Екатерина Купровская-Денисова: «Для Эдисона слово «Родина» оставалось святым»

04.04.2019

Юрий КОВАЛЕНКО, Париж

Фото: Рудольф Алфимов/РИА Новости6 апреля исполняется 90 лет со дня рождения Эдисона Денисова. Концерты памяти выдающегося композитора пройдут в Москве, Томске, Екатеринбурге, а также в Париже и швейцарском Невшателе. С вдовой маэстро, музыковедом Екатериной Купровской-Денисовой встретился корреспондент «Культуры».

культура: Как получилось, что у Денисова такое необычное имя?
Купровская: Этот вопрос ему задавали очень часто. Ответ прост: его отец, радиофизик и изобретатель, был страстным почитателем Томаса Эдисона. Поэтому он и дал своему сыну такое имя. Оно оказалось пророческим и впоследствии полностью себя оправдало. Ведь если Денисов и не стал изобретателем в области физики, он стал им в музыке.

культура: Что нового привнес в музыку Денисов? Какие особенности отличают его творчество?
Купровская: Денисов придавал огромное значение универсальному понятию Красоты во всех ее ипостасях — как символу и идеалу, как высшей категории мышления. «В том смысле, в каком она понимается математиками или как ее понимали Бах и Веберн», — говорил он. Кроме того, в его эстетике понятие Красоты пересекается с концепциями тайны, света и бесконечности. Она связывается у него и с темными сторонами человеческого существования, затрагивая такие темы, как смерть, абсурд и неизбежное. Этот непрерывный поиск Красоты как некой «магической формулы», подобно тому, как алхимик ищет тайну философского камня, и определил сущность творчества Эдисона Денисова.

культура: «Вся моя музыка духовная», — отмечал Эдисон Васильевич. А разве такова не вся настоящая музыка?
Купровская: Можно предположить, что он связывал с понятием духовности не только и не столько религиозное содержание произведения, сколько тот эмоциональный и семантический заряд, который оно в себе несет и с помощью которого способно воздействовать на слушателей. Кроме того, ощущение «прозрения», «таинства», сопровождающее процесс рождения его лучших композиций, несомненно, играло свою роль в их духовной предопределенности. Денисов явно видел в процессе сочинения музыки некое духовное и даже таинственное действо.

культура: Почему у Денисова темы смерти и красоты всегда связаны?
Купровская: Наверное, потому, что они вообще взаимосвязаны. Не только у Денисова... Как сказал Виктор Гюго:

Есть много общего у смерти с красотою:
Вселенский мрак и свет обеим им сродни,
Они влекут загадкою одною,
Одною тайною внушают страх они.

культура: Денисов — математик, который стал писать музыку. Наверное, и он «поверил алгеброй гармонию»?
Купровская: Его первое образование — математическое — оказало огромное влияние на его композиторское мышление. Он неоднократно говорил о «школе логического мышления», пройденной в Томском университете. Именно там он приобрел, по его словам, «чистоту мышления, способность отбрасывать ненужные детали и находить единственно правильный путь». Он также считал, что в музыке все, как в математике, — «те же пути от первой идеи до окончательной ее реализации, до доказательства или, если счастье, до открытия, находки...»

культура: Какую роль в его судьбе сыграл Дмитрий Шостакович?
Купровская: Можно сказать, что композитором Денисов стал благодаря Шостаковичу. Дмитрий Дмитриевич подарил ему веру в себя, наставил на правильный путь, когда он сомневался в выборе между музыкой и математикой. Они были очень дружны в течение долгих лет. До конца жизни Денисов считал Шостаковича своим духовным наставником.

культура: «Я научился большему у художников, чем у композиторов», — подчеркивал Эдисон Васильевич. В чем заключались эти уроки?
Купровская: Денисов видел множество аналогий между живописью и музыкой. Поэтому он с большим интересом изучал живописные приемы, которые мог применить, — наложение мазков, сочетание цветов, создание цветовых микстур, построение композиции и т. п. Он очень любил старых мастеров, импрессионистов, и, конечно, современных художников. Среди его самых близких друзей были такие замечательные живописцы, как Борис Биргер и Анатолий Слепышев.

культура: Эдисон Васильевич сочинил музыку к десяткам популярных фильмов и спектаклей. Он всерьез относился к этим заказам или они были для него, скорее, поденщиной, заработком?
Купровская: Несмотря на то, что он называл этот тип музыки «прикладной», он очень любил работать для театра и кино. Особенно много Эдисон сотрудничал с Юрием Любимовым в Театре на Таганке и с «Современником». Это сыграло огромную роль в воспитании его как музыкального драматурга, в формировании чувства повествования, расположения и организации кульминаций и т. п. Для построения драматургии своих крупных сочинений Денисов всегда опирался на опыт, приобретенный в театре и кино. Особенно ярко это ощущается в чисто оркестровых произведениях, лишенных текста, который зачастую является подспорьем для драматургического построения.

культура: «Во мне умер режиссер гораздо больший, чем композитор», — утверждал Денисов.
Купровская: Точнее, он говорил, что мог бы стать хорошим кинорежиссером. Он был страстным любителем кино и не только довольно хорошо его знал, но и чувствовал.

культура: Он писал музыку на стихи Пушкина, Баратынского, Бунина, Блока, Хлебникова, Мандельштама, Твардовского, а также Гейне, де Нерваля, Бодлера. В России почти все виды искусства литературоцентричны. Денисов не исключение?
Купровская: Вокальная музыка занимает настолько важное место в его творчестве, что можно без преувеличения сказать, что голос был его самым любимым инструментом. Он говорил так: «Я пишу музыку на стихи, которые мог бы сочинить сам, если бы был поэтом, то есть выбор стихов — это всегда как бы мой автопортрет».

культура: Он дружил с известными французскими композиторами — Мессианом, Дютийё, Булезом, Ксенакисом. Как случилось, что его творчество связано с Францией?
Купровская: Его очень привлекала французская литература, и он непременно хотел читать ее в подлиннике. Поэтому еще студентом самостоятельно выучил французский. Именно французская музыка — Дебюсси, Варез, Дютийё — была ближе ему и по духу, и по ощущению звуковой материи. Кроме того, поскольку он владел французским языком, то и корреспонденцию в основном поддерживал французскую, причем даже с польскими музыкантами, с которыми был, кстати, тоже очень дружен.

культура: «Нести свой крест» и «быть Дон Кихотом» — два категорических императива Денисова. Неужели он никогда им не изменял?
Купровская: Денисов принадлежал к тому типу личности, которому свойственна стабильность во взглядах и принципах. Он был человеком, который рано и раз и навсегда обрел самого себя. Это проявлялось и на протяжении всего его творчества — оно стабильно, в нем нет метаний, эволюция происходит постепенно, хотя и неуклонно.

культура: Некоторые эксперты утверждают, что вся хорошая музыка уже написана. «Конец времени композиторов» — озаглавил свою книгу известный композитор и философ Владимир Мартынов. Денисов наверняка думал иначе?
Купровская: Денисов никогда не был приверженцем ни минимализма в музыке, ни так называемой «новой простоты». Относительно «времени композиторов» Денисов, разумеется, придерживался иного мнения. Иначе не посвящал бы себя преподаванию.

культура: «Он был искренним патриотом», — отмечаете Вы в книге «Мой муж Эдисон Денисов». В чем это проявлялось?
Купровская: Однажды он сказал фразу, которая очень точно характеризует его отношение к России: «Я слишком привязан к тому, что называют банальным словом «Родина». «Банальным» в том смысле, что слово «Родина» зачастую используют всуе, отчего оно почти потеряло свое святое значение. А для Эдисона оно оставалось святым.

культура: Ничто человеческое ему не было чуждо. На страницах биографии Вы рассказываете, что Эдисон любил застолья, выпивал вместе с Ростроповичем, Любимовым, другими друзьями.
Купровская: Да, конечно, в этом отношении мой муж был нормальным человеком, хотя в целом очень неприхотливым в повседневной жизни. Его коронной выпивкой была водка, настоянная на калгане — корне, который он собственноручно вырывал где-то в Сортавале, в доме творчества в Карелии. Он утверждал, что такая настойка обладает целебным воздействием.

С друзьями он любил не только выпить, но и пошутить. Однажды во время застолья Юрию Петровичу Любимову позвонила обеспокоенная жена, и тогда Вениамин Смехов шепотом посоветовал тому не дышать в трубку. При этом все вокруг тихо корчились от смеха.

культура: Вы посвятили свою жизнь творческому наследию мужа. Что Вам удалось, а что нет? Оценен ли Денисов в полной мере или его еще предстоит открыть?
Купровская: Музыка Денисова, особенно симфоническая, исполняется относительно редко. С одной стороны, это связано с тем, что ее еще предстоит открыть. С другой — это сложная музыка, которую нужно долго учить, много репетировать. То есть она требует времени, энергии и финансовых затрат. Однако есть сочинения, которые уже вошли в репертуар. Например, обе камерные симфонии или Вторая симфония для большого оркестра. Также счастливая судьба у «Реквиема» и оперы «Пена дней». В то же время балет «Исповедь» по роману Альфреда де Мюссе и очень доступный по музыке был поставлен всего один раз, в 1984 году. Я уже не говорю об инструментальных концертах, которых у него 15. Некоторые тоже были сыграны только на премьере. Непонятно, почему студенческий оркестр Московской консерватории не исполняет его сочинения. Напомню, что Денисов проработал в Консерватории 35 лет, воспитал целую плеяду музыкантов. К счастью, и на Западе, и в России есть музыканты, в том числе молодые талантливые ребята, которые снова и снова открывают для себя и для публики произведения Денисова.


Фото на анонсе: Игорь Зотин/ТАСС





Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть