«Соня Делоне называла Пикассо злым гением»

13.06.2019

Юрий КОВАЛЕНКО, Париж

В Париже вышла биография знаменитой французской художницы Сони Делоне (1885–1979). Уроженка Российской империи, уехавшая во Францию, одна из пионеров абстракционизма, Делоне стала первой художницей, чья прижизненная выставка прошла в Лувре.

Биографию написала Софи ШОВО, автор книг, посвященных Сандро Боттичелли, Леонардо да Винчи, Филиппо Липпи, Жан-Оноре Фрагонару, Эдуарду Мане, Пабло Пикассо. Некоторые из них переведены в России. С известной писательницей встретился корреспондент «Культуры».


культура: Какими судьбами Ваша героиня попала из России в Париж?
Софи ШовоШово: Один из ее друзей подарил Соне книгу об импрессионистах. Она была потрясена: «Кому теперь нужна старая живопись?! Я хочу поехать туда, где рождается новое искусство, где работают Мане, Моне, Ренуар, Ван Гог, Гоген». Вначале она училась в Карлсруэ, а потом одной из первых русских художников добралась до Парижа и поселилась в пансионате с другими молодыми соотечественницами, которые занимались живописью в академии Ла Палетт на Монпарнасе. Здесь жили будущие знаменитости — Мария Васильева, Любовь Попова, Надежда Удальцова, Александра Экстер, — которые иногда выступали соперницами. Хорошо образованные, они говорили на нескольких языках, участвовали в выставках, в частности в Осеннем салоне, ходили на вернисажи, в театры и на балы. Политикой Соня не интересовалась, но порой общалась с русскими революционерами, которых находила «забавными».

культура: Почему Соня так спешно вступила в Париже в брак с немецким арт-критиком и галеристом Вильгельмом Уде?
Шово: Это был фиктивный союз. Женщины Уде не интересовали, но брак придавал ему респектабельности. А Париж стоил свадьбы — по словам Сони. Так что она это сделала «ради любви к искусству». Соня бесцеремонно предложила ему заключить контракт: «Я берегу себя для большого чувства. Давай поженимся, но если я кого-нибудь полюблю, мы расстанемся». Муж служил ей подобием ширмы. К тому же Вильгельм был коллекционером с отменным вкусом, собирал авангардную живопись. Первая выставка Сони в Париже прошла именно в его галерее.

культура: Но уже через год Соня увлеклась художником Робером Делоне и мирно рассталась с первым мужем. Франко-русский альянс оказался счастливым?
Шово: Это была любовь с первого взгляда. Она увидела в Робере поэта, который, по ее словам, говорил не словами, а красками. Их объединяла страсть к живописи, о которой они только и говорили. Она обожала мужа, хотя по отношению к Соне он не всегда был на высоте. Робер воздавал ей должное как художнику, понимал, что зависел от нее материально, но смириться не мог. Чтобы муж был на авансцене, она сознательно ушла на второй план. Со временем станет ясно, что в их семейном дуэте первая скрипка — это Соня, а не муж, который никогда не имел особого успеха. В своем дневнике она впоследствии написала, что в искусстве, может быть, его немного обогнала. Но Соня не хотела бросить тень на статую Робера, которую сама воздвигла.

культура: Так или иначе, они вместе разработали принципы собственного живописного метода, который Аполлинер назвал «орфизмом», по имени древнегреческого героя — музыканта Орфея. В чем его суть?
Шово: Это одна из форм абстракции, в основе которой лежат цветовые контрасты и ритмы, придающие изображению ощущение движения. (В этом отличие орфизма от кубизма Пикассо и Брака с их застывшими на полотнах формами.) Орфизм стремился передать эту цветодинамику в эпоху появления железных дорог, автомобилей, самолетов. Он повлиял и на таких русских художников, как Лентулов, Экстер, Якулов.

«Абстрактная композиция 2»

культура: Поразительно, какое впечатление на Францию, да и на всю Европу, оказали дягилевские сезоны. «Париж, — пишете Вы, — захлестнула волна русомании». В чем она проявлялась?
Шово: Из России явился творец, который совершил революцию в театре, музыке и балете. Покоренные Дягилевым, французы увлеклись всем русским — от центрально-азиатских степей до великолепия Санкт-Петербурга. В 1914–1920 годах Делоне работала в Мадриде, где познакомилась с Дягилевым и его окружением — Стравинским, Мясиным, Нижинским. Для балета «Клеопатра» Соня создавала костюмы, а Робер — декорации. В партитуре звучала великая русская музыка — Глинка, Мусоргский, Глазунов, Римский-Корсаков, Аренский. Соня чувствовала себя как в России. Дягилев относился к Делоне по-братски, всегда ее поддерживал.

культура: Говорят, что Нижинский был в нее влюблен?
Шово: По-своему. Она ему нравилась не как обольстительница, а как хороший товарищ, на которого всегда можно положиться. Соня относилась к нему, скорее, по-матерински.

культура: Вы не преувеличиваете, называя Соню «крестной матерью абстракции»?
Шово: Она действительно сыграла роль пионера абстрактного искусства, что по тем временам требовало большой смелости. За ней пошли остальные.

культура: Мадам Делоне не ограничивалась станковой живописью. Она подняла прикладное искусство до уровня изобразительного, оказалась замечательным модельером. Не случайно Гийом Аполлинер называл ее «реформатором одежды»...
Шово: До Первой мировой войны, в так называемую «прекрасную эпоху» это была игра.

Соня экспериментировала с материей, изобретала что-то новое, порой не отдавая себе в этом отчета. Она проявила себя и замечательным дизайнером, ее находки часто заимствовали другие. Ее первой абстрактной работой в текстиле стало одеяло-пэчворк, которое она, подобно русским крестьянкам, сшила из разных кусочков материи. «Так это кубизм!» — восхищались друзья. То есть она оказалась первым художником-кубистом до Пикассо и Брака. В Испании открыла бутик «Каза Соня», где продавала свои изделия.

культура: Словом, она содержала семью — мужа и сына Шарля, пожертвовав своим творчеством?
Шово: До революции из России от богатых дяди и тетки она получила ренту, которая позволяла безбедно жить, держать открытый дом для друзей, прежде всего русских, помогать неимущим собратьям. Потом поступления кончились. Она поняла, что Робер не продаст ни одной картины. Соня не хотела бросать искусство и трансформировала его в прикладное. На парижском бульваре Мальзерб создала маленькую индустрию по производству изделий из шелка и других тканей с ее картинами и рисунками. В этом ателье работали русские эмигранты, в том числе футурист в изгнании Ильязд (писатель и художник Илья Зданевич. — «Культура»), Вера Судейкина (будущая жена Игоря Стравинского. — «Культура»). Как только появлялась возможность, она сразу протягивала руку помощи русским эмигрантам, устраивала благотворительные распродажи. В свое время у Сони были плохие отношения с Натальей Гончаровой, но после войны она помогала и ей.

культура: Делоне связывали дружеские узы с Маяковским. Робер нарисовал его портрет, который подписал: «Великому поэту великого народа от его любящего товарища Робера Делоне». Он сейчас хранится в московском музее поэта.
Шово: Каждый раз, приезжая в Париж, Маяковский навещал Делоне. Он чувствовал особую близость с Соней, которая любила с ним говорить на русском. На двери их квартиры Маяковский написал знаменитые строки «Светить всегда, светить везде до дней последних донца...», которые Делоне проиллюстрировали. Получилась поэма — картина.

«Спящая девушка». 1907культура: Почему у Делоне не заладились отношения с Пикассо?
Шово: «Пикассо — гений? — задавалась вопросом Соня и отвечала: — Да, но злой гений!» Они не скрывали своей к нему ненависти. Для нее единственным гением первой половины минувшего века был Робер, а не Пикассо. Это сражение за мужа Соня вела до самой своей смерти. Она была убеждена, что все новое в искусстве изобрел ее супруг, а его соперник украл у него первое место в живописи. Робер считал себя великим художником, а Пикассо — ничтожеством. Пикассо отдавал ей должное как художнице, и ей это льстило. Соня и Робер отказывались выходить из рамок живописи, которую изобрели, и терпеть не могли фигуративного искусства. Не хотели, как делал Пикассо, с легкостью переходить от одной манеры к другой.

культура: Что побудило Соню после Второй мировой войны на французских выборах 1945 года голосовать за коммунистов?
Шово: В знак признательности русским, которые заплатили миллионами жизней за Победу. В дальнейшем она подружилась с деголлевским министром культуры Андре Мальро, а потом увлеклась самим генералом, которого находила очень красивым. Голосовала за де Голля, пела ему дифирамбы.

культура: В один прекрасный день к ней на интервью для журнала «Вог» пришел журналист Жак Дамас. Как случилось, что в 78 лет она в одночасье влюбилась в человека, который был ее моложе на 45 лет?
Шово: Она никогда не скрывала своих чувств к Жаку, но искала не физической близости, а нежности. Жалела, что ей не 20 лет, мечтала оказаться в объятиях Дамаса. На свой манер, они любили друг друга. Однако Дамас увлекался исключительно молодыми красивыми мужчинами. Так или иначе, Жак служил ей источником вдохновения до самой смерти — Соня умерла в 94 года. Он ею восхищался, писал и издавал посвященные ей книги, устраивал выставки. Намеревался возвести на пьедестал главной французской художницы ХХ века. И это ему почти удалось. Во многом благодаря Дамасу, Делоне стала первой в истории художницей, чьи работы выставили в Лувре еще при жизни. Сегодня ее творения находятся во многих крупнейших музеях мира. И все-таки в искусстве она пока не занимает места, которого заслуживает. Поэтому я и написала ее биографию.




Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть