Игорь Волгин: «Пока мальчики спорят, еще не все потеряно»

10.02.2012

Лариса РОМАНОВСКАЯ

Поэт и литературовед Игорь Волгин успешно выступает в амплуа ведущего литературного ток-шоу «Игра в бисер» на телеканале «Культура». Гости программы ведут споры о произведениях классиков, оценивая мировое литературное наследие с позиций сегодняшнего дня.

культура: У «Игры в бисер» были предшественники на отечественном или зарубежном ТВ?

Волгин: Вот как раз удивительно: почему в такой литературоцентричной стране, каковой до последнего времени полагали Россию, не было подобной телепрограммы? Ведь классика не просто читается, поскольку «положено», и немедленно забывается, она существует в большом времени. Вопросы, которые горячо обсуждают в трактире «Столичный город» братья Иван и Алексей Карамазовы, не утратили своей злободневности. Книги, хотим мы этого или нет, живут с нами и в нас, хотя далеко не всегда мы это замечаем. Вечное влияет на текущее в гораздо большей степени, чем нам иногда представляется.

Аналогов нашей программы я, честно говоря, не припоминаю. На радио и ТВ было нечто просветительское — вроде книжных клубов, рекомендательных передач и т.д. Но наш формат — серьезное публичное собеседование по поводу конкретных классических текстов — достаточно уникален. Я давно, в сомнениях и колебаниях, обдумывал этот проект. И очень рад, что он получил полную поддержку у руководителей телеканалов «Россия 1» и «Культура». Здесь был определенный риск: ставить передачу в прайм-тайм, не страшась, что развращенная бесконечными развлекаловками и стрелялками публика переключит кнопку. Но нация, кажется, устала от сериального мыла и воинствующей попсы. Наша программа — неожиданно для нас самих — получила резонанс значительно больший, чем мы предполагали. Сужу об этом по многочисленным откликам со всех концов страны. Значит, она отвечает назревшей культурной потребности. Что касается названия «Игра в бисер» — оно условно, заимствовано у одноименного романа Германа Гессе и означает только одно: игру, по возможности, всеми смыслами культуры.

культура: В Вашем ток-шоу обсуждаются самые разные книги — от «Гамлета» до довлатовского «Заповедника». По какому принципу осуществляется этот отбор?

Волгин: Принцип очень прост: обсуждать то, что стало — или становится — классикой. Тут нет никаких персональных запретов и исключений. Интересно, что мы как бы предвосхитили идею, обнародованную недавно с государственных высот, — о необходимости усвоения «100 книг», которые составили бы интеллектуальный фундамент нации. Вполне допускаю, что в число обсуждаемых авторов могут попасть и наши ныне здравствующие современники. Например, Фазиль Искандер, Валентин Распутин, Евгений Евтушенко...

культура: В чем, на Ваш взгляд, заключается стратегическая роль «Игры в бисер»? Ваша задача — вызвать интерес, заставить зрителя мысленно подключиться к обсуждению, сформировать у него собственную точку зрения?

Волгин: Ну конечно, все, о чем Вы говорите, имеет место. Если телезрителей как-то цепляют наши скромные пиршества духа и они, зрители, начинают читать и перечитывать классику (как я им душевно советую в конце каждой программы), то этим уже оправданы наши усилия. Но дело еще в другом. Программа, которая задумывалась как элитарная, рассчитанная на достаточно узкий круг гуманитариев, вдруг оказалась востребованной достаточно широкой аудиторией. Это российская интеллигенция. Даже школьники, а мы, разумеется, берем и произведения, включенные в школьную программу, смотрят порой наши эфиры. Что обнадеживает. Ибо убеждает в том, что страна еще неокончательно превратилась в «Дом-2» и что внятный разговор о литературе — то есть о человеке, его судьбе, о любви, жизни и смерти и т.д. — не умствования высоколобых одиночек. Слава богу, нам не вполне безразлична сокровенная суть бытия. Еще не все потеряно, если «русские мальчики» любого возраста спорят, надо ли было Тарасу Бульбе убивать своего сына.

культура: Если представить окружающую нас действительность, как литературное произведение, как бы Вы определили его жанр? Кого можно назвать главными героями нашего времени? И кто — автор?

Волгин: Жанр в России всегда один: мениппея. То есть соединение высокой трагедии, комедии, кукольного театра, философской драмы, цирка и карнавала. Все зависит от соотнесения этих составляющих. Если не преобладает ни одна из них, жить еще можно. И кто же наши герои: не мы ли с вами? А вот насчет анонимного автора можно и погадать.

культура: Если бы в студии Вашего ток-шоу оказался Александр Сергеевич Пушкин, о чем бы Вы его спросили?

Волгин: У нас как раз во вторник вышла программа по «Евгению Онегину». Ну а если бы к нам в гости пожаловал его творец, мы бы спросили: «Ну что, брат Пушкин?» А он бы ответил: «Да так, брат, так как-то все…» Большой оригинал.

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть