Василий Тёркин — идеальный бизнесмен

19.06.2016

Дмитрий ТИХОНОВ

История беллетристики знает много примеров продолжения популярных, полюбившихся читателям литературных произведений. Найти таковые, покопавшись в памяти или на книжных полках, не велик труд. А вот отыскать хотя бы пару книг с одним и тем же названием, совершенно аналогичными фамилией-именем-отчеством главного героя, но при этом с абсолютно разными сюжетами из различных эпох — практически невозможно. Зачем предлагать читателю второго, не похожего на первого «Гамлета» или «Евгения Онегина»? Разве не абсурд? Однако не будем спешить...

П. Боборыкин

Замечательного прозаика Петра Боборыкина, 180-летие которого отмечается в этом году (1836–1921), можно причислить к категории самых плодовитых российских литераторов. Его перу принадлежит более 100 повестей и рассказов, 18 романов и 19 драматических произведений, огромное количество очерков и статей по философии, литературе, эстетике, театральному искусству. Все творческое наследие Петра Дмитриевича заняло бы свыше 70 томов. Знаменит он был также и тем, что ввел в русский язык слово «интеллигенция».

Боборыкин сравнивал писателя с ученым — натуралистом и социологом, скрупулезно изучающим все проявления реальной жизни. Задачей литературного творчества считал «фотографирование» действительности в определенный момент истории. Его произведения как раз и являются своего рода фотоснимками бытия, рассказывающими об актуальных общественных явлениях. Роман «Дельцы» — первое вторжение капитализма в русскую жизнь, «Солидные добродетели» — посвящение послереформенным годам, «Лихие болести» — о разочаровании интеллигенции после неудачных хождений в народ. 

Вот и «Василий Тёркин», опубликованный в 1892 году в журнале «Вестник Европы», повествует о зарождении капитализма в нашей стране, появлении нового отечественного предпринимательства, его психологии и философии. Тогда у нас полным ходом шли реформы в экономике, а общество усиленно искало идеал современника. Такого героя своего времени и описал Боборыкин.

Действие романа происходит в 1870-е на Волге. Главный персонаж Василий Иванович Тёркин — крестьянский сын, подкидыш — чем-то напоминает Лопахина из чеховского «Вишневого сада». Ему около тридцати, и он уже многое испытал. 

М. Нестеров. «Купец»

В юности после конфликта с преподавателем был выгнан из гимназии. Чтобы избежать позорной порки розгами у себя на селе, целый год в больнице изображал сумасшествие, однако был изобличен и прилюдно наказан общиной. В результате у него не только неприязнь к крестьянскому «миру» и «самоуправлению» возникла — появилось неудержимое стремление «уйти из податного сословия во что бы то ни стало, оградить себя службой или деньгами от нового позора». И тогда Василий начинает потихоньку заниматься торговлей. Благодаря уму, трудолюбию и деловым качествам он за десять лет из мелкого торговца становится крупным предпринимателем, владельцем парохода, а еще через два года — директором лесопромышленной компании, скупающей леса у помещиков. 

При этом обретает репутацию порядочного человека, так как всегда ведет дела без обмана. Тёркин — честный и думающий, «барыши без идеи, для одного себя» его не привлекают. Ему хочется вести «рациональное хозяйство с правильными порубками», сделать заказник, открыть лесную школу. Он мечтает «об охранении родных богатств», которые сможет передать своим детям «как неприкосновенную, неотчуждаемую собственность». 

Василий не просто размышляет о добрых и полезных делах, а действительно нередко выручает людей: больному ссыльному народнику дает работу и отправляет его на лечение, помогает выйти из неприятной ситуации знакомому капитану парохода, поддерживает прогрессивные идеи лесовода. Но не нужно думать, что Тёркин — баловень судьбы и что в его жизни все просто и гладко. В нем борются два человека — живущий по совести и действующий по расчету. Прежде чем он обзаведется капиталом и благородными мечтами, судьба проводит его через множество испытаний и разочарований, преград и искушений. 

Вначале бывший компаньон и наставник пытается втянуть его в какую-то денежную аферу. Но Василию достает ума отказаться.

Затем он встречает роковую женщину — Серафиму. Когда ему не хватает 20 000 рублей на покупку парохода, она уговаривает его взять фактически сворованные ею деньги. Тёркин уводит Серафиму от мужа, но не женится, чувствуя, что она для него «любовница, но не подруга», что из двух людей, борющихся в нем, «она не поддержит того, который еще блюдет свою совесть», потому как у нее самой «совесть растяжимая». Из-за денег Серафима чуть было не совершает убийство своей двоюродной сестры Калерии. Василий Иванович расстается с ней навсегда. Влюбляется в Калерию, красивую, образованную, сестру милосердия. Но та, неожиданно заболев, умирает. 

Б. Кустодиев. «Купец». 1918

Смерть девушки, с которой он хотел связать свою жизнь, «предстала пред ним как таинственная кара» за его безверие. Василий отправляется в Троице-Сергиеву лавру, надеясь найти успокоение и веру. Однако в монастыре видит лишь мирскую суету: торговые ряды, нищих и симулянтов, а главное — полное безразличие к Богу.

Через некоторое время он делает предложение Александре, которую не любит, а просто жалеет и хочет избавить от ненавидящих ее родственников и грозящего ей позора. Совершает еще одно доброе дело, помогает «беспомощному женскому существу»... 

Мировоззрение Тёркина благодаря всем этим сложным и многообразным коллизиям окончательно формируется, и он по праву горд собой. «Все осуществимо! И чувство удачи и силы никогда еще не наполняло его, как теперь... Ему самому не верится, что в каких-нибудь два года он — в миллионных делах, хоть и не на свой собственный капитал. Начал с одного парохода, завел дело на Каспийском море, а теперь перемахнул на верховья Волги, сплотил несколько денежных тузов и без всякого почти труда проводит в жизнь свою заветную мечту. И совесть его чиста. Он не для «кубышки» работает, а для общенародного дела. С тех пор как деньги плывут к нему, он к ним все равнодушнее — это несомненно. Прежде он любил их, по крайней мере ему казалось так; теперь они — только средство, а уж никак не цель... Пачки сторублевок, когда он считает их, не дают ему никакого ощущения — точно перелистывает книжку с белыми страницами. Но везде повально воруют, где только можно, без стыда и удержу. В банке проворовались господа директора, доверенные люди целой губернии — и паника растет; все кинулись вынимать свои вклады. У кого есть еще что спускать, бессмысленно и так же бесстыдно расхищают. Разве он, Тёркин, не благое дело делает, что выхватывает из таких рук общенародное достояние? Это не кулачество, не спекуляция, а «миссия»! И она питает его душу».

Сегодня, когда мы вновь наблюдаем генезис предпринимательства, капитализма, нам в качестве примеров для подражания телевидение подсовывает героев то «Бандитского Петербурга», то «Бригады». Словно больше нет в России нормальных честных людей, занимающихся бизнесом. Поэтому, закрыв последнюю страницу романа Боборыкина, так и хочется воскликнуть: «Где же ты, Тёркин? Нам так не хватает тебя!»


* * *

В 1952 году, к десятилетию выхода первых глав легендарной поэмы, Александр Твардовский выпустил брошюру «Как был написан «Василий Тёркин». Рассказывая историю произведения, ответил на поступившие от читателей вопросы. Один из них звучал так: «Недавно прочитал я роман П.Д. Боборыкина «Василий Тёркин». И, откровенно говоря, почувствовал большое смущение: что общего между его и вашим Василиями Тёркиными? Почему вы выбрали для своего (да и нашего) героя такое имя, за которым уже скрывается определенный тип и который уже описан в нашей русской литературе? Неужели вами руководило соображение родственности этого, уже описанного, типа и созданного вами? Но ведь это оскорбление для бывалого солдата Васи Тёркина!» 

Вот как отреагировал Твардовский: «Сознаюсь, что о существовании боборыкинского романа я услыхал, когда уже значительная часть «Тёркина» была напечатана, от одного из своих старших литературных друзей. Я достал роман, прочел его без особого интереса и продолжал свою работу. Этому совпадению имени Тёркина с именем боборыкинского героя я не придал и не придаю никакого значения. Ничего общего между ними абсолютно нет». Тут, конечно, можно и поспорить с выдающимся поэтом, ибо между двумя Тёркиными общее есть. Вероятнее всего, тонкий художник Твардовский в глубине души прекрасно это понимал. Оба Василия — простые люди, живущие по совести. Во время испытаний, выпавших на их долю, не потеряли себя, с мужеством и достоинством прошли через все невзгоды — чтобы строить новую жизнь. Тёркины не сдаются.

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть