Свежий номер

Гений-убийца и мастер драмы

31.10.2019

Дарья ВИЛЬКЕ, Вена

Австрийский Музей истории искусств и нидерландский Рейксмузеум этой осенью представили публике настоящий блокбастер — выставку-диалог, впервые объединившую живопись Караваджо и скульптуру Бернини, двух революционеров римского барокко.

Они изменили мировое искусство до неузнаваемости и создали новые каноны в живописи и скульптуре. Гениальный Микеланджело Меризи да Караваджо шокировал заказчиков и коллег-художников тем, что рисовал святых и мучеников с городских бродяг, проституток и сутенеров. Его библейские персонажи выглядели пугающе живыми: окровавленными и потными, с мозолистыми, грязными пятками и вздувшимися от натуги венами — до него так реалистично, дерзко и виртуозно не рисовал никто. Он был звездой искусства и маргиналом одновременно — то расписывал церковные капеллы, то вновь и вновь попадал в тюрьму за ношение оружия, драки, поножовщину.

Джанлоренцо Бернини оживил скульптуру и сделал ее натуралистично-чувственной — его мрамор пульсирует, дышит, почти двигается. Он был настоящим вундеркиндом, уже в восемь лет помогал в мастерской отцу-скульптору, а в пятнадцать создал первую самостоятельную работу, «Мученичество святого Лаврентия». Джанлоренцо сделал блестящую карьеру и быстро стал любимцем римских кардиналов, главным папским архитектором. Он писал картины, ставил оперы и был талантливым сценографом, а сюжеты, которые высекал из мрамора, больше напоминали мощные театральные постановки, чем классическую скульптуру.

И Караваджо, и Бернини умели потрясти зрителя, превратить свои произведения в напряженную драму — так, как не умел никто другой, — и были гениальными исследователями человеческих страстей. Вот это и стало для организаторов «Caravaggio & Bernini» поводом объединить их работы, чтобы таким образом поговорить об эмоциях и чувственности в искусстве.

Оформление выставки ежесекундно напоминает о театрализованности эпохи барокко: залы погружены в темноту, снопы света обрушиваются на мраморных купидонов и выхватывают из сумрака то белоснежную голову Медузы горгоны, то кажущегося живым Христа на картине «Коронование терновым венцом». Всё в духе спектаклей, которые когда-то ставил в Риме Бернини и в стиле драматических полотен Караваджо.

Почти семьдесят экспонатов участвуют в этой постановке на тему барокко. Некоторые принадлежат венскому Музею истории искусств — например, знаменитые «Давид с головой Голиафа» и «Мадонна с четками», а другие собирали по всему миру, от Перта до Лос-Анджелеса. Легендарного «Нарцисса» Караваджо предоставила Национальная галерея старинного искусства в Риме, «Мальчика, укушенного ящерицей» — флорентийский Фонд Роберто Лонги. Из Санкт-Петербурга привезли хранящиеся в Эрмитаже терракотовые модели Бернини для знаменитых скульптур «Экстаз святой Терезы» и «Давид», из мадридского Музея Тиссена-Борнемисы — мраморного Святого Себастьяна 1617 года, а из парижского Лувра — бюст кардинала Ришелье.

«Caravaggio & Bernini» дает возможность увидеть не только оригиналы произведений двух гениев барокко. С помощью работ других живописцев и скульпторов организаторы выставки рисуют картину эпохи и воссоздают тогдашнюю художественную среду, чтобы было ясно, что питало талант Бернини и Караваджо, кто их окружал, с кем они соперничали и конфликтовали.

Скульптура «Сатир с пантерой», которую Пьетро Бернини изготовил для фонтана виллы флорентийского семейства Корси еще до рождения сына Джанлоренцо, дает почувствовать атмосферу мастерской, в которой учился и делал первые шаги в ремесле гениальный скульптор. А мраморный бюст покровителя искусств кардинала Сципионе Боргезе работы Джулиано Финелли напоминает о такой истории: последний был учеником Бернини и мастером мелких деталей. Джанлоренцо доверял ему ваять кружева и листья деревьев — чтобы справиться с большим объемом заказов, скульпторы того времени часто поручали делать второстепенные элементы изваяния подмастерьям или специально нанятым подручным. Знаменитые «Аполлон и Дафна» оказались особенно сложными — кора и листья лавра, в который превращается Дафна, стоили Финелли многих часов труда. И когда Бернини потом недоплатил, тот со скандалом ушел из мастерской. Двадцать лет они были в ссоре. А в 1632 году, через десять лет после истории с «Аполлоном и Дафной», кардинал Боргезе заказал свои мраморные бюсты почти одновременно Бернини и Финелли, устроив своеобразное состязание между учителем и его бывшим учеником.

Караваджо организаторы выставки сталкивают лицом к лицу с художником, которого он сам считал единственным достойным соперником, Аннибале Карраччи. Когда-то оба получили заказ на роспись капеллы Черази в римской церкви Санта-Мария-дель-Пополо, и для Караваджо работа над ним превратилась в изматывающий творческий поединок, из которого он вышел победителем, — а теперь их картины встречаются в одном зале Музея истории искусств. В другом шедевры художника-убийцы окружены произведениями караваджистов Карло Сарачени, Гвидо Рени, Гверчино, Дирка ван Бабюрена и прочих. Еще при жизни скандальный Микеланджело Меризи так потрясал своих современников, что молодые живописцы стали копировать его стиль и заимствовать революционную технику работы со светотенью. А после смерти гения караваджизм захватил всю Западную Европу, и на выставке след, им оставленный, становится зримым, благодаря произведениям его последователей.

— Среди многочисленных экспонатов, предоставленных другими музеями, есть и несколько раритетов из частных коллекций, которые публика увидит впервые, — говорит куратор выставки Гудрун Свобода, — например, некоторые из работ Бернини и «Экстаз Марии Магдалины» Артемизии Джентилески, самой известной художницы XVII века.

Полотно Джентилески, одной из последовательниц Караваджо, было вновь открыто несколько лет назад, а четыре гротескные головы из позолоченной бронзы, когда-то венчавшие стойки кареты Джанлоренцо Бернини и отлитые по его эскизам, до сих пор хранились у потомков мастера — это их первый «выход в свет». Они установлены на бутафорский остов кареты — так, чтобы посетитель мог перенестись в прошлое и представить, как по улицам Вечного города едет роскошный экипаж самого знаменитого скульптора эпохи.

Но «Caravaggio & Bernini» сенсационна не только из-за редких экспонатов. Несмотря на то, что венский Музей истории искусств владеет вторым в мире по величине собранием Караваджо, это первая выставка в Австрии, посвященная художнику и живописи его времени. Скульптуры Бернини сюда тоже практически не привозили. И, самое главное, до сих пор за пределами Италии не собирали под одной крышей столько гениальных работ римского раннего барокко.

В Вене на шедевры Караваджо и Бернини можно посмотреть до января 2020 года — потом выставка переедет в амстердамский Рейксмузеум, где будет гостить с февраля до июня.




Распечатать

Поделиться

Назад в раздел