Кушать подано

20.05.2014

Анна ЧУЖКОВА

Константин Райкин поставил «Кухню» Арнольда Уэскера. Блюдо получилось с горчинкой.

Уэскера называют самым сердитым из поколения «рассерженных англичан». Его первая пьеса была написана в 1957 году, когда автору исполнилось только 24. В основу легли впечатления драматурга от работы в парижском ресторане на Бульваре Капуцинок. Тогда молодому человеку пришлось несладко.

«Кухню» играли более чем в 30 странах мира: ставили не только в знаменитых театрах, но даже в торговом центре и на складе. Сегодня звон посуды раздается на сцене «Сатирикона».

Мойки, печи, шкафы для подогрева тарелок, разделочные столы, вытяжки и шумные холодильники. Чтобы создать сверхнатуралистичные декорации и освоиться в них, потребовался консультант и даже не один. В царстве из стекла и нержавеющей стали не стихает гул. От плит жарко так, что пот стекает ручьями. Вокруг удушающий чад. 

В этом плавильном котле трудятся бок о бок немцы, итальянцы, евреи, ирландцы — бессчетное количество поваров, официанток, уборщиков. Они приехали в Лондон за лучшей жизнью, а попали на кухню. Туда, где нет свободной секунды. Где работа кипит в прямом смысле слова и обваривает неосторожных. Десятки рук чистят, отбивают, парят, жарят, сервируют, режут — только ножи сверкают. В перерывах трудяги еще и ссорятся друг с другом, заводят неудачные романы, поют, мечтают. Но чаще все-таки ругаются.

Здесь, пожалуй, нет главного героя. В хаосе соло есть у каждого. Кто-то мечтает о женщине, кто-то о деньгах, третьему не хватает времени на хобби. Все без исключения ненавидят ресторан, обвиняя его в своих бедах. Самой пронзительной станет исповедь кондитера Пола (Никита Смольянинов). В густонаселенной кухне он ищет человека, ищет и не может найти. Петер (Антон Егоров) в отчаянии и вовсе с катушек слетает: среди жара печей нет и капельки человеческого тепла. Не лучше ли вовсе разрушить ужасный несправедливый порядок?

Но сделать это невозможно, считает автор: «Для Шекспира мир представлялся сценой, но для меня мир — кухня». Повсюду царят одни и те же варварские законы. Вся планета — эксплуататорская машина. 

Молодой да сердитый Арнольд Уэскер, сочувствовавший коммунистам, создал пьесу социальную — с пафосом развенчания капитализма. Люди сгорают на работе, но ради чего? Блюда, которые они приготовят сегодня, завтра уже будут несъедобными. Денег, которые получат сейчас, едва ли хватит на достойную жизнь.

Чуждый всякой политике, Константин Райкин поставил спектакль несколько о другом, с посылом сугубо гуманистическим. Да, в этом кухонном комбайне люди изнашиваются, как детали. Но режиссер, кажется, не склонен искать виноватых. На его «Кухне» жалко даже самого злющего эксплуататора — хозяина ресторана (Алексей Якубов). Он и сам пашет как вол, а когда работа останавливается, выходит из себя: «Я даю вам еду, я плачу хорошо. Ну что еще нужно?!» И этот крик повисает в воздухе. Действительно, а что нам еще нужно?

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть