Контракт с Карабасом

20.01.2012

Наталия КАМИНСКАЯ

В столичном Департаменте культуры полным ходом идет подготовка к переводу муниципальных театров на контрактную систему

Вероятно, в ближайшем будущем этот процесс распространится на весь стационарный репертуарный театр страны.

Руководители Министерства культуры РФ сообщили, что прелюдией к контрактной системе станет введение в театрах аттестации. Эту меру, позаимствованную из советского прошлого, предложил в качестве первого шага режиссер Валерий Фокин, избранный председателем Гильдии театральных режиссеров России. А несколько дней назад в Москве была учреждена еще и Всероссийская гильдия театральных менеджеров. Итак, перемены инициируются одновременно и людьми театра, и чиновниками.

Замена штатной системы на контрактную предполагает, что все без исключения сотрудники театра будут наниматься на определенный срок. Учредитель заключает срочный контракт с руководителями, а те, в свою очередь, — со сценографом, артистами и работниками цехов.

Эта идея давно носится в воздухе. Но сегодня за ее осуществление взялись всерьез, потому что масса нерешенных проблем нашего театрального хозяйства достигла критической точки. Одну лишь Москву за прошлый сезон сотрясали три громких скандала. По требованию труппы Театра им. Вл. Маяковского был уволен Сергей Арцибашев. Из-за бесконечных жалоб актеров Театра им. Станиславского был отстранен от работы Александр Галибин. Наконец, произошел трагикомический конфликт артистов Театра на Таганке с Юрием Любимовым, и 93-летний мэтр оставил свой пост. Помимо этого регулярно возникали конфликтные — вплоть до актерских голодовок — ситуации в провинциальных театрах.

Организационную модель отечественной сцены, где неограниченная власть сосредоточена в руках одного человека (художественного руководителя), окрестили «театром Карабаса Барабаса». И ведь именно «марионетки» начали регулярно срываться с веревочек да указывать на дверь тому, кто еще недавно их за эти веревочки дергал. Все решительные шаги прежнего руководства Департамента культуры Москвы — отстранение Арцибашева, Галибина и даже Любимова — были сделаны под давлением артистов.

Бунт — по-прежнему единственное средство изменить ситуацию. Еще в советские годы злые театральные языки пустили в обиход словосочетание «неувольнимые мстители». Так прозвали артистов, которые, находясь в труппах пожизненно, не регламентируемые никакими правовыми нормами, с аппетитом «поедали» своих главных режиссеров. Есть в стране целый ряд строптивых театров, исторически специализирующихся на свержении руководителей.

С советских времен мало что изменилось. По недавним свидетельствам министра культуры Александра Авдеева, сегодня практически в каждой труппе имеется около 15% балласта, а механизмов избавления от него не существует. Уволить артиста, который годами не выходит на сцену, но продолжает получать зарплату да еще и мутит воду, по-прежнему невозможно.

Сохранилась и «карабасова» проблема. Стационарный репертуарный театр предполагает художественный диктат творческого руководителя. Но мало ли театров, где у худруков нет подлинных ресурсов для осуществления мало-мальски интересной программы?

Есть и попросту недееспособные люди, до сих пор находящиеся у руля. И, несмотря на то что с руководителями учредители (город, область, страна) заключают контракты, механизм этих контрактов не отрегулирован. Иначе, надо полагать, процесс обновления режиссерского корпуса шел бы куда более эффективно и разумно.

Ребром стоит и вопрос взаимоотношения творческого руководителя с административным. К слову сказать, кадровая директорская чехарда прошлого сезона не уступала режиссерской. Три московских театральных директора были отставлены или переставлены с места на место. А в конце декабря в результате конфликта худрука Театра Маяковского Миндаугаса Карбаускиса с директором Евгенией Куриленко последняя была уволена. Нынче она заняла аналогичный пост в Театре им. Рубена Симонова, а в Маяковку перешел из Et Cetera Леонид Ошарин. Куриленко уже прокомментировала свой уход, и ее комментарий выдает грамотного администратора. Совершенно очевидно, что у них с Карбаускисом просто абсолютно разные взгляды на театральную практику.

Идеален вариант, когда директор работает на творческие интересы режиссера, а режиссер доверяет директору. Такие счастливые примеры есть. Однако гораздо чаще работа одного буквально компрометирует усилия другого.

Недавно в рамках проекта «Платформа» на «Винзаводе» состоялась дискуссия «Московский театр: Что нам со всем этим делать?» Среди выступающих были люди разных возрастов и профессий, участвовал в обсуждении и Сергей Капков, руководитель Департамента культуры Москвы.

Кирилл Серебренников сообщил, что планируется открытие Школы театрального лидера при Центре им. Вс. Мейерхольда. Здесь молодые продюсеры, режиссеры и драматурги будут создавать новые творческие «тандемы», в которых искусство, управление и бизнес попробуют счастливо объединиться.

Режиссер Евгений Писарев честно признался: за год пребывания в должности худрука Театра им. А.С. Пушкина он так и не понял, куда рулить. Театр, находящийся в самом центре Москвы, не может позволить себе плохих сборов. Писарев пытается ставить кассовые спектакли и уже прослыл из-за этого ловцом коммерческого успеха. Однако коммерция предполагает размах и шик, а городским бюджетом на постановки выделяются ну просто смешные деньги.

Худрук Центра им. Мейерхольда Виктор Рыжаков заявил, что его нынешние сверстники приняли хозяйство, в котором ни один важный закон так и не разработан.

Меняются театральные поколения, а речь все о том же, о чем шла еще лет пятнадцать назад. Разве что денежный вопрос обострился. Государство сегодня явно не хочет и не может содержать театральное хозяйство так, как делало это прежде, по принципу «всем сестрам по серьгам». Все громче разговоры о том, что театры должны озаботиться, прежде всего, кассой. А главным показателем ценности того или иного театрального заведения станет зрительское «поголовье» — чем лучше заполнен зал, тем больше дадут бюджетных денег.

До нормативных актов в поддержку такого «светлого» будущего дело пока не дошло, но театральный люд уже нервничает. Все-таки театры бывают разных направлений, а зрители — разных категорий. Одним артхаус подавай, другим серьезную классическую постановку, а третьим — чтобы ярко, громко и — обхохочешься. Если мы начнем оценивать любой театр лишь «согласно купленным билетам», как шутил классик, то у нас скоро будет, как восклицал другой классик, просто «черт знает, что такое!» Хорошо и дорого продается бойкая антрепризная дребедень. Неповоротливая махина российского стационарного репертуарного театра приходит в движение. Теперь она будет набирать скорость, и такой начнется лязг да грохот — мало не покажется.

Переход на контракты, конечно, назрел. Однако результат зависит от того, какими методами и какими темпами будет осуществлен этот болезненный процесс. А еще — от культурного уровня, компетентности и человеческой порядочности разнообразных руководителей. Можно ведь продлить контракт с удобным и покладистым (во всех смыслах слова) работником, а можно расторгнуть — с талантливым, но колючим. В отсутствие грамотной юридической базы и доброй воли самые благие реформы могут стать профанацией и послужить новыми инструментами расправы с неугодными.

МНЕНИЯ

Сергей Капков, руководитель Департамента культуры Москвы

Самое сложное и ответственное в переходе на контрактную систему — грамотная, ясная правовая основа. Без соответствующих законов каждый новый шаг властей будет давать повод для судебных разбирательств. Предстоит заниматься корреляцией трудовых договоров, договоров с коллективами, с отдельно взятыми творческими работниками. Разумеется, необходимо учитывать индивидуальные особенности конкретного театра, его творческого лица, географического местонахождения и т.д. Ежегодный бюджет московских театров составляет 7 347 239 000 рублей. При этом примерно 15 процентов от гарантированных им средств театры зарабатывают сами. Некоторые выручают и больше, могут покрывать свои расходы. Получается, что мы сегодня в главной степени финансируем именно неуспешные театры, которые и 15 процентов заработать не способны. В такой ситуации выделять на постановки больше, чем сейчас, мы не можем.

Владимир Урин, генеральный директор Музыкального театра им. К.С. Станиславского и Вл.И. Немировича-Данченко

В Москве уже существует гильдия театральных менеджеров. Но мы решили расширить ее до всероссийского масштаба. Мы здесь в привилегированном положении, в провинции же проблем неизмеримо больше, и реформа в первую очередь скажется на наименее социально защищенных театральных коллективах. Перемены, безусловно, необходимы, однако они должны быть осуществлены грамотно. Практики театра, люди, которые ежедневно занимаются экономикой и организацией процесса, по нашему убеждению, должны выступить в качестве одной из серьезных экспертных групп в разработке новых законодательных актов.

Миндаугас Карбаускис, художественный руководитель Театра им. Маяковского

Контрактная система нужна, но важен и человеческий фактор. При нашей жизни театр является социальной гарантией. Если ты вводишь контрактную систему — ты должен вводить и систему, защищающую человека. Когда я его увольняю, куда он попадет, кто оберегает его права, социальный статус и т.д.? Фактически уже 60 процентов труппы нашего театра на контракте. И я считаю, это справедливо: у всех есть права, но есть и обязательства. Но к полному воплощению системы надо будет идти годы и годы, потому что есть такие вещи, как человеческие отношения, традиция, уважение артистов.

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть