Свежий номер

«Троянцы» взяли Бастилию

01.02.2019

Юрий КОВАЛЕНКО, Париж

Екатерина СеменчукНа сцене парижской Оперы Бастилии прошла премьера «Троянцев» Гектора Берлиоза в постановке Дмитрия Чернякова. Партию Дидоны исполнила меццо-сопрано Екатерина Семенчук. Со знаменитой певицей пообщался корреспондент «Культуры».

культура: На сцене Парижской оперы Вы исполняете партию Дидоны — одну из главных в опере Гектора Берлиоза «Троянцы». Эту пятичасовую дилогию по мотивам «Энеиды» Вергилия композитор сочинил специально для Полины Виардо. В прошлом ее исполняли в два вечера: в первый — «Взятие Трои», а во второй — «Троянцы в Карфагене». Сейчас она идет в один вечер.
Семенчук: Берлиоз задумывал дилогию как единое полотно, которое должно исполняться в один вечер. Он посвятил его Каролине Витгенштейн. Полина Виардо, думаю, мечтала спеть обеих героинь в один вечер (это следует из ее переписки с Иваном Тургеневым), но, к сожалению, у «Троянцев» была непростая судьба, и, к великому огорчению самого автора, Парижская опера отказалась ее поставить. Первая постановка «Троянцев в Карфагене» состоялась 4 ноября 1863 года в парижском Лирическом театре, и за пультом был сам Гектор Берлиоз. «Падение Трои» впервые прозвучало уже после смерти композитора 7 декабря 1879-го в театре «Шатле», но вся дилогия была продемонстрирована публике на немецком языке лишь 6 декабря 1890 года. А премьера дилогии на языке оригинала состоялась только в 1906 году в Брюсселе.

Я не могу сказать, когда точно выступала и выступала ли вообще в «Троянцах» Полина Виардо: Берлиоз наверняка хотел увидеть ее в обеих частях, то есть и Кассандрой, и Дидоной, но был против игры в один вечер двух разных героинь, меняющих быстро «одну кожу на другую».

Постановка Дмитрия Чернякова становится юбилейной и значимой для Опера де Пари, 30 лет назад Опера Бастилии (новое здание) распахнула двери для слушателей именно этой великой французской романтической оперой.

культура: Вы уже исполняли эту партию. Чем она Вам интересна?
Семенчук: Роль Дидоны — очень значимая для меня и моего творчества. Я отношусь к ней с большим трепетом, роль — полноводная и сильная, как океан, полная нюансов и грации, красок, драмы и требующая невероятной отдачи и полного растворения.

культура: Интересно было бы послушать в «Троянцах» Полину Виардо? Представляете, в зале наверняка сидел Тургенев...
Семенчук: Может быть, и сейчас он был в зале, а может, появится «новый Тургенев». Кто знает? Театры полны тайн.

Фото: Vincent Pontet/ONPкультура: Если не ошибаюсь, сцену Парижской оперы Вы давно обжили. Как Вам здесь поется? Наверное, профессионалу все равно, где выступать?
Семенчук: Мне искренне не нравится слово «обжили». Я не обживаю сцены, я на них живу, дышу и пою. Это называется предназначением, талантом, многолетней кропотливой работой, посвящением. Профессионалу не все равно, что он может и хочет сказать, выходя на сцену.

культура: Какие оперные партии Вам ближе всего?
Семенчук: Все роли, которые я исполняла и исполняю, — трагические. Но это не значит, что они мрачные и поются одной краской, одним звуком. В них всегда есть место любви, как движущей силе; грезам, страсти, отчаянию, счастью, смерти.. Каждую роль я проживаю и действительно «меняю кожу»... Но это не значит, что, уходя из театра, я остаюсь Дидоной, Кармен или Леди Макбет. Я остаюсь самой собой, только с невероятным багажом чужой жизни, выстраданной и прожитой мной в роли.

культура: Вы можете отказаться от той или иной роли, если она Вам не нравится?
Семенчук: Мне никогда не предлагали и, надеюсь, не будут предлагать таких ролей. Я счастливый человек, так как всегда работаю с удовольствием и много учу.

культура: Как складываются Ваши отношения с постановщиками и с ведущими театрами мира? Вы выбираете партии или Вас выбирают?
Семенчук: Я имею массу интересных работ, которые мне послала судьба. Я счастлива иметь возможность выходить на сцену и делиться с публикой всем, чем я могу поделиться. Я выхожу на сцену не для развлечений, а для вовлечения и сопереживания.

культура: Кто сегодня определяет лицо постановки? Режиссер? Дирижер? Певцы?
Семенчук: Ни одна постановка, симфонический концерт и сольный концерт с роялем — это не имя и не один человек. Это всегда команда профессионалов, от слаженной работы которых зависит успех всего спектакля в целом. Лицо постановки — это те монтировщики, осветители и гримеры с костюмерами, которых вы не видите.

культура: Есть ли между известными певицами «борьба» или соперничество за ту или иную партию на лучших сценах мира?
Семенчук: Мне это неизвестно.

В спектакле «Кармен». Мариинский театркультура: В Вашем репертуаре и Кармен, и леди Макбет, и Соня из «Войны и мира». Воплощенные в опере образы как-то влияют на Ваш характер?
Семенчук: Нет, я та же Катя, сердце которой не зачерствело и рассудок не помутнен. Я счастлива быть собой.

культура: Почему Вы не ограничиваете свой репертуар только оперой и исполняете романсы, народные и цыганские песни, духовную музыку и, кажется, собираетесь попробовать себя в джазе?
Семенчук: Я обожаю петь, родилась музыкантом, мне все интересно и до всего мне есть дело, и я делаю только то, что вдохновляет и получается. Нельзя быть оперным певцом и не работать в камерном жанре — это пагубно и для голоса, и для твоего развития, и для кругозора. Это очень важно для тех нюансов, красок, для того дыхания, которое может быть только у тех, кто с любовью относится к песне.

культура: В чем особенность славянских, и в частности русских, голосов?
Семенчук: Я не думаю, что славянские и русские голоса чем-то особеннее других. Например, великая немецкая певица и педагог Лилли Леман — этому высочайшее подтверждение. Все дело не только в голосе и таланте, нужно обладать целым комплексом артиста, быть выносливым, здоровым, воспитанным, иметь крепкие нервы и быть очень влюбленным в свое дело. Но в то же время оставаться совершенно естественным и милым человеком. В этом весь фокус.

культура: Вы выступаете во многих ведущих театрах мира. Как Вам удается избегать творческой рутины?
Семенчук: В моей работе не бывает рутины. Это невозможно.

культура: Вас часто называют наследницей Образцовой. Но у Вас теперь есть богатое собственное наследие.
Семенчук: Спасибо! Я обожаю Елену Васильевну и всегда восхищалась ею, ее любовью к жизни — все ее творчество этому подтверждение. И да, сегодня, выступая на сцене Парижской оперы в роли Дидоны или в сольном концерте в Петербурге, я имею богатое собственное наследие, у меня есть тот крепкий фундамент, который позволяет мне быть вдохновенным художником и настоящим артистом.

культура: В чем особенность Вашего прочтения каждой партии?
Семенчук: Особенность не в прочтении, а в умении правильно прочитать, что написал композитор, и попытаться это сделать правильно. Вот и все.

культура: Какие оперные вершины Вам еще предстоит взять?
Семенчук: Этот вопрос меня смешит. На ум приходит только: «Человек предполагает, а Бог располагает». Я всегда предпочитаю говорить только о том, что уже совершила, или о том, чего достигла.

Фото: Валентин Барановский/Интерпресс/ТАССкультура: Помимо Вашего выдающегося голоса, критики отмечают Ваш исключительный драматический дар. Нет ли соблазна попробовать себя в драматическом театре или в кино?
Семенчук: Соблазн всегда есть! Я буду счастлива.

культура: Те же Вишневская и Образцова считали ужасной современную режиссуру, которая, по их мнению, убивает оперу. Постановщиков они называли ее врагами, даже бандитами. Так ли это в наши дни?
Семенчук: Я не слышала такого от Елены Васильевны! Наоборот, она была невероятная Артистка и Женщина, которая обожала все передовое, молодое и новаторское. Она сама личный тому пример.

культура: Как Вы относитесь к оперному авангарду?
Семенчук: Я отношусь к интересным, умным, волнующим мою душу постановкам с уважением и всегда с открытым сердцем. Я не верю в «разрушить до основанья, а затем...». Я верю в созидание, синтез, честность, гармонию и в правдивость происходящего.

культура: Дмитрий Черняков видит свою миссию в пропаганде на Западе именно русской оперы. У него это получается? Так или иначе, он чрезвычайно востребован в Европе...
Семенчук: Дмитрий Черняков не менее известен западной и российской публике как постановщик опер Берга, Вагнера, Бартока... Но кто же, как не мы, русские артисты и художники, будем знакомить публику с русской музыкой? Понимаете, кажется странным, что романсы Чайковского не очень знакомы венским слушателям , а опера «Евгений Онегин» в одном из крупных американских городов с огромным оперным театром — это «от создателя «Лебединого озера». Таких примеров множество. Даже у нас на родине не каждый может похвастаться знанием романсов Метнера, цикла «Прощание с Петербургом» Глинки и других великих композиторов. Наша задача — нести красоту нашей прекрасной Родины, щедрой на таланты и добрые сердца.

культура: Вам не приходится порой ради сцены жертвовать интересами семьи?
Семенчук: Нет, такой проблемы не вставало в моей жизни. Все те, кто рядом со мной, полностью разделяют мой образ жизни и знают обо всех его сторонах.

культура: Наверное, нельзя жить одним искусством? Какие простые житейские радости Вам не чужды?
Семенчук: Как сказал Константин Сергеевич Станиславский: «Любите искусство в себе, а не себя в искусстве». Сразу отпадает вопрос про простые житейские радости. Конечно, не чужды.

культура: Вы, кажется, любите верховую езду. Вам подошла бы роль амазонки?
Семенчук: Очень. Посмотрите, сколько восхитительных художественных образов у женщины-всадницы. А та жизнь, энергия, доброта, верность, сила, что есть в лошади, — это настоящая радость и помощь при любой хандре. Недаром же существует иппотерапия. Это поистине чудо — общение с животным миром.


Фото на анонсе: Владимир Вяткин/РИА Новости




Распечатать

Поделиться

Назад в раздел