Свежий номер

«Бельмондо нельзя нокаутировать»

01.08.2019

Юрий КОВАЛЕНКО, Париж

Неувядаемый Жан-Поль Бельмондо только что возведен в ранг высшего офицера Ордена почетного легиона. Очередная награда совпала с выходом книги «Банда Бебеля» известного киноисторика Филиппа Дюрана, написавшего биографии Жана Габена, Лино Вентуры, Жан-Луи Трентиньяна и других звезд. «Бандой» Бельмондо — или Бебель, как именуют его близкие, — назвал единомышленников и друзей. Среди них актеры Филипп Нуаре, Жан Рошфор, Брюно Кремер, Клод Риш, Ги Бедос, Жан-Пьер Марьель, Клод Брассёр, Анни Жирардо, режиссер Филипп де Брока. С автором встретился корреспондент «Культуры».

культура: Бельмондо еще трогают новые знаки отличия?
Филипп ДюранДюран: Последнее время Жан-Поль стал ценить медали, премии, чествования. Он видит в них свидетельства того, что не ошибся в выборе пути. При этом Жан-Поль никогда не любил главной французской кинопремии «Сезар» (отказался от приза за лучшую мужскую роль в фильме Клода Лелуша «Баловень судьбы». — «Культура»), насмешливо называл ее «Оскаром» для провинциалов», а саму статуэтку находил уродливой.

культура: Что сплачивало «банду Бебеля», сложившуюся вокруг Бельмондо во время учебы в Высшей консерватории драматического искусства?
Дюран: Прежде всего, одержимость театром, стремление играть иначе, по-современному, без нафталина, которым пропахли тогдашние подмостки. Что бы им ни говорили преподаватели, молодые бунтари были убеждены, что играют «как надо».

культура: Подобно мушкетерам, они взяли на вооружение девиз: «Один за всех, все за одного»?
Дюран: Действительно, каждый мог рассчитывать на разящую «шпагу» приятеля. Без взаимовыручки они не добились бы успеха. Они хотели, чтобы вокруг них и на сцене, и в жизни была «движуха». Они же увидели, что в консерватории обстановка чопорная, напыщенная, застывшая, поэтому стремились идти наперекор традициям, внести нотку безумия и сумасбродства, пускались на провокации против институции, которая не менялась десятилетиями. Классические пьесы Мольера, по их убеждению, можно играть иначе — чтобы вернуть утраченный ритм. Главный французский театр «Комеди Франсез», по их мнению, превратился в «мертвый музей». Бельмондо появлялся на его сцене редко, большей частью в эпизодах, и очень скучал. Чтобы развлечься, он устраивал розыгрыши — то приводил в консерваторию клошара, то изображал сумасшедшего или завсегдатая домов терпимости.

культура: «Мы были фанатами продажной любви и часто наведывались к путанам», — не без удовольствия вспоминал Жан Рошфор.
Дюран: Поскольку им не удавалось соблазнять сокурсниц, они удовлетворяли свои сексуальные желания в парижских борделях. Жан-Поль никогда не скрывал, что любил общество веселых гетер.

культура: Анни Жирардо оказалась единственной женщиной в их рядах?
Дюран: В орбиту попали и другие — Франсуаза Фабиан, Мари Дюбуа. Но первенствовала Анни с ее огромным талантом, мужским темпераментом, бесстрашием, остроумием и находчивостью. Не знаю, играла ли она роль музы, но «мушкетеры» склоняли перед ней головы, понимали: Жирардо пойдет очень далеко. Так оно и случилось.

культура: Знаменитый режиссер Рене Клер пренебрежительно отзывался о Бельмондо: «Он очень хорош, но у него мерзкая физиономия. С такой нельзя сниматься». Жестокие и несправедливые слова?
Дюран: Еще в консерватории педагоги предупреждали его: «С вашей внешностью вы никогда не сможете на сцене держать в объятиях красивую женщину — публика засмеет». В 50-е годы минувшего столетия царили другие молодые премьеры — Жан Маре, Жерар Филип, Жан Габен. Бельмондо с его боксерской наружностью и слишком ослепительной улыбкой не соответствовал канонам эпохи. Если бы не железные нервы и неисчерпаемый оптимизм, Жан-Поль бросил бы сцену еще во время учебы. Однако ему так и не удалось преодолеть врожденной застенчивости, от чего страдают многие актеры.

культура: Однако в дальнейшем члены «банды» не были на равных. Бельмондо в одночасье стал знаменитым, тогда как другие — за исключением Жирардо и Нуаре — считались просто хорошими актерами.
Дюран: Вопреки всем ожиданиям, фильм «На последнем дыхании» Жан-Люка Годара превратил неизвестного актера, каким был Бельмондо, в мегазвезду. Остальным пришлось ждать своего часа в театре и в кино. Но Бельмондо не бросал друзей, искал для них роли. Их «священный союз» просуществовал более полувека. Им была чужда зависть. Оплакивая недавнюю кончину Жан-Пьера Марьеля, Бельмондо сказал, что они были больше, чем друзья, они служили тенью друг друга. Это исключительный случай — особенно в мире кино, где скорее стремятся устранить конкурента, чтобы занять его место.

«На последнем дыхании»

культура: Что побуждало актеров «банды» выступать сразу на нескольких площадках, включая кабаре?
Дюран: Им было всего равно, где выступать. Главное — играть, пусть даже публика, с их точки зрения, не всегда оказывалась «на высоте» и не каждый раз отвечала взаимностью. Молодые и бесстрашные, они искали успеха.

культура: Несмотря на разницу поколений, Бельмондо дружил с Жаном Габеном. Что их связывало, помимо футбола, в который они вместе играли?
Дюран: Он видел в Габене настоящего Господа Бога. Со своей стороны, Габен сразу оценил масштаб дарования Бельмондо, понял, что в кинематографе настало время другого героя.

культура: У «банды» нередко случались конфликты с кинорежиссерами. «Играть роль совсем непросто, — притворно жаловался Филипп Нуаре, — а если еще вдобавок слушать постановщика...»
Дюран: Как только Бельмондо находил режиссера, который его устраивал, — Филиппа де Брока или Анри Вернейя, он делал с ними несколько фильмов. Филипп Нуаре любил работать с Бертраном Тавернье, а Жан Рошфор — с Ивом Робером. Но на съемках с этими ребятами всегда было непросто. Они не позволяли наступать себе на ноги. За словом в карман не лезли, умели больно ответить. Замечательный режиссер де Брока быстро нашел ключ к «банде». Бельмондо мог стать лицом «новой волны», но под влиянием де Брока выбрал массового зрителя, став героем приключенческих комедий: «Картуш», «Человек из Рио», «Злоключения китайца в Китае», «Великолепный».

«Картуш»

культура: Почему парижская критика никогда не ценила Бельмондо? Иронизировала: «Это не кино, а цирк, культуризм».
Дюран: Она воздавала ему должное, когда Жан-Поль снимался в так называемых «интеллектуальных» лентах, но в остальных случаях разносила в пух и прах. Единственный, к кому рецензенты были снисходительны, — это Филипп «Нуаре». Но и его упрекали, что всегда играет Нуаре. «Моя карьера удалась, — говорил мне Жан-Поль, — потому что я никогда не читал рецензий. Своими статейками они бы только сбили меня с толку, и у меня ничего бы не получилось». Его ориентиром был зритель, а не то, что строчили «мудрые» перья.

культура: Разве Бельмондо порой не жалел, что предпочитал авторскому кино кассовые ленты?
Дюран: Надо определить, что такое авторское кино. Жан-Поль не делил фильмы на хорошие и плохие, соглашался не только на шедевры. Но почему ему надо было выбирать роли, которые понравятся только узкому кругу синефилов и снобов? Он презирал интеллектуальные «изыски». Судя по его планетарному успеху, он сделал правильный выбор. В противном случае его бы сегодня забыли.  «Бельмондо, — признает Жан Дюжарден, — сам по себе целое французское кино».

культура: Интересовалась ли «банда» политикой?
Дюран: Они почти все придерживались правых взглядов, но предпочтения не афишировали, не обсуждали, за кого голосовать на выборах. Никогда не делали политических заявлений. Разве что незадолго до своей кончины Мишель Галабрю нарисовал мрачную картину: «Мы живем в период всеобщего декадентства. Политика превратилась в цирк. В литературе больше нет великих писателей прошлого, а в кино — ни Висконти, ни Ренуара».

культура: В течение всей карьеры Бельмондо снимался без дублеров. Он отдавал себе отчет в том, что шел на колоссальный риск?
Дюран: Ему на самом деле никогда не было страшно. Не сомневался, что любой отчаянный трюк у него получится. Он обожал риск и предпочитал по возможности обходиться без дублеров.

«Великолепный»

культура: Бельмондо так и не удалось полностью оправиться после инсульта, сразившего его на Корсике в 2001 году?
Дюран: Нет, но его нельзя нокаутировать. Он, как боксер, который, пропустив удар, остается на ринге, чтобы продолжить поединок. У Жан-Поля счастливый характер — никогда не унывает, не ностальгирует, не ноет, не считает, в отличие от многих, что «раньше было лучше». Ему важен не вчерашний, а завтрашний день, который он ждет с нетерпением.

культура: Хотя Бельмондо и объявил, что больше не будет сниматься, кажется, он все-таки мечтает о новой роли?
Дюран: «Я по-прежнему увлечен кино, хочу снова сняться, но только чтобы вышло что-то стоящее», — признает Жан-Поль, которого я цитирую в своей книге. Для публики он остается актером, который стоит на летящем самолете (фильм «Ас из асов». — «Культура»), а не больным стариком, опирающимся на палку. Он знает, что в 86 лет вышел на финишную прямую, ничего не боится, потому что прожил счастливую жизнь.

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел