Протоиерей Алексий Ястребов: "Венеция генетически связана с православием"

31.05.2013

Юрий КОВАЛЕНКО, Венеция

В эти дни православный приход Святых жен-мироносиц в Венеции отмечает свое десятилетие. Его настоятель — отец Алексий Ястребов, доктор философии, выпускник Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета и Папского университета Урбаниана в Риме, автор книги «Святыни Венеции». О жизни прихода и о связях Венеции с православием отец Алексий рассказал нашему корреспонденту.

культура: Как возник ваш приход?

отец Алексий: Как и другие — по инициативе снизу. Нашим верующим в Венеции не хватало своего прихода, и они обратились с просьбой о его создании к Священному Синоду. Он дал согласие, направил священника. Так здесь родилась община Святых жен-мироносиц. Богослужения совершаются с начала 2003-го. В нынешнем году мы отмечаем не только десятилетие прихода, но и 230-летие первого русского православного храма в Италии. Это была домовая церковь русского посольства в Венеции, которую в конце XVIII века, после захвата города Наполеоном, упразднили.

культура: Мы с Вами встречаемся после службы в венецианской католической церкви Усекновения Главы Иоанна Предтечи.

отец Алексий: Этот храм нам предоставили на временных условиях. Конечно, хотелось бы получить его в долгосрочную аренду. Но, несмотря на все наши обращения, католическая епархия пока ответа не дала.

культура: И кто ваши прихожане?

отец Алексий: Украинцы, молдаване, русские, белорусы, сербы, болгары, грузины... Словом, все, кто воспринимает русскую церковь как ориентир. К сожалению, наши соотечественники составляют меньшинство. Эмигрантам из России храм часто не нужен. Это очень печально.

культура: Каковы основные направления деятельности прихода?

отец Алексий: Самое главное — пастырское окормление людей. Есть и необходимые требы — нас просят освятить дома, офисы, приносят детишек на крещение. Неожиданно востребованным оказалось венчание.

культура: В фильме «Православные святыни Венеции» упоминается православная паломническая тропинка, которая отыскалась в лабиринте венецианских улиц и переулков…

отец Алексий: Это слова Максима Кондратюка, соавтора фильма. Венеция — место особое, настоящий ковчег мощей под открытым небом. Город, генетически связанный с православием и наполненный его святынями. История Венеции неразрывно связана с Византией. Поэтому итальянцы почитают — или, по крайней мере, почитали раньше — православных святых, вывезенных оттуда в город на воде. Даже в нашем храме Усекновения Главы Святого Иоанна Предтечи хранятся более двухсот частиц мощей.

культура: Можно ли считать Венецию мостом между Востоком и Западом?

отец Алексий: Этот город многое связывает с Востоком, хотя он и стал частью западного мира. Как говорил Врубель, если немного приподнять венецианское кружево, увидишь родную Византию. Однако с точки зрения общественно-политической или религиозной уже нельзя говорить о серьезной роли Венеции.

культура: Назовите, пожалуйста, главные православные святыни Венеции?

отец Алексий: Прежде всего, мощи покровителя города, апостола Марка, а также святителя Иоанна Милостивого, патриарха Александрийского и святителя Афанасия Великого, одного из столпов и учителей церкви. Кроме того, это часть мощей Николая Чудотворца, святых Василия Великого, Георгия Победоносца, Саввы Освященного. В день памяти апостола Марка, 8 мая, в кафедральном соборе мы служим Божественную литургию.

культура: Сближает ли русских и итальянцев, в частности венецианцев, поклонение мощам?

отец Алексий: Венецианцы их давно не почитают. Сохранились, скорее, народные традиции поклонения, но — в отличие от православных — не как один из основных элементов догмата веры. Так, если на острове Лидо знают о святителе Николае Чудотворце, то уже в центральной Венеции он почти неизвестен. Но наши чувства к святыням вызывают симпатию. К нам относятся доброжелательно. Итальянцы вообще близки русским по темпераменту.

культура: Есть ли православные среди итальянцев?

отец Алексий: Есть, но не берусь сказать, растет ли их число. Мы не занимаемся прозелитизмом. Особая статья — православные итальянские священники. Они есть в Милане, Турине, Болонье, Генуе, Модене, в других городах. Раньше им трудно приходилось. Не то что сейчас, когда наступает полная индифферентность.

культура: Какие у вас планы на обозримое будущее?

отец Алексий: Есть известная поговорка, которая относится, прежде всего, к верующим: «Если хочешь насмешить Бога, расскажи Ему о своих планах». У нас были в свое время наполеоновские замыслы. Им не суждено было свершиться. Живем одним днем. Мечтаем, чтобы нам отдали храм.

культура: Вы организуете паломничества?

отец Алексий: Наш приход пользуется тем, что мы находимся в центре Европы. Трижды мы совершали паломничество в Святую землю, к святыням в Германию и во Францию. Много ездим по Италии — раз пять были в Риме, а также в Лорето, где дом Божией Матери, в Бари, где мощи святого Николая. В этом году собираемся в Геную. Там в армянской церкви есть особая святыня — нерукотворный образ Господа, который Он, по преданию, оставил царю Авгарю.

культура: Принимаете ли вы паломников из России?

отец Алексий: У нас нет инфраструктуры или приходской гостиницы. Но мы принимаем тех, кто выходит с нами на связь. Сопровождаем паломников по святыням Венеции, совершаем для них молебны. К сожалению, тысячи русских туристов ничего не знают о нашем приходе. Мы стремимся изменить это.

культура: Как русские адаптируются в Венеции?

отец Алексий: Люди, связанные с миром искусства, адаптируются прекрасно. Есть и русские жены итальянцев, но они живут в параллельных с нами мирах. Те, кому приходится много работать, приспосабливаются лучше. Им некогда ностальгировать. Сложнее тем, у кого больше свободного времени. Если у людей все хорошо, они не особо идут в церковь. И напрасно. Получается стереотип храма как места, куда обращаются, только когда плохо. Как в скорую помощь. Но к нам приходят и тогда, когда хочется поделиться радостью.

культура: Почему Италия и, в частности, Венеция, всегда так притягивала русских?

отец Алексий: Я немного занимаюсь историей российско-венецианских связей и вижу, что русские начали интересоваться этим городом в XIX веке. Здесь побывали западники и славянофилы, наши великие творцы — Гоголь, Достоевский, Айвазовский, Чайковский, Блок, Врубель. Византийский элемент в Венеции русскому, особенно человеку искусства, безусловно, заметен. Здесь видно что-то родное — в том числе аллюзии на византийские еще храмы Киева, Владимира, Новгорода. Не знаю, привлекает ли это сейчас. Скорее, притягивает романтика, порой достаточно дешевая, — гондолы и прочее. Но у каждого свой вкус, не будем никого судить.

культура: Удалось ли Вам найти что-то новое в венецианских архивах?

отец Алексий: По-прежнему остаются загадочные моменты. В частности, приезд сюда Петра I, который официально не зафиксирован. Есть гипотеза, согласно которой государь в течение суток инкогнито побывал в Венеции.

культура: Похороненный в Венеции, Дягилев называл ее «вечной вдохновительницей наших успокоений»…

отец Алексий: Не вижу смысла в этой фразе. Это нечто поэтическое. Но когда Петербург величают «северной Венецией», это значит, что не понимают ни тот, ни другой город. Между ними нет ничего общего.

культура: За десять лет, проведенных здесь, Вы ощутили себя немножко венецианцем?

отец Алексий: С точки зрения менталитета — нет. Человек я русский и хотел бы им остаться. Другое дело — в бытовом смысле. Когда случается наводнение, как и все венецианцы, иду в резиновых сапогах, а туристы — босиком или в промокшей обуви.

культура: Разделяете ли Вы апокалиптическую точку зрения, что Венеция обречена на гибель?

отец Алексий: Венеция — постоянно умирающий город, который, как птица Феникс, всегда чудом возрождается. Обречен вообще весь мир. Чего стоит принятие во Франции закона об однополых браках, который шокировал всех здравых людей. Но мы рады, что католики оказали сопротивление этому закону и очень сожалеем, что массовый протест был проигнорирован.

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть