Ведьма проклятая!

27.04.2012

Екатерина БЕЛЯЕВА, Зальцбург

«Кармен» Бизе в постановке английского хореографа Алетты Коллинс открыла летний сезон Зальцбургского фестиваля, а заодно и новую эру в интерпретации самого заигранного оперного текста.

В последний, сорок пятый, раз на Пасхальном фестивале в Зальцбурге гастролировали Берлинские филармоники. Со следующего сезона прославленный коллектив будет выступать на Пасху в баден-баденском Фестшпильхаусе, а его место в городе Моцарта займет Саксонская капелла во главе с Кристианом Тилеманном.

Перед тем как ретироваться, сэр Саймон Рэттл, шеф Берлинского филармонического оркестра, показал в Зальцбурге такую фантастически необычную «Кармен», что у тамошней публики, уже приготовившейся было обожать новых игроков Пасхального феста из Дрездена, от обиды и сознания потери перехватило дыхание.

Вряд ли сэр Саймон Рэттл жаждал эпатажа: похоже, он всего лишь продирижировал оперу Бизе, в которой дебютировала его любимая жена Магдалена Кожена, не как затертый хит, а как серьезную симфоническую партитуру. Каковой «Кармен», по всей видимости, и является. Англичанин совершил революцию, чем порадовал высоколобых музыковедов и расстроил простых смертных.

Из новой «Кармен» ушла бравада медных в подаче лейтмотивов, «наглую» тему тореадора стерли в порошок другие неведомые мелодии. Рэттл смело приблизил «Кармен» к Дебюсси, Рихарду Штраусу, Бриттену. То есть сыграл Бизе, как Дебюсси, и материал не оказал сопротивления.

Но главное — Рэттл перевел оперу в камерный, интимный режим. Чтобы и сам рассказ о цыганке Кармен и баскском парне доне Хосе превратить в историю авторскую, штучную, с острым южноиспанским колоритом. Правда, острое по-южноиспански — вовсе не значит сексуальное или эротическое.

Идея дирижера о камерности и негламурности подачи сюжета хорошо легла на природу певцов, занятых в «Кармен». И Йонас Кауфманн, и Кожена, и Геня Кюмайер (Микаэла) и Костас Сморигинас (Эскамильо) оказались готовы к тому, что «Кармен» уже не будет разухабистой, доверху набитой шлягерами оперой.

Не будет здесь клишированных поз «секси» для Карменситы, красной розы в волосах или костюма цыганки, а потом — подарка неопытному «маменькиному сынку» дону Хосе. Режиссер и дирижер в качестве главной движущей силы сюжета выбрали ведьмовство Кармен. Что нисколько не противоречит либретто, в котором дон Хосе настойчиво называет Кармен «ведьмой проклятой».

Коллинс добавила немножко балета: перед каждым актом под стук кастаньет выходят танцовщицы в длинных черных платьях и на специально выстроенном вокруг оркестровой ямы парапете выделывают какие-то пассы руками и ногами, тряся юбками над головами музыкантов. Но стройные девы в черном не соблазняют «бедных» оркестрантов — они их заколдовывают. То есть в массовом порядке совершают «преступление» Кармен, влюбившей в себя дона Хосе.

Понятно, что людям, ждавшим привычной трактовки, эта версия вряд ли понравится. Но придется смириться: предъявленное в зальцбургской «Кармен» поколение тридцатилетних-сорокалетних певцов топ-класса, для которых подключение интеллекта во время работы над ролью является нормой, будет определять уровень современного оперного театра.

Кроме «Кармен», Кауфманн покажет на летнем фестивале еще одно свое достижение — споет Вакха в «Ариадне на Наксосе» Рихарда Штрауса. Тут в отличие от оперы Бизе бравировать интеллектом прописано самим композитором.

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть