Полет генерала Гладилина

18.04.2015

Валерий БУРТ

Нашему собеседнику генерал-лейтенанту Владимиру Васильевичу Гладилину — 94 года. Однако выглядит ветеран под стать званию: фигура сохранила военную выправку, да и рукопожатие неслабое. Голос, как и прежде, зычный, командный. Гладилин — заслуженный военный летчик СССР. На фронте — с 1941 года. За доблесть, мужество, безупречную службу удостоен восьми орденов и множества медалей.


Завтра была война

Московская квартира генерала, напоминающая небольшой музей, увешана фотографиями. На них — родители, дети, внуки, боевые друзья. И супруга — Ольга Владимировна, которая ушла из жизни больше десяти лет назад. С ней Владимир Васильевич познакомился во время войны.

СВОЙ: Откуда Вы родом?
Гладилин: Из старинного сибирского городка Нижнеудинска, что в пятистах километрах от Иркутска. Биографию пересказывать не стану, скажу только о важной вехе. Самолеты я впервые увидел на городском аэродроме. Туда часто приходил с приятелями полюбоваться крылатыми машинами. Это были диковины для того времени! Конечно, мы мечтали в один прекрасный день взмыть на них в небо. Но родители настояли, чтобы после школы я поступил в Иркутский строительный техникум. Днем сидел за учебниками, вечерами разгружал вагоны на моторной станции. Мечты о небе не оставляли, и я перешел в другой техникум — авиационно-технический, окончил его перед самой войной. 

Получил направление в авиационный полк, который дислоцировался в Красноярске. Настроение радужное — мне было двадцать лет, и казалось, что все самое хорошее впереди. 

СВОЙ: Но грянула война... 
Гладилин: В ноябре 1941 года меня направили на Северо-Западный фронт, точнее, на один из аэродромов, который базировался в районе Старой Руссы. Влился в состав 676-го ночного бомбардировочного авиационного полка. Служил механиком, готовил самолеты к бою. Ну а те, что возвращались с задания, изрешеченные пулями и осколками, латал, готовил к новым вылетам. В общем, механики трудились целый день, не покладая рук. А мороз был жесточайший, температура падала до минус тридцати пяти и даже ниже. 

До линии фронта, где шли ожесточенные бои, было всего полтора десятка километров. Наш аэродром и те, что были поблизости, немцы утюжили беспрерывно — и артиллерией, и авиацией. 

СВОЙ: Досталось от этих бомбардировок?
Гладилин: Снаряды и осколки меня, к счастью, не задели. Подстерегла другая неприятность. Кто-то из летчиков, случалось, не возвращался с боевого задания. Война есть война... Но те, «кому положено», всех трясли на предмет «вредительства». Часто под подозрение попадали механики. Однажды не вернулся на аэродром самолет лейтенанта, кажется, по фамилии Куленчик. А его машину как раз я готовил. Вызывают меня особисты и начинают задавать всякие вопросы: «Вспомни, чем ты заправлял самолет? Подумай и скажи, не оставил ты в двигателе отвертку?» Допросы продолжались несколько дней.

СВОЙ: Почему Вам не верили? 
Гладилин: Не только мне, эти ребята никому не верили — «работа такая». К счастью, Куленчик остался жив, упал на территории, занятой немцами, но сумел доползти до своих. Послали меня к нему в госпиталь, чтобы тот бумагу подписал — мол, машина была в порядке, к механику Гладилину претензий нет. Лейтенант, весь в бинтах, лежал на койке. Руками еле шевелил, но написал, как все было на самом деле. И весело мне подмигнул. Я того летчика на всю жизнь запомнил — если бы не он, то не миновать бы мне суда военного трибунала.

В кабине «летающего танка»

Гладилин: Очень хотелось летать. Но за штурвал боевой машины удалось сесть только в январе 1945-го. На второй год войны меня отправили на переподготовку в грузинский город Телави. Затем поступил в Чкаловское военное авиационное училище летчиков в Оренбурге. Я и другие курсанты считали дни — сколько же еще учиться? Мы отчаянно боялись, что война завершится без нас. 

СВОЙ: Однако на Вашу долю работы еще хватило... 
Гладилин: К тому же самой горячей! Прибыл на 3-й Украинский фронт в 951-й штурмовой полк 306-й авиационной дивизии 17-й Воздушной армии в качестве командира штурмовика Ил-2. Эту бронированную машину с мощным вооружением советские конструкторы называли «летающим танком». Немцы же наградили самолет более устрашающими прозвищами — «Черная смерть», «Мясорубка». 

СВОЙ: Сколько боевых вылетов совершили?
Гладилин: Около тридцати. На первый взгляд, немного. Но по статистике, пилотов штурмовиков часто сбивали при выполнении тринадцатого либо четырнадцатого задания. Немецкие позиции «Илы» утюжили с малой высоты, и потому их летчики особенно рисковали. Потерь у нас было очень много — до самых последних дней войны. Немцы всегда сражались хорошо, а тут их охватило какое-то остервенение. И мой штурмовик однажды подбили, но я кое-как сумел дотянуть до своих. Получил ранение, однако не опасное.

Обожженные души

Гладилин: День Победы встретил под Веной. Как только пришло радостное сообщение, начались поздравления, люди обнимались, часто не скрывая слез. Отовсюду слышались крики: «Ура! Мы победили!» 

Но отпраздновать толком не успели. Пришло сообщение, что в районе Альп обнаружены несколько соединений танковых войск СС, отказавшихся сложить оружие. Для выполнения боевого задания сформировали группу, в которую вошел и я, в то время лейтенант.

СВОЙ: Даже представить трудно, как вступать в схватку с врагом уже после Победы.
Гладилин: Не знаю, как другие, но я об этом не думал. Шел, как на обычное боевое задание. К счастью, все благополучно вернулись на аэродром. Ну а вечером собрались за накрытым столом. 

Сначала помянули тех, кто сражался рядом, но не дожил до светлого дня. Еще свежа в памяти была гибель лейтенанта Германа Одноценова, который выполнил много ответственных, трудных заданий. 

Фото: РИА НОВОСТИ

В марте 1945 года мы наносили удар по крупной немецкой группировке в районе Сабадфалу на территории Венгрии. Объект уничтожили, но по дороге домой наш боевой товарищ, к несчастью, напоролся на залп вражеской зенитки. Одноценов так и не узнал, что ему присвоили звание Героя Советского Союза.

СВОЙ: В вашем 951-м полку несколько летчиков предприняли воздушный таран.
Гладилин: Их было пятеро. Первым такой подвиг совершил младший лейтенант Николай Шмелев. В бою снаряд отбил часть плоскости его самолета. Вспыхнул мотор, едкий дым застилал глаза командира и стрелка, сержанта Калуцкого. Но Шмелев не потерял присутствия духа — открыл фонарь кабины, помахал рукой, словно прощаясь с товарищами. И... направил свой штурмовик на колонну танков противника.

СВОЙ: Великая Победа была добыта усилиями не только мужчин, но и женщин. Они были медсестрами, связистками, служили в аэродромно-техническом обслуживании. 
Гладилин: И в нашем полку было немало женщин. Именно их нежные руки заряжали и чистили пушки и пулеметы, поднимали на плоскость штурмовиков ящики со снарядами весом 60–70 килограммов.

Война обожгла их души, но выявила стойкий характер. Отдавали все силы для победы. У меня хранятся воспоминания моих однополчанок. Сколько им довелось пережить, перестрадать! Порой счастье, которое они находили на фронте, оборачивалось трагедией.

8 марта 1945 года для женщин устроили праздник. Увы, в тот день он был омрачен: не вернулся с боевого задания упомянутый мной лейтенант Одноценов. Но его жена об этом еще не знала — была оживленная, веселая. В тот вечер никто так и не решился сказать ей, что случилось с Германом.

Сняли с себя девчонки ватные брюки, засаленные куртки, измазанные в масле и керосине, огромные ватные рукавицы, причесались, надели платья и превратились в красавиц. Потом начались танцы. 

В тот вечер летчик Иван Голубев сказал своей избраннице: «Прими, дорогая, мою фамилию». Его невеста Нина Королева задумчиво ответила: «Давай подождем до конца войны, дружок...»

И надо же было такому случиться, что на другой день Голубев не вернулся с боевого задания. Первой трагическую весть узнала Нина, дежурившая на КП. 

Она долго горевала. Днем еще держалась, но по ночам тихо плакала, зарывшись в подушку.

Слово генерала

После войны Владимир Васильевич остался служить в Советской Армии. Гладилину пришлось пройти множество дорог, сменить 12 гарнизонов. Он окончил Краснознаменную военно-воздушную академию. С его участием проходило переоснащение боевых машин, росла их мощь. Появились сверхзвуковые самолеты с большой дальностью и высотой полета, способные выполнять стратегические задачи в любых метеоусловиях днем и ночью. 

Немало лет генерал отдал службе в Военно-транспортной авиации. Участвовал в доставке различных грузов и специалистов во время военных конфликтов в Египте, Вьетнаме, Анголе, Сирии, Эфиопии. Многие операции проходили под его личным руководством. Но о подробностях генерал до сих пор умалчивает. 

В ноябре 1979 года Гладилин был назначен первым заместителем командующего Военно-транспортной авиацией СССР. Это произошло накануне ввода советских войск в Афганистан. 

— Согласно директиве начальника Генерального штаба требовалось произвести рекогносцировку аэродромов этой страны, — рассказывает Владимир Васильевич. — Я сел в кресло второго пилота, и мы отправились по маршруту, по которому позже пошли наши самолеты. После посадки на один из аэродромов начался обстрел со стороны душманов. Мы все же объехали и промерили все летное поле. Вскоре военно-транспортные самолеты начали доставку в Афганистан боевых машин, боеприпасов и других грузов. Но главное, в ходе рекогносцировки командование Военно-транспортной авиации получило карту этой страны со всеми аэродромами, координатами их расположения, географическими особенностями.

Владимиру Васильевичу доводилось участвовать и в мирных операциях. Например, когда станцию полярников СП-16 льды затащили к Северному полюсу, летчикам пришлось доставлять продовольствие и спасать людей. 

— Летали на СП-16 с острова Средний, — лаконично поясняет генерал. — А загружались в Ленинграде, на четыре Ан-12. Туда и обратно — три тысячи километров. С задачей, конечно, справились. 

Каким бы сложным ни было задание, оно неизменно завершалось успехом. Генерал Гладилин слов на ветер не бросал.

Руслан-Владимир

В октябре 2013 года на территории Сещинского гарнизонного аэродрома, находящегося в Брянской области, состоялась торжественная церемония по случаю присвоения военно-транспортному самолету Ан-124-100 «Руслан» (бортовой номер 82032) персонального имени «Владимир Гладилин». На мероприятии присутствовал прославленный ветеран.

9 Мая на Красной площади пройдет парад в честь 70-летия Победы Советского Союза в Великой Отечественной войне. Когда над главной площадью страны появится самолет «Владимир Гладилин», орденоносный генерал поднимется и отдаст честь...

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть