Святая Русь на Сивцевом Вражке

13.10.2012

Татьяна КУТАРЕНКОВА

70 лет назад, 18 октября 1942 года, дом № 43 в Сивцевом Вражке опустел — хотя в окнах горели огни, а по лестницам раздавались шаги. Этот дом навсегда покинул один из жильцов — восьмидесятилетний старик, запомнившийся строгим, задумчивым лицом и черной шапочкой. Художник Михаил Нестеров уже никогда не отворит ключом тяжелую дверь в свой мир, где живет Святая Русь.

Нестеров как никто другой умел верить в чудо, которое непременно случится, когда его страна пройдет все круги испытаний. Именно чуду художник был обязан самой своей жизнью. Родившийся в семье уфимских купцов Нестеровых младенец был, что называется, «не жилец». Его безнадежно пытались выходить разными народными средствами. Наконец, матери показалось, что ребенок отдал душу Богу. Его уже везли на кладбище с иконкой святителя Тихона Задонского на груди, но тут ребенок очнулся. Родители приписали исцеление сына чуду святого Тихона и всю жизнь почитали его как заступника семьи.

Именно семья, с ее патриархальным укладом, присущим русскому купечеству, привила Михаилу Васильевичу христианское мироощущение, любовь к России и невероятную чуткость к ее природной красоте и душе ее народа. И во многом предопределила духовную направленность его творчества.

На XVIII Передвижной выставке 1890 года картина молодого художника «Видение отроку Варфоломею» стала одной из самых обсуждаемых. Третьяков приобретает сразу две нестеровские работы: «Пустынника» и «Видение отроку Варфоломею». Он сумел разглядеть мастера, несущего в своем творчестве духовные основы в то время, когда за Россией уже мчались «бесы рой за роем…»

Вопреки осуждениям со стороны прогрессивной интеллигенции, Михаил Нестеров продолжает творить праведников и героев. Вместе с Васнецовым он расписывает Владимирский Собор в Киеве. Под впечатлением от путешествия по русскому Северу Нестеров создает потрясающую своим символизмом картину «Святая Русь».

После этого Нестеров задумал написать монументальное полотно, в котором бы отразились все его чаяния о судьбе России, о ее скрытой великой мощи. Такой работой стала «Душа народа»: вдоль берега Волги бредут в поисках правды крестьяне и дворяне, воины и священники, исторические персонажи и современники автора… А ведет их простой деревенский подросток, что невольно напоминает слова из Евангелия от Матфея: «Если не будете как дети, не войдете в Царство Небесное». Затем, в канун Октябрьской революции рождается картина «Философы». Словно в противовес творящемуся буйству и хаосу, на ней — тихая беседа двух мыслителей — Сергея Булгакова и Павла Флоренского, объединенных поисками истины...

В первые годы советской власти семья Нестеровых терпит голод, холод и нищету. Сам художник часто болеет, не раз оказывается при смерти. Тяжело переживает глумление над верой и традициями предков. «Работа, одна работа имеет еще силу отвлекать меня от свершившегося исторического преступления. От гибели России. Работа дает веру, что через Крестный путь и свою Голгофу Родина наша должна прийти к своему великому воскресению», — пишет Нестеров в те дни. И с утра до ночи в мастерской трудится над «Страстной седмицей», «Распятием».

Начавшаяся война, лишения, старческий возраст и болезнь — ничто не могло оторвать мастера от кропотливой работы над холстами. За год до смерти Михаил Нестеров был удостоен Сталинской премии — за портрет академика Павлова. А нестеровская Святая Русь жила лишь в стенах маленькой мастерской и разрозненных частных коллекциях, ожидая своего возвращения к зрителям через несколько десятилетий. И в этом возвращении тоже ощущается присутствие чуда.


Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть