Валентинин день

25.01.2018

Денис СУТЫКА


«Васса Железнова»
Театр имени Моссовета

Режиссер: Сергей Виноградов

Сценограф: Мария Рыбасова

В ролях: Валентина Талызина, Леонид Сенченко, Андрей Межулис, Юрий Черкасов, Ирина Климова, Александр Бобровский, Анна Гарнова и другие. 

К 150-летию Максима Горького в Театре имени Моссовета поставили одну из самых популярных пьес классика — «Вассу Железнову». В главной роли — народная артистка России Валентина Талызина.

«Васса Железнова» имеет богатую и яркую сценическую историю, а заглавная роль для артисток часто становилась знаковой в их творческой судьбе. Первой Вассой в советское время была сама Фаина Раневская, за ней — Серафима Бирман и Вера Пашенная. Уже в наше время в этой роли блистали Светлана Крючкова и Татьяна Доронина. Несмотря на то, что пьеса повествует о распаде семьи в начале XX века и обостряющейся классовой борьбе, она по-прежнему привлекательна для современных режиссеров. Сегодня «Васса» идет на сценах Малого, «Табакерки», МХАТа им. Горького и других столичных театров.

Причем обращаются к обеим версиям, написанным Горьким в 1910-м и 1935-м соответственно. Первая апеллирует к семейным ценностям, вторая — к классовым. Режиссер Сергей Виноградов, поставивший «Вассу» на сцене «Под крышей» в Театре Моссовета, включил в первый вариант революционерку Рашель из второго, тем самым отдав дань событиям 100-летней давности. Режиссер и сценограф Мария Рыбасова, пожалуй, сделали все возможное, чтобы остаться незамеченными. Декораций минимум — длинный стол, за которым собираются домашние, посреди сцены диван да кресло Вассы, лестница на второй этаж, где в горячке умирает глава семейства (актер Леонид Сенченко), и вращающиеся двери, уводящие героев в иные комнаты.  

Фото: Елена ЛапинаВиноградов позволил себе ввести в спектакль живой оркестр и дал каждому из героев исполнить свою лебединую песню. Такой ход очень хорошо противопоставляет мир Вассы и ее домочадцев. Первая — хваткая, рассудительная, думает о том, как сохранить семейное дело и кому передать капитал. Дети — бесшабашные, воспитанные на примере пьющего и гулящего отца Железнова. Отсюда и романсы с цыганами, и любовь к сладкой жизни. Они нежизнеспособны и явно все растранжирят. Режиссер довольно точно помог актерам разобраться в характерах героев. Исходным событием в его трактовке становится близкая кончина главы семейства Железнова, а сквозным действием — борьба за наследство. И хотя все делают вид, что искренне переживают по поводу болезни отца, зритель чувствует: каждый желает ему скорейшей кончины. А дальше — забрать свою часть наследства да сбежать подальше от жесткой маменьки. Понимает это и Васса и потому придумывает план сохранения капитала. Надо отдать должное Валентине Талызиной. Она очень тонко воплотила на сцене живую, противоречивую героиню. Ее Васса скупа на слова и движения, но каждый взгляд — все равно что искры молнии. Если уж решилась, то действует без оглядки. «Матери — все удивительные! Великие грешницы, а и мученицы великие! Страшен будет им Господень суд. А людям — не покаюсь!» — произносит Талызина, и, кажется, в этих словах скрыто зерно характера ее Вассы. У героини есть своя правда, которой она следует и ради нее готова пойти на все. Порой становится страшно, с какой простотой она вершит судьбы домашних. Деверя Прохора, чьи деньги были в семейном деле, — отравила. Сына Павла отправила в монастырь, сына Семена — лишила наследства, а у революционерки Рашель отобрала ребенка Колю. Раз уж дети не вышли, значит, внук продолжит семейное дело.

Фото: Сергей ПетровВ спектакле нет положительных героев. Каждый — со своим пороком и изъяном. Сочувствия никто не вызывает, а вот страха — оттого, что нет таких низостей, до которых не упал бы человек, — хватает. Не случайно Сергей Виноградов усилил сцену смерти Железнова. Родные встают в круг и постепенно от скорби переходят к радостному веселью. Умер, мы свободны!

В спектакле нет и намека на современность, однако сегодня семьи так же непрочны, а деньги застят глаза и рушат судьбы. Но дело не только в этом. Горький увидел в «Вассе» главное — продолжая классическую традицию рассказа о «крушении дома» (вспомним «Господ Головлевых» Салтыкова-Щедрина, которому автор пьесы во многом наследует), он расширяет пространство действия. Чтобы зрителю стало наконец понятно: больше всех страдает сама Васса. Она — не злодей, но жертва искаженного социального устройства, научившего ее единственно возможной форме любви — с кулаками. Нравы сегодня стали помягче, но кулаки у нас все еще пудовые.


Фото на анонсе: PHOTOXPRESS 

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть