Иван Бло: «Санкции против России — это глупость и ересь»

15.04.2015

Юрий КОВАЛЕНКО, Париж

На мартовских местных выборах во Франции победу одержал «Союз за народное движение»: его лидер Николя Саркози получил, таким образом, хороший задел для триумфального возвращения в Елисейский дворец. Французы, напомним, будут переизбирать президента через два года. О том, как подобная перспектива может отразиться на наших двусторонних связях, а также о нюансах отношений между Кремлем и социалистами, ныне управляющими Пятой республикой, мы беседуем с видным членом команды Саркози политологом Иваном Бло. 

культура: Некогда привилегированные отношения Москвы и Парижа переживают не лучшие времена. Что произошло? 
Бло: Во Франции сохранились сильные голлистские традиции. Последователи великого генерала выступают за стабильные взаимовыгодные контакты с Россией. Такого мнения придерживался — по крайней мере, в конце своего президентского мандата — и Николя Саркози. 

Но во Франции есть и другой лагерь. После Второй мировой войны американцы активно поддерживали социалистов и близкие к ним профсоюзы, чтобы те боролись с коммунистами. Соцпартия, называвшаяся тогда Французской секцией Рабочего Интернационала (СФИО), по сути, выросла на щедрых вливаниях из-за океана. В результате американцам удалось изменить соотношение сил в левом стане. Это, конечно, дела давно минувших дней, но соцлидеры сохранили преемственность тесной спайки с США. Такой линии — хотя и весьма умеренно — придерживается Франсуа Олланд. А вот нынешний министр иностранных дел Лоран Фабиус занимает полностью проамериканскую позицию.

культура: С другой стороны, Николя Саркози назвал разрыв между Европой и Россией «драмой». Пускай к «холодной войне» стремятся американцы, сказал он, но мы этого не хотим...
Бло: В последние годы своего правления он был очень разочарован заокеанскими партнерами. Сначала Саркози думал стать лучшим другом США, но Белый дом относился к нему как к малозначительному деятелю. А ведь он очень импульсивный человек — для него крайне важны личные симпатии и равноправное взаимопонимание. Так, скажем, он считает, что нашел общий язык с Владимиром Путиным. Он мне так и говорил: «Путин — человек с сильным характером, которого я люблю». Однако при подобной эмоциональности Саркози еще и прагматик, то есть выступает за сближение с Кремлем.

культура: Саркози заявил также, что нельзя «упрекать» Крым, почти единогласно голосовавший за воссоединение с Россией!..
Бло: С французской точки зрения, его подход вполне логичен. Крымские события напоминают то, что случилось с нашим заморским департаментом Майотта. Он входил в состав колониального владения Коморские острова. Когда те получили независимость, Майотта объявила, что хочет остаться во Франции. Местные жители провели референдум, на котором подавляющим большинством выбрали именно такое будущее. Париж поддержал итоги плебисцита, но Коморы пришли в бешенство и обратились с жалобой в ООН. В течение многих лет нас осуждали с трибуны Генассамблеи, но мы лишь посмеивались — никакого эмбарго, разумеется, не было. Получается, за аналогичный «проступок» Францию, составляющую часть ядра западной цивилизации, тронуть не посмели, а Москву не только осудили, но и применили санкции. Это самое настоящее проявление двойных стандартов. 

Россию во Франции сегодня поддерживают многие. Основную группу доброжелателей составляют бизнесмены — им нужно скорейшее примирение с Москвой, чтобы реанимировать полупридушенные совместные проекты, запустить новые. Вторая группа — политики-последователи генерала де Голля. Россия имеет поклонников не только в партии «Союз за народное движение», которую возглавляет Николя Саркози, но также среди социалистов — к ним, например, относится Жан-Пьер Шевенман, когда-то руководивший МВД, минобороны, другими министерствами. Как правило, мнение влиятельных французов из когорты «друзей России» опирается на понимание того, что самая большая страна на карте служит важным звеном для поддержания мирового баланса и противовесом американской экспансии. Именно так считал де Голль. 

культура: Ряд французских депутатов недавно назвали санкции против России «большой геостратегической ошибкой». Почему?
Бло: Режим взаимных торговых ограничений весьма негативно сказывается на французском аграрном секторе. Наши фермеры, в частности в Бретани, не могут больше поставлять свою продукцию в Россию и оказались в ужасном положении. Санкции — это глупость и ересь, чисто политический и идеологический трюк. В экономике продавец и покупатель не могут существовать друг без друга. Следовательно, от эмбарго в равной степени страдают и те, и эти. Санкции, безусловно, наносят Франции огромный вред, вовлекая ее в стагнацию, блокируя темпы роста. А это уже провал стратегический.

культура: Значит, стоит ждать отмены санкций в ближайшем будущем?
Бло: Против них выступает все больше европейских стран. Прежде всего Греция, а также Чехия, Словакия, Австрия, Венгрия, Сербия, Болгария, Кипр… В этом вопросе Европа оказалась разделена на две части. Во Франции и Германии деловой мир решительно настроен против санкций. Поверьте, крупный бизнес изо всех сил оказывает давление на Франсуа Олланда и Ангелу Меркель. Но оба европейских лидера вынуждены действовать с оглядкой на Вашингтон. Поэтому в краткосрочной перспективе торговые ограничения, видимо, сохранятся.

культура: Не поможет даже то, что Олланд и Путин давно перешли на «ты», как утверждает большинство экспертов?
Бло: На мой взгляд, мы имеем дело с такой парадигмой. Сразу после избрания очередной французский президент позиционирует себя как американский друг. Сначала это приносит определенные выгоды. Но в течение последующих лет приходится выслушивать приказы американцев: «Сделайте то! Подайте это!» (Мне подобная ситуация знакома по работе в руководстве МВД, где мы регулярно получали распоряжения из Вашингтона — увы, иногда приходилось их исполнять.) Года через три французский лидер понимает: дальше терпеть невмоготу. В поисках равновесия Париж, будучи одним из ведущих европейских центров, тут же задумывается о двух потенциальных партнерах — России и Германии. Далее остается расположить к себе Берлин, настроить канцлера на сопротивление американскому давлению. К сожалению, мадам Меркель в этом отношении не настолько уверена в себе, как ее предшественник Герхард Шрёдер. В итоге, поскольку больше невозможно жить под заокеанской опекой и вне зависимости от метаний Берлина, французский лидер неизбежно начинает двигаться навстречу Кремлю. Именно это постепенно происходит сейчас с Франсуа Олландом. Однако, хорошо понимая, что курс надо менять, по упомянутым выше причинам он не готов сделать это быстро.

культура: И тем не менее в Москву на торжества, посвященные 70-летию Победы, мог бы и прилететь...
Бло: Для меня, сына участника Сопротивления, это настоящий скандал. Разгром фашизма был величайшим историческим событием. Даже если существуют разногласия с Россией, считаю совершенно недопустимым отказ нашего президента от участия в празднике Победы. Увы, согласно информации, которой я располагаю, руководство Пятой республики на Красной площади представит всего лишь министр иностранных дел.

культура: Одна из Ваших книг «Олигархия у власти» посвящена тем, кто на самом деле правит Францией. Кто же это?
Бло: Будучи на протяжении полутора десятилетий депутатом Европарламента и Национального собрания, я пришел к выводу, что страной управляет верхушка госаппарата — haute administration. Эта высшая администрация, в свою очередь, замыкается на несколько олигархических групп. Чиновничья верхушка замечательно разбирается в вопросах права, но незнакома с историей Франции. Ее подход к проблемам — сугубо юридический. Все мы выпускники Национальной школы администрации, все читаем газету «Монд». В результате у всех более-менее схожая идеология и понятия, которые определяют политическую линию правительства — кто бы ни стоял во главе страны, левые или правые. Я упрекаю моего друга Саркози: «Когда ты был президентом, администрация оказывала на тебя слишком сильное влияние». Он отвечает: «Видимо, ты прав, надо было проявлять больше твердости». 

Вторую олигархию образуют управленцы масс-медиа — французское правительство очень боится телевидения и прессы. Если оно чувствует, что СМИ против той или иной реформы, тут же от нее отказывается. Третью олигархию образуют влиятельные профсоюзы. Например, они очень сильны в образовательной системе. Таким образом, у профильного министра, кто бы ни занимал эту должность, практически нет полномочий — он самая настоящая марионетка. Наконец, есть еще олигархия патроната — крупные предприниматели...

культура: Тогда позвольте сакраментальный вопрос: откуда все-таки исходит угроза миру? 
Бло: Если кто-то и угрожает человечеству, то только не Россия, а скорее Запад, ведомый Вашингтоном. Простой пример: Россия всегда последовательно боролась с терроризмом, но США породили «Исламское государство»... В прошлом году Институт Гэллапа провел всемирный опрос — в среднем четверть респондентов ответили, что главную опасность для планеты представляют именно Соединенные Штаты. На втором месте оказался Пакистан с 8%. Сегодня все больше землян начинают реально бояться Америки. Объединившийся вокруг нее Запад поверг в хаос Афганистан, Ирак, Ливию. Напомню, что 40% мирового военного бюджета приходится на США. При этом госдеп не отрицает, что стоит и за кризисом, который разразился на Украине... 

Вмешательство США в дела других стран затрагивает самые устои их существования, и, кстати, Франция не исключение. Я знаю, что американский посол в Париже регулярно принимает лидеров исламских ассоциаций из пригородов и командирует их в Соединенные Штаты «на учебу». Там им объясняют, что французская власть «терроризирует» мигрантов, и поощряют создавать организации, которые бы фрондировали против центрального правительства. Если бы это проходило во времена генерала де Голля, такой посол не остался бы в стране и 24 часа. Но сегодня мы, к сожалению, утратили рефлексы, свойственные лидерам сильного и независимого государства. Такого, как голлистская Франция и современная Россия.

культура: В столь высокой оценке нашей страны, видимо есть что-то личное? 
Бло: Моя мама, славянка, родилась в месте, где Польша смыкается с Украиной и Белоруссией. Мой отец, француз, участвовал в Сопротивлении и высоко ценил роль Советского Союза. Поэтому и назвал меня Иваном... Будучи депутатом Европарламента, я глубоко изучал вопрос о субсидиях, предназначенных для обеспечения безопасности АЭС. В связи с этим во второй половине 90-х почти ежемесячно бывал в вашей стране, где меня очень тепло принимали. Узнав, что я работал в МВД, познакомили с тогдашним министром внутренних дел Анатолием Куликовым. Мы часто встречались, и однажды он даже пригласил меня на военный парад 9 Мая. 


Справка «Культуры»

Иван БЛО — политик, социолог, философ и общественный деятель. Выпускник Национальной школы администрации — главной кузницы кадров французского истэблишмента. Доктор экономических наук. Занимал высокие посты в государственном аппарате. Избирался депутатом Национального собрания и Европарламента. С 1989 по 1998 год был членом «Национального фронта». В настоящее время состоит в партии «Союз за народное движение».  Участвовал в заседании Валдайского клуба в Сочи. Выступает с лекциями в российских вузах, в том числе в Православном Свято-Тихоновском гуманитарном университете. Автор книг «Конфискованная демократия», «Наше греческое наследие», «Герберт Спенсер», «Лжепророки», «Колонизация Европы», «Олигархия у власти», «Обезображенный человек» и других.

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть