Евгений Герасимов: «Мысли Экзюпери созвучны работе депутата»

11.10.2016

Елена ФЕДОРЕНКО

«Ленком» выпустил первую премьеру сезона — спектакль «Странный народ эти взрослые» по сказке «Маленький принц». 

Совсем недавно весь мир отметил 116-летие со дня рождения автора притчи Антуана де Сент-Экзюпери. На сцене — просторы пустыни, над ними — белоснежные планеты с блестящими звездами. Молодой режиссер Сергей Дьячковский пригласил в путешествие по галактике жизни — ведь «все взрослые сначала были детьми, только мало кто из них об этом помнит» — трех артистов. 

Фото: А.Стернин

В главной роли Летчика выступил актер и режиссер Евгений Герасимов, сегодня больше известный как политик и общественный деятель. После премьеры «Культура» расспросила его о работе над спектаклем и о том, почему уважаемому депутату, возглавляющему комиссию Мосгордумы по культуре, председателю Московского отделения союза кинематографистов захотелось вернуться на сцену.

культура: Почему «Ленком»? Вы не были замечены в каких-либо творческих отношениях с этим театром. 
Герасимов: В моей жизни многое происходит неожиданно и... увлекает. Доверяю своей интуиции, прислушиваюсь к желаниям. Приглашения в разные театры случались и раньше. Но внутренней уверенности не возникало, я же понимаю всю ответственность. Может, время не наступало? Недавно два Марка, мои друзья, Марк Анатольевич Захаров и Марк Борисович Варшавер — руководители «Ленкома», предложили мне сыграть в спектакле по мотивам «Маленького принца». Я не мог не откликнуться, потому что отношения с Захаровым у меня давние. После окончания Щукинского училища мы, выпускники, показывались в театры. В «Сатире» наши отрывки смотрели Плучек и Захаров, от них пришло приглашение, как и из других театров. Мои великие учителя-вахтанговцы советовали идти к Захарову. Но в тот момент, когда нужно было принимать решение, Марк Анатольевич переходил в «Ленком». Вот я и пошел в «Маяковку» к Андрею Александровичу Гончарову, где, помимо главных ролей в ряде спектаклей, мне было предложено сыграть в потрясающем захаровском «Разгроме» по Александру Фадееву. Я играл корейца, который умоляет командира партизанского отряда Левинсона — Армена Джигарханяна — сохранить ему свинью, не обрекать многодетную семью на голодную смерть. Режиссеру мое исполнение понравилось, и для меня это дорогое воспоминание. 

культура: Только по дружбе и согласились?
Герасимов: Прочитал инсценировку и понял, что это про меня. Возникла потребность выйти на сцену и поделиться философскими рассуждениями, заложенными в роли. Для меня слова Экзюпери — мои слова. Необходимо заботиться о тех, кто рядом, слушать свое сердце, противостоять духовной слепоте и черствости — эти мысли очень близки моей сегодняшней работе депутата и общественного деятеля. Период репетиций оказался коротким, роль большая — 60 страниц текста. Нелегко пришлось при моей загруженности, но желание было так велико, что отказаться не смог.

Фото: А.Стернин

культура: Вас не смущало, что сказка Экзюпери не самый удобный для театра материал? Немного игрового действия, все больше — оживающие картинки с краткими диалогами. Не сложно ли Вашему герою — достоверному Летчику в соответствующей экипировке — общаться с Маленьким принцем, изображенным на видеопроекции? 
Герасимов: Это непростая условность. Я видел в спектаклях игру актера с изображением, соединение живого образа и «картинного», и не могу сказать, что меня как зрителя это убеждало. Но на репетициях сразу, поверьте, возникло понимание того, что нарисованный малыш — часть меня, что он подталкивает к поиску себя. Мы ведь до конца не знаем, кто мы и какие.

культура: В Вашей судьбе была «Гостья из будущего», а теперь появился «Гость из прошлого». Вы воспринимаете Принца как привет из собственного детства?
Герасимов: Как свою рефлексию. Я разговариваю будто с собой, только — маленьким. Он возвращает меня в прошлое и заставляет задуматься о будущем, да и о смысле жизни, конечно, тоже. Играю про то, что даже если многое потеряно, возрождение возможно. 

культура: Когда на Вашей шее появляется шарф, Летчик становится Маленьким принцем — так? Как работалось с молодым режиссером и партнерами?
Герасимов: Получаю огромное удовольствие, переходя из одного состояния в другое. Сергей Дьячковский выстроил цельный спектакль, бережно отнесся к сказке. Он человек тонкий, образованный, театральный. Репетируя, мы шутили, находили современные фразы, говоря о человеческих пороках — таких, как тщеславие, пьянство, гордыня. Надо дать зрителю возможность порадоваться. Мои партнеры — Таня Збруева и Леша Поляков — талантливые ребята. У каждого несколько ролей, к тому же их образы заключены в достаточно яркую форму, и они ее держат. Мне очень комфортно играть с ними «глаза в глаза». Кажется, в спектакле нет ничего ненужного, лишнего. 

культура: «Маленький принц» рекомендован для семейного просмотра — показываете не только днем, но и вечером?
Герасимов: В зале много зрителей — от малышей до бабушек, и каждый воспринимает свое — настолько у Экзюпери великое произведение. Когда я зал притушевываю, стоит потрясающая тишина. Муха пролетит — услышишь. Билетерши рассказали занятную историю. На вечернем спектакле они увидели дам, которых запомнили по дневному показу, и спросили, зачем те пришли вновь. Отвечают: «Мы сидели в амфитеатре, а на вечер удалось купить билеты в партер, захотелось посмотреть поближе». Мой шестилетний внук тоже удивил: «Дедуль, подари мне слова, что ты говорил на сцене». Пригласил коллегу по депутатскому корпусу. Она плакала. Потом объяснила причину слез. Год назад ушла из жизни ее мама, и она до сих пор не может расстаться с ней, отпустить ее от себя: «После спектакля я вдруг успокоилась — мама где-то там, высоко, и следит за мной. Стало легче». Вечером мы сыграли с антрактом, чтобы дети выпили лимонада, а взрослые — кофе. Волновались: все ли вернутся? Время-то позднее. Не ушел никто. 

Фото: А.Стернин

культура: Сейчас это единственный Ваш театральный проект?
Герасимов: Да. Сегодня я не артист. Возможно, если захочу, что-то еще появится. Захотел же «Маленького принца». Марк Захаров сказал мне после премьеры: «Ты подвиг совершил, я не верил и представить не мог, что ты согласишься».

культура: Мы разговариваем в Вашем думском кабинете, постоянно звонит телефон, помощники приносят важные бумаги, Вы отдаете указания железным тоном — не узнать героя Экзюпери...
Герасимов: Я человек конкретный, точный, окончил практически с отличием, правда давно, физико-математическую школу, участвовал в олимпиадах и входил в тройки призеров. Это сформировало характер: привык добиваться результата. Стараюсь получать удовольствие от всех дел и увлечений.

культура: Увлечение — это спорт?
Герасимов: Со школьных лет занимаюсь. Мастер спорта по легкой атлетике, кандидат в мастера по авторалли и конному спорту, одним из первых в Москве получил «черный пояс» по карате. Поддерживаю школы карате, куда принимают абсолютно всех — не для того, чтоб им стать бойцами или чемпионами, а для поддержания физической формы. Я начинал тренироваться у великого Сато, он привил нам философию жизни: уважать старших, быть в гармонии с собой и внимательно относиться к окружающим людям. Общечеловеческие ценности.

культура: Рифмуется с Экзюпери: «Мы в ответе за тех, кого приручили», «Любить — это не значит смотреть друг на друга. Любить — значит смотреть вместе в одном направлении». Спорт, победы по физике, математике и вдруг — карьера артиста?
Герасимов: Сниматься начал с 12 лет, в кино попал случайно. Наши игры на улице привлекли внимание ассистентки с «Мосфильма». Школьником участвовал в двух картинах: «Они не пройдут» и «Человек, которого я люблю». Конечно, захотел стать артистом, а еще больше — режиссером, как Юлий Карасик. Его работой я восхищался и уже тогда понял, что режиссер — это человек, создающий свой мир, чем он и делится со зрителями. 

Актерское дело, как и все остальное, подвергал сомнению, думал, что успех первых фильмов — случайность. В выпускных классах отказывался от съемок, ходил на курсы в Бауманский институт. И все-таки решил себя испытать экзаменами в театральное училище — поступал сразу в три вуза и везде прошел на третий тур. Выбрал Щукинское — поближе к дому, да и Театр Вахтангова любил. Так я стал артистом, восемь лет прослужил в Театре имени Маяковского, а потом переключился на кино и режиссуру.

Фото: А.Стернин

культура: Из актеров в режиссеры — путь, освоенный многими. Но Вы-то стали депутатом Московской городской думы. Как решили бросить безумный мир искусства ради карьеры чиновника? 
Герасимов: Общественной работой занимался всегда. На Киностудии имени Горького, куда пришел уже как режиссер, Станислав Ростоцкий передал мне Третье творческое объединение. Тогда же меня ввели и в состав правления студии. Наше объединение было самым большим, мы снимали много полнометражных художественных картин, документальных и телевизионных фильмов. Работали четко: ни одного дня простоя, ни одного потерянного рубля, получали все переходящие красные знамена победителей соцсоревнования. Ко мне как к руководителю все время обращались с проблемами: одному надо попасть к врачу, другому — устроить ребенка в детсад, а сколько людей нуждалось в квартирах. Во все вопросы вникал серьезно. Уже в годы перестройки мы с Евгением Жариковым немало кабинетов обошли, добиваясь персональной пенсии Николаю Крючкову, о нем тогда все забыли. Когда Студия имени Горького распадалась, я отправился по всем начальникам, чтобы решить возникшие серьезные проблемы одной очень известной артистки. И как-то на приеме мне предложили попробовать себя на выборах в Думу: «Ты реально занимаешься социалкой для работников культуры, а у нас там нет своего представителя». Попробовал — и до сих пор остаюсь депутатом.

культура: Кино тем не менее не оставляете?
Герасимов: Сегодня я — депутат, и своей работой занимаюсь профессионально. Участвую в кинопроцессе в качестве актера или режиссера нечасто, это, скорее, хобби. Первые созывы я не снимал и не снимался. Несколько лет назад выпустил картину о Савве Мамонтове, поскольку занимался тогда законом о меценатстве. Можно сказать, тему продвигал. Люди приходят в Театр оперетты и не знают, что здание построил Савва Мамонтов. А какое количество художников он поддержал — помог Серову, Васнецову, Коровину, без него, вероятно, и Врубель мог бы не состояться. Савва Иванович получил вокальное образование в Италии, и именно он поставил голос Шаляпину. Мамонтов прокладывал железные дороги, объединял промышленные и транспортные предприятия, модернизировал заводы. Он — государственник, человек, озабоченный отнюдь не своим карманом, с чем у него все было в порядке, а судьбами страны. Его деятельность — важный пример для наших сегодняшних олигархов. Снимать ленту собирался Всеволод Шиловский, он пригласил меня играть главную роль: «Ты меценат, благотворитель, многим помогаешь...» Меня-то уговорил, а сам вернулся к другому, начатому когда-то проекту. Пришлось «подхватить» фильм.

Аналогичная ситуация сложилась с картиной «Туман рассеивается» о внешней разведке. Тема тоже актуальная — во все эпохи были и будут те, кто ставит государственный интерес выше личного. И фильмы о них нужны, иначе как молодым жить, где находить идеалы? Не в низкопробной же попсе. Мы-то воспитывались на образцах положительных, смелых и благородных героев.

Фото: А.Стернин

Но времени на кино остается все меньше, давно уже работаю без отпуска. В предыдущий созыв только официальных обращений ко мне набралось 18 тысяч. 76 процентов от общего количества решено положительно. Представляете, скольким людям в результате смогли помочь? Конечно, заслуга не моя, а всей нашей команды, у меня очень хорошие помощники, сильные профессионалы. Поддержку конкретного человека я не поставлю в сравнение с аплодисментами после успешной картины. 

культура: С какими вопросами идут к Вам избиратели?
Герасимов: С разными. Восстанавливаем несправедливо отчисленных студентов, заступаемся за стариков, насильно выселяемых из квартир, разбираемся в делах семейных, устраиваем больных на операции, решаем проблемы ЖКХ с лампочками, неработающими лифтами, прохудившимися крышами... Избирателей я принимаю в нескольких местах, и с такими историями подчас сталкиваешься, что сердце щемит. На днях пришла на прием дама — ее уволили, и она оказалась в сложнейшей жизненной ситуации. Подключились наши юристы. Вчера раздался звонок благодарности, женщина плакала от радости — на работе восстановили. 

Помню один из первых случаев моего депутатства. Перед Днем Победы пришел ветеран — высокий, красивый, вся грудь в наградах, но передвигался еле-еле, ноги больные. Жил вдвоем с внучкой, студенткой МГУ, чьи родители разбежались и завели другие семьи. Говорит: «Слышал, ко Дню Победы дают ветеранам автомобили, но, наверное, про меня забыли, а мне реально нужна машина, чтобы я мог до дачи доехать, два года там не был. В Совете ветеранов сказали, что обратился поздно». Действительно, до праздника оставалось не больше недели. Я постарался сделать все возможное и невозможное, словно речь шла о моем отце, вернувшемся с фронта без ноги, — его уже нет в живых. Добился. Потом получил фотоотчет: ветеран с внучкой отъезжают на дачу.

культура: Сколько лет Вы депутатствуете?
Герасимов: Больше четырнадцати... Четвертый созыв.

культура: Оставлять это хлопотное дело не планируете?
Герасимов: У меня впереди более четырех лет. Просто так сидеть в кабинете нет смысла. Не стану нужен — займусь чем-то другим. Пока забот много, свободного времени почти не остается. Но выходить на сцену и рассказывать свою историю из жизни Маленького принца буду стараться.

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть