/ТАСС

Организация подобных угощений требовалась не покойным родичам. Те жили в полном изобилии, ни в чем не нуждались. Наоборот, их помощь нужна была живым: присмотреть за потомками, подать нужный совет, предупредить об опасности, обеспечить урожай, подсобить в бою. Наконец, принять к себе, когда дети, а затем и внуки отправятся следом. 

Некоторые понятия и обычаи православной жизни оказались внешне сходными с дохристианскими, однако если вникнем в суть, то увидим, что качественные различия очень глубоки. 

Загробных миров действительно два — рай и ад. Когда человек умирает, его душа, сопровождаемая ангелом-хранителем, проходит мытарства, дает отчет в собственных грехах и страстях. На сороковой день предстает перед Господом, Который выносит предварительный приговор, решает, где та будет находиться до Страшного суда — примут ли ее сразу в райских обителях, или она как бы заснет до Судного дня, либо будет обречена на адовы мучения...

Усопшие в отличие от живых лишены очень важной возможности — молиться. Такое право сохраняют только люди, сумевшие еще при жизни собрать и сохранить в себе Благодать Божию, — святые. Именно поэтому мы обращаемся к ним в бедах, в болезни, в сложных ситуациях, просим о том, чтобы они ходатайствовали за нас перед Господом. Пресвятая Богородица, св. Николай Чудотворец и другие угодники способны помочь и нашим умершим родственникам, друзьям. Вот почему особенно важными считаются молитвы за покойных в первые сорок дней после смерти, в самое трудное для них время, когда они предстают Небесному Престолу для Божиего решения.

Пока Страшный суд не настал, еще остаются возможности изменить в лучшую сторону загробную участь усопших. Не зря же в некоторых обителях говорят: «В монастыре умирать не страшно — отмолят!» Подразумевается, что все монахи дружно молятся за покойного брата или сестру и вместе, общими непрерывными усилиями способны упросить Господа простить их согрешения. 

В отличие от языческих представлений христианство дает понять: не мы нуждаемся в помощи умерших родственников, а они в нашей! Действительно возможно облегчить их посмертные страдания. И даже вызволить кого-то из ада. Некоторые прозорливые старцы свидетельствовали, что такие случаи бывают, причем нередко.

Вот для чего необходимы в первую очередь родительские субботы. Мы не только выражаем благодарность дорогим, близким людям, уже покинувшим сей мир, но и стараемся своими молитвами помочь им в мире ином. Предкам и соотечественникам, строившим и сохранявшим нашу страну, бесчисленным воинам разных эпох, собственными страданиями, подвигами, жизнями отстоявшим Веру, свободу и существование России. Молимся за всех православных христиан — сколько их было. Безвестных, незнакомых, но также принадлежащих к нашей Церкви.

Фото: Николай Корешков/ТАСС

Самое ценное здесь то, что помощь эта совершенно бескорыстная. Идем в храм, подолгу выстаиваем на службах, молимся на панихидах, жертвуем милостыню ради людей, которые нам уже заведомо не принесут никакой «практической пользы». Но именно такие труды ценит Господь: «И если делаете добро тем, которые вам делают добро, какая вам за то благодарность? Ибо и грешники то же делают. И если взаймы даете тем, от которых надеетесь получить обратно, какая вам за то благодарность? Ибо и грешники дают взаймы грешникам, чтобы получить обратно столько же. Но вы любите врагов ваших и благотворите, и взаймы давайте, не ожидая ничего; и будет вам награда великая, и будете сынами Всевышнего...» (Лк, 6, 33–35).

За бескорыстные добрые дела как раз Он и награждает — Своей Благодатью. Следовательно, родительские субботы необходимы и нам. Как одно из верных средств, которые православная церковь предлагает для нашего спасения. Было бы желание им воспользоваться — Бог дал человеку свободную волю, и насильно в рай никто никого не тащит.

На вопрос: «Какой день в году следует выбрать для посещения мест захоронения родственников?» — едва ли можно дать ответ универсальный, устраивающий всех (к примеру, тех, кто в силу трудовой занятости рассматривать в этом плане вторник, Радоницу, никак не может). Люди воцерковленные, так или иначе проторившие себе «дорогу к храму», подобными вопросами обычно не задаются, в крайнем случае могут посоветоваться со священниками. Многим другим россиянам, наверное, было бы правильнее сделать раз и навсегда иной, гораздо более важный выбор — не между конкретными датами (на Пасху или в какой-то другой день), но между необходимостью время от времени чтить своим присутствием могилы родных и близких (осуществляя, вестимо, там должный уход) и... поиском причин для того, чтобы туда не идти, не ездить. Конечно же, лучше бы выбрать первое.

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть