Исправительный приют для русской интеллигенции

01.12.2012

Михаил ТЮРЕНКОВ

Почти в трехстах километрах на юго-запад от Москвы есть православный монастырь, который еще в начале XIX века стал центром притяжения творческих людей.

Здесь неоднократно бывали Николай Гоголь и Лев Толстой, сюда Владимир Соловьев привозил Федора Достоевского, в этой обители погребены мыслители-славянофилы братья Киреевские, здесь же принял иноческий постриг самый яркий русский консерватор Константин Леонтьев... Возрожденная практически из небытия Свято-Введенская Оптина пустынь и сегодня притягивает ту категорию людей, которую без малого полтора столетия принято именовать «интеллигенцией».

Помните старца Зосиму из «Братьев Карамазовых»? Ни для кого не секрет, что его прототипом был старец Оптиной пустыни иеросхимонах Амвросий. Многие знают и то, что сами оптинские монахи не без скепсиса приняли этот образ, а духовное чадо отца Амвросия — радикальный консерватор Константин Леонтьев — так и вовсе назвал Достоевского «розовым христианином». Приверженец строго аскетического, святоотеческого православия, Леонтьев никак не мог принять довольно отстраненной от Священного предания проповеди моральных идеалов. И в то же время мыслитель-консерватор отмечал, что в «Братьях Карамазовых» писатель «уже гораздо ближе к делу». «Видно, что автор сам шел, хотя и несколько медленно, но все-таки по довольно правильному пути. Он приближался все больше и больше к Церкви».

Действительно, даже кратковременное пребывание в Оптиной для многих (не для всех, конечно) русских интеллектуалов зачастую становилось важным шагом на пути к воцерковлению. А потому не удивительно, что одним из путей возрождения православного самосознания интеллигенции современной стало создание весной 2006 года постоянно действующего Оптинского форума, очередное заседание которого состоялось 25 ноября в стенах этой древней обители. На этот раз людей творческих профессий собрала юбилейная дата — 200-летие со дня рождения преподобного Амвросия Оптинского, которому и было посвящено большинство докладов выступавших. Впрочем, о дате менее значительной — 121-летии со дня смерти Константина Леонтьева, принявшего в Оптиной пустыни незадолго до своей кончины иноческий постриг с именем Климент, — тоже не забыли. Имя мыслителя-консерватора поминали и за воскресной литургией в главном — Введенском — храме обители, и в ходе самого заседания.

Хотя, наверное, проще всего было бы привести интеллигенцию к вере именно через «розовое христианство». Утверждая второстепенность богослужений и таинств, говоря о необязательности постов и неактуальности православной эсхатологии (учения о Конце времен), отодвинув догматическую и каноническую стороны православного вероучения. Оставив лишь проповедь любви и всепрощения, без необходимости борьбы со своими страстями. Наверное, такая «церковь» без святоотеческого предания могла бы устроить очень многих. Но наместник Оптиной пустыни архимандрит Венедикт (Пеньков), вот уже третий десяток лет возрождающий в обители монашескую жизнь по древним уставам и активно участвующий в Оптинском форуме, в своем вступительном слове сразу обозначил, что церковная жизнь отнюдь не такова, какой ее хотели бы видеть многие интеллигенты.

«Великая ложь утверждать, что человек, который на Земле скорбей не несет, после смерти попадет в Царство Божие», — отметил отец Венедикт, приведя евангельские слова о том, что «Царствие Небесное нудится». То есть Спасение дается исключительно трудом, смиренной борьбой с собой и своими страстями. Конечно, человеку, далекому от Церкви, принять это очень непросто. Но именно ради осознания этой истины и ехали в Оптину русские мыслители, привыкшие к сложнейшим построениям античной и немецкой философии, но порой пугавшиеся знаменитого изречения преподобного Амвросия Оптинского: «Где просто — там ангелов со сто, а где мудрено — там ни одного». А ведь это — отнюдь не «похвала глупости», но принуждение воспринимать каждую истину в ее чистоте, без лишних напластований, которые так любит наша интеллигенция.

Своеобразным итогом очередного заседания Оптинского форума стали слова профессора философского факультета МГУ, одного из основателей современной российской теоретической политологии Валерия Расторгуева о том, что именно в этой простоте и заключается та притягательная сила Оптиной пустыни, которая еще в XIX столетии приводила сюда людей, считавшихся «кладезями знаний». «Ведь именно в ней находится тот ключ, который открывает много интеллектуальных тайников. И наука поднимается до своих высот только тогда, когда мы начинаем понимать эти базовые, фундаментальные основы жизни».

Эти слова позволяют надеяться, что Оптина и впредь будет оставаться приютом для интеллигенции. Тем местом, где зачастую весьма далекие от Церкви люди науки и культуры смогут постигать простые базовые истины. А через них — и ту Истину, которая, по словам Самого Христа, есть Путь и Жизнь.

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть