Сделать селфи и умереть?

23.07.2015

Татьяна УЛАНОВА

Селфи оккупировали социальные сети. В погоне за «лайком» люди жертвуют здоровьем, рискуют жизнью. Более ста человек с начала 2015 года пострадали в России во время попытки сделать оригинальный автофотопортрет. Десять из них погибли. 

В июле МВД запустило акцию «Безопасное селфи» — снят видеоролик, напечатаны памятки для профилактики несчастных случаев, открыта онлайн-консультация. Главный нарколог страны, директор МНПЦ наркологии Евгений Брюн заявил, что теперь все, кому селфизависимость мешает жить, могут обратиться на «горячую линию» экстренной психологической помощи. «Культура» побеседовала с заместителем директора МНПЦ наркологии, доктором медицинских наук Олегом БУЗИКОМ — о селфи и психическом состоянии нашего общества в целом.  

культура: Говорят, в США селфиманию признали болезнью, даже придумали название — selfies. В России любителями автофотопортретов занялись полицейские и наркологи.
Бузик: Болезни «селфимания» не существует, американцы — большие выдумщики. Стремление к автопортретированию существует с момента появления человека на Земле. То есть само по себе селфи не представляет угрозы. Но есть люди, склонные к болезням зависимости. Одна группа — от психоактивных веществ (наркотики, алкоголь, клей БФ, курение), другая — от психоактивных действий, к которым относятся азартные игры, переедание или голодание, рискованные виды спорта, религиозное сектантство, фитнес, трудоголизм, когда люди бегут из дома, воруя время у детей, жен, родителей, практически живут в офисе. Феномен зависимости не специфичен.

культура: Как возникают подобные склонности?
Бузик: Предрасполагающих факторов много: недоношенность, гиперактивность, врожденная психическая или соматическая патология, издержки воспитания, патогенная среда, отсутствие нормального контакта с родителями. Некоторые смеются: меня мама грудью не кормила, однако не такая уж это шутка... У каждого свой фактор, делающий тебя по отношению к другим слабее. Но когда возникает критическая масса факторов риска, получается взрыв — и человек может стать алкоголиком, игроманом или селфизависимым. Беда не в увлечении, а в личности, которая выбирает себе этот путь, чтобы уйти из неуютного реального мира в свой, иллюзорный. Да, в погоне за любопытным снимком человек порой взбирается на гору или погружается на дно океана. Но это, как правило, экстремалы — они рискуют жизнью и без селфи.

Хочу успокоить: не все, кто делает селфи, больны. Только если человек занят этим с утра до ночи: забросил детей, плюет на работу, ради снимков рискует здоровьем и жизнью. Одним словом, когда это становится моноидеизмом. Такое время: появились гаджеты — возникла селфизависимость.  

культура: Селфи напрямую связано с соцсетями, получением «лайков». Если бы люди снимали себя и клеили карточки в альбом, никто до сих пор не узнал бы об этой заразе — селфимании. Фотографировали же себя раньше с помощью автоспуска на камере.
Бузик: Соцсети требуют определенных паттернов поведения. Некоторые считают, что селфи — это модно. Однако есть разумные пользователи — фотографируются, выкладывают снимки в Сеть, но не рискуют жизнью. А есть те, кто впадает в зависимость. Их не так много. И эпидемии не будет. 

культура: Если «горячая линия» открыта, значит, селфи не просто мода? 
Бузик: Телефон «горячей линии» по проблемам зависимого поведения работает с 2003 года. Выделять особую линию по селфи нет смысла. А если завтра все начнут ползать по асфальту или прыгать со второго этажа? Все болезни зависимости имеют общую структуру. И селфиманы нам уже звонили — до того, как главный нарколог рассказал об этой возможности.

культура: Неужели сами звонят?
Бузик: Как правило, начинают бить тревогу родственники, не знающие, где искать спасения. В частных клиниках обещают вылечить за один день — оголтело врут и обирают. А в нашем центре для москвичей лечение от любой зависимости абсолютно бесплатно. 

культура: По телефону человеку помогут? 
Бузик: Иногда дистантный метод и экспресс-психокоррекция единственно возможны: ну, нет у человека времени приехать или живет где-нибудь в Чебоксарах. Специалист выявит симптомы, однако психологические тесты по телефону не предъявишь. Да и для доктора все имеет значение, в первую очередь внешний вид. Поэтому пациенту всегда предлагают прийти на консультацию. 

культура: Не все доходят, наверное?
Бузик: Иногда шучу: мы не столько врачи-наркологи, сколько врачи-мотивологи. Как лечить, когда пациент у нас, мы знаем. Но как его замотивировать, чтобы он пришел, — это всегда tabula rasa. Рано или поздно это случится. Лучше раньше. Запущенные случаи лечить тяжелее. У 70 процентов людей, страдающих разными формами зависимости, наблюдаются признаки психического инфантилизма: пустота, отсутствие цели в жизни. Причины — воспитание, недостаток интеллекта, внушаемость — в тех же соцсетях. Поэтому основное время мы тратим на то, чтобы человек быстрее повзрослел, стал самостоятельным, научился брать на себя ответственность за происходящее с ним, строить реальные жизненные планы. Пытаемся понять, где те комплексы неполноценности, которые не позволяют нормально жить и общаться, почему нужно показать, что ты лучше, с помощью фото, а не делами? Реальную жизнь врачи не изменят — из стационара пациент вернется туда, откуда пришел, но уже умея противостоять невзгодам. Это серьезная работа: стационарное лечение, амбулаторное, соцподдержка, реабилитация — в течение месяца в Москве или до двух лет в загородном центре. Последняя — в основном для наркоманов и алкоголиков, потерявших семью, работу... 

культура: В интернете селфиманом называют того, кто делает более пяти автопортретов в день и выкладывает их в соцсеть. А как считаете вы, российские медики? 
Бузик: Не надо все доводить до абсурда примитивными цифрами. Заболеть может тот, кто делает меньше снимков по сравнению с тем, кто делает больше. Просто второй заключил пари. А вернется из отпуска, встанет к операционному столу — и забудет, что такое селфи, алкоголь, отдых... Нарциссизм и самолюбование — беда любого человека. А увлечение селфи может протекать в рамках уже имеющегося психического заболевания — неврозо-навязчивого состояния или эндогенного процесса в связи с шизофреническим бредом.

культура: Американцы, напротив, считают, что селфимания настолько опасна, что может привести к шизофрении.
Бузик: Не согласен. Селфимания может быть проявлением моногенного процесса. Вот он латентно шел, шел, возник какой-то стресс — средовой, внутренний или соматический, организм ослаб, и появилась эта зависимость. Не хотелось бы никого пугать, но сейчас время само по себе компьютерно-виртуально-шизофреноподобное. 

культура: Еще в середине 1990-х главный психиатр Москвы и главврач больницы имени Алексеева говорил мне, что едва ли не половина россиян находится в пограничном состоянии... 
Бузик: Прежде многие новомодные течения приходили к нам с Запада с опозданием, с распространением соцсетей опоздание сократилось. Но мы все-таки более консервативны и лучше защищены от многих напастей, чем то общество. Россия — страна традиционных норм морали и нравственности, мы не так оголтело клюем на нововведения.

культура: В Рунете, по-моему, нет никакой морали и нравственности. Изучая тему, то и дело натыкалась на сайты и с эротическими селфи, и с новым веянием — белфи, то есть запечатлением собственных ягодиц...
Бузик: Это делают дети тех родителей, которых государство кинуло на смене эпох. Сегодня и рисков больше, и вседозволенности. А я говорю о популяции в целом, генофонде. О том, что наша генетическая почва более морально-нравственная. Хорошо бы, государство дало нам возможность воспитывать детей, а не только работать. 

культура: Может, ограничить доступ детей в социальные сети?
Бузик: Не ликвидируешь соцсети. Не запретишь селфи. Чудес не бывает. Профилактика зависимости — семья. 15-летний подросток — это то, что сделали родители. Или то, что не сделали. Когда к нам поступает пациент, мы родственникам сразу говорим: наш специалист ежедневно работает с созависимыми, то есть с вами. Пока близкий человек лечится, походите на занятия. Вам расскажут, почему стряслась беда, как вести себя с родственником, когда он начнет выздоравливать, как уметь ладить. Абсолютно бесплатно! И что? Пять — семь процентов пользуются этой возможностью. 

культура: У большинства наверняка отмазка «некогда»? 
Бузик: Да. А потом говорят: врачи не так лечили.

культура: Могут родители в домашних условиях помочь ребенку, увязшему в селфи? 
Бузик: Сесть и поговорить. Убедить, что нужна консультация специалиста. На кого-то, возможно, подействует, если отец заберет планшет или телефон. Ну, а если ребенок уже болен? Невозможность реализовать психоактивное действие приведет к еще большему напряжению, к тому, что он в конце концов плюнет и убежит из дома.

культура: Или украдет айфон...
Бузик: Все что угодно может быть. Так поступают алкоголики, наркоманы: крадут — продают — покупают зелье... Хорошо, если родитель хотя бы сам позвонит на «горячую линию» и опишет признаки поведения больного. Тогда специалист подберет нужные слова, которыми можно смотивировать ребенка прийти в центр.

культура: Часто демонстрация в соцсети автопортретов связана с низкой самооценкой человека, отсутствием самоуважения, неприятием себя таким, каков ты есть...
Бузик: Это личностные проявления, которые могут привести к болезни. Такому пациенту нужно объяснять, что он самодостаточен, самозначим, показывать его достоинства.

культура: А подросток скажет: «И все равно я не Ди Каприо». 
Бузик: Правильно, он — другой. А знает ли этот парень Ди Каприо? Или видел его только на фото да в трех фильмах и отождествляет личность с внешностью? Надо объяснять подросткам, что внешность не так важна. Куда важнее стать успешным. А потом можно и пластическую операцию сделать. Главное, чтобы бесконечные улучшения себя не превратились в другую крайность.

культура: Вот-вот, лицевые хирурги за океаном уже возрадовались — с распространением селфимании число заказов у них выросло на десять процентов.
Бузик: Все болезни зависимости — как сообщающиеся сосуды. Если у человека есть склонность, можно заметить: сегодня он пьянствует, завтра колется, послезавтра уходит в азартные игры. Но, если игроманы чаще попадают в долговые ямы, то увлеченные селфи больше рискуют жизнью. Поэтому полиция должна следить, чтобы люди не лазили куда попало.

Любая зависимость в конечном итоге — затяжной суицид. И если мы говорим о селфимании как о болезни зависимости, то страдающие ею ничем не отличаются от алкоголиков и наркоманов. Изучение проблемы селфи только началось. Но через пару лет, думаю, уже будут защищаться диссертации. 

культура: Главный психиатр Минздрава России Зураб Кекелидзе обмолвился, что в каких-то случаях селфимания может стать и методом психокоррекции.
Бузик: Конечно! Если предложить селфиману стать кинооператором, фотографом в ателье или моделью, на которую будут все любоваться. То есть направить влечение в социально приемлемое русло. Но вот что интересно: сколько бы шизофрению ни лечили, все равно в мире один процент больных с этим диагнозом. Определенное количество и зависимых. Зачем это природе?

культура: Для баланса. 
Бузик: Наверное. Мы научились возвращать к жизни таких больных. Среди них много талантливых людей. Надо постараться понять: кто ты, для чего. И научиться быть счастливым без психоактивных средств и действий. А вся профилактика давно внутри нас. Садишься завтракать — расстели красивую салфетку, налей любимый сорт чая. Расслабься. Пять минут не думай о проблемах. Смакуй, получай удовольствие... Лежишь с женщиной — не думай ни о чем другом: есть только ты и она, твоя любимая... Встал под душ — насладись прохладной водичкой, посмотри, как она течет по телу, как освежает, как это здорово!.. Наши рекомендации не заумные. Надо только не перешагивать через бриллианты, а подбирать их и любоваться, как играют на солнце грани. 

Телефон круглосуточной «горячей линии» экстренной психологической помощи по всем формам зависимости: +7 495 709 64 04

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть