Диагноз: достоевщина

20.04.2012

Наталия КАМИНСКАЯ

Лев Эренбург, создатель и руководитель санкт-петербургского Небольшого драматического театра, работает в МХТ во второй раз.

Сначала была «Васса Железнова». Максима Горького Эренбург, по всей видимости, любит. Его петербургский спектакль «На дне», номинировавшийся на «Золотую маску», был неожиданно дерзким и очень сильным по эмоциональному накалу. Вот и для мхатовского дебюта режиссер выбрал горьковскую пьесу. Ныне же, обратившись к Достоевскому, он откровенно признался, что не любит этого писателя. И поставил хороший спектакль, в котором совершенно очевидна нелюбовь к первоисточнику.

Показательна в этом смысле программка, где на первой странице в семи рисунках, напоминающих знаки дорожного движения, изображена фабула романа «Преступление и наказание». Человечек поднялся по лестнице, убил двух других человечков, спустился вниз, выбежал в дверной проем и встал на колени. Лишь одна деталь претендует, скажем так, на психологическую оценку: в дверной проем бежит черный человечек (осознавший себя преступником!), на остальных же рисунках он белый. Именно в этих параметрах, в сухой и жесткой смене сцен, где каждая на миг высвечивается, как стоп-кадр, ставит Эренбург свой спектакль. По первому образованию он врач, в чем, пожалуй, и кроется причина нелюбви к достоевщине. У того, кто регулярно имеет дело с ее физическими результатами, кто должен лечить плоть, нет ни времени, ни желания углубляться в болезни духа.

Лев Эренбург замечательно работает с актерами (товстоноговская школа). У него крепкая режиссерская рука, циничный медицинский взгляд на человечество и душа, так и не разучившаяся сострадать людским несчастьям. «Разбирая» роли, он обязательно вытаскивает на свет телесные подоплеки, ибо считает их важной причиной складывающихся ситуаций. И вот в спектакле МХТ возникают множественные кровотечения. Кровью харкают, она течет из порезанных рук и нестойких носов. Даже Порфирий Петрович здесь страдает геморроем, может, оттого боится вида красной жидкости аж до обморока.

Мир спектакля населяют хрупкие организмы, целостность наружных оболочек которых постоянно нарушается. Так, без всякого специального старания режиссер создает метафору кровавой истории Раскольникова — идея морально «зарубила» душу, а нескладная, убогая жизнь физически кромсает плоть.

Тем, кто любит Достоевского за разверзшиеся душевные бездны, именно этого в спектакле МХТ будет не хватать. Эренбург ставит жесткий сюжет про обычных несчастных людей с их идефиксами и пороками, телесными хворями и губительными страстями. Про людей, которых очень жаль, ибо они обречены глядеть под ноги и не видеть неба. Красавица Дуня Раскольникова — Паулина Андреева здесь буквально иссушаема страстью к Свидригайлову, которого позаимствованный из Питера Евгений Дятлов играет этаким блестящим слабаком. Соня Мармеладова — Яна Гладких носит очки, похожа на образованную девицу, а когда возвращается с панели, мы физически ощущаем ее болезнь от нечистоты.

Порфирий у Федора Лаврова явно маниакален. Он будто чует запах крови, сначала как бы панически боится ее вида, а под конец, в сцене признания Раскольникова, напротив, нарочно роняет на пол вазочку с вареньем, и кроваво-красная жидкость размазывается по полу. Наконец, сам Родион Романович — Кирилл Плетнев слишком брутален для привычного нам, бледного и растрепанного мученика идеи. Этот очень современный молодой человек, импульсивный, резкий, обиженный на весь свет. В мучительных размышлениях ему отказано. Он скорее на зверином уровне ощущает содеянное и продолжает ненавидеть всю эту окружающую жизнь, эти жестяные тазы и тряпки, эту навечно замызганную стеклянную чердачную крышу (сценография Валерия Полуновского), которая застит небо, не давая даже глазу обратиться ввысь, не то что душе прикоснуться к Богу.

В финале спектакля крыша превращается в покатую стену, и измотанная отчаянной злобой на жизнь Катерина Ивановна — Ксения Лаврова-Глинка взбирается по ней, грозя дойти до начальства, до самого «верха». Вот только «верх» обрывается краем загаженной поверхности. Дальше темнота.

«Преступление и наказание» МХТ им. А.П. Чехова 

Режиссер Лев Эренбург 

Сценография Валерия Полуновского 

В ролях: Кирилл Плетнев, Федор Лавров, Ксения Лаврова-Глинка, Яна Гладких, Евгений Дятлов, Паулина Андреева

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть