Русский акцент

02.12.2012

Евгения КРИВИЦКАЯ, Париж

В Парижскую оперу вернулась «Тоска» в постановке Вернера Шрётера — режиссера-радикала, ушедшего из жизни два года назад.

Билеты на всю осеннюю премьерную серию были распроданы сразу, но старожилы уверяли, что перед началом можно купить входной за пять евро и без проблем устроиться «зайцем» в партере. Однако путь в Оперу Бастилию усеян множеством препятствий. 32 входных — именно столько ежедневно продается в автоматах за час до начала представления — закончились примерно на десятом человеке: мафия перекупщиков действует не только возле Большого театра. Да и в зале свободных мест не наблюдалось: возобновление «Тоски» образца 1994 года сопровождается бешеным успехом, хотя никакой радикальной режиссуры тут нет и в помине.

Зритель, видевший фильмы «Смерть Марии Малибран» или «Король роз», вряд ли поверит, что автор этих лент и постановщик шедевра Пуччини — один и тот же человек. Шрётер деликатно отступает перед всепоглощающей страстью музыки, доводящей до исступления главных героев.

В мизансценах выдающийся режиссер точно следует замыслу Пуччини и его либреттистов Луиджи Иллики и Джузеппе Джакозы. Огромный лик Марии Магдалены приковывает внимание в первом акте, где действие разворачивается в храме. Здесь художник Марио Каварадосси пишет картину, успокаивает ревнивую возлюбленную Флорию Тоску, помогает бежать другу-революционеру Чезаре Анджелотти.

Во втором акте, по сюжету, мы видим кабинет шефа полиции Рима барона Скарпиа, накрытый стол к ужину, увенчанный мерцающими канделябрами. Лишь соглядатаи в проемах окон — новый штрих в этой традиционной картинке.

В подобной ситуации, когда нет внешних отвлекающих факторов, качество вокала и игра оркестра выходят на первый план. Констатируем, что кастинг был проведен отменный. Мартина Серафин (Австрия) в роли певицы Флории Тоски выступала и в Риме, и в Лондоне, и в Милане. В парижском спектакле ее сильные и чуть резковатые верха, красивые, насыщенные ноты в центральном регистре голоса — служат воплощению страстного и гордого характера примадонны.

Румынский тенор Калин Братеску — Каварадосси — самый молодой участник спектакля, дебютант на сцене Оперы Бастилии. За «сладкие» верха он получил свою долю аплодисментов.

Оркестр по-пуччиниевски экспрессивен, но даже в кульминационные моменты уступает передние планы голосам, оставаясь идеальным партнером, в чем заслуга дирижера Паоло Кариньяни, блестящего знатока итальянского репертуара.

Нельзя не порадоваться успеху нашего соотечественника Сергея Мурзаева в партии Скарпиа. В середине 90-х, будучи солистом Большого театра, артист пустился в свободное плавание и сделал отличную карьеру на Западе. Сейчас он поет на всех престижных сценах мира, и отнюдь не только в русском репертуаре. Мурзаев создает отталкивающий образ беспринципного интригана, готового на все ради удовлетворения своих страстей: льстит, угрожает, обольщает, и все эти состояния выражаются через интонацию, тембр, силу голоса. После знаменитого поединка между Скарпиа и Тоской во втором действии, когда доведенная до отчаяния героиня закалывает всевластного подлеца, Мурзаев-Скарпиа был вызван на поклон перед закрытым занавесом и встречен продолжительной и искренней овацией.

Кстати, в 90-х в парижской «Тоске» участвовало много российских звезд: Калинина, Горчакова, Гулегина, Зеленская. Так что «русский акцент», похоже, становится на европейских оперных сценах традиционным.

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть