Алексей Касатонов: «Советский хоккей был мощным политическим оружием»

15.10.2019

Дмитрий ЕФАНОВГеоргий НАСТЕНКО

14 октября исполнилось 60 лет двукратному олимпийскому чемпиону Алексею Касатонову. Вместе с Фетисовым, Крутовым, Ларионовым и Макаровым защитник входил в состав самой мощной «великолепной пятерки» в истории мирового хоккея. «Культура» поздравила юбиляра и расспросила его о главных вехах спортивной карьеры.

Фото: Кирилл Зыков/mskagency.ru

культура: Многих болельщиков волнует вопрос: адмирал Касатонов — ​Ваш родственник?
Касатонов: Да, Владимир Афанасьевич — ​родной брат моего дедушки. Я с ним в детстве общался, но нельзя сказать, что очень близко. Он тогда жил в Москве, где был сильно занят по службе, и редко выбирался в Ленинград. Его сын, Игорь Владимирович, тоже дослужился до адмирала.

культура: Могли пойти по стопам знаменитых родственников?
Касатонов: В десять лет меня хотели отдать в Нахимовское училище. Но мама была против. Именно благодаря ее волевому решению я остался в спорте.

культура: В хоккее сразу оказались?
Касатонов: Сначала занимался плаванием в школе Олимпийского резерва. Но когда шел на тренировку мимо соседнего двора и видел, как парни рубятся клюшками, мечтал заняться именно хоккеем. Через три года спортшкола переехала в другой район. Мне туда было далеко ездить, и я с облегчением завершил карьеру пловца. Родители не стали возражать, когда переключился на «шайбу». К слову, занятия плаванием не прошли даром. Они положительно сказались на сердечно-сосудистой системе, общефизической подготовке и выносливости.

культура: Вы поздно встали на коньки. За счет чего наверстали упущенное?
Касатонов: Сейчас уже в четыре года ставят, а мне тогда стукнуло восемь. Но я попал в школу СКА, в то время лучшую в Ленинграде. Там проходил естественный и объективный отбор. На мое счастье, поначалу много тестировали, давая различные упражнения на земле. На льду чувствовал себя менее уверенно, но тренеры во мне что-то разглядели, и я старался оправдать доверие. Много лет со мной занимался Олег Сивков, очень талантливый наставник. Тогда в армейском клубе с берегов Невы подобрался хороший тренерский коллектив во главе с бывшим вратарем сборной СССР Николаем Пучковым.

культура: В 1960–1970-х в Ленинграде почти не было крытых катков. Где тренировались?
Касатонов: В основном на открытом воздухе. При двадцатиградусном морозе в Ленинграде к площадке подгоняли автобус, и мы в нем отогревались. Зимы-то были немного длиннее и холоднее, чем сейчас. А в Горьком и в тридцатиградусный мороз выходили на лед. Современного термобелья тогда не носили, и пока одна тройка играла, остальные спасались в раздевалке. В столь суровых условиях закалялся характер, и в будущем это пошло на пользу. В летнее же время занимались на крытом катке артиллерийского училища, где площадка была нестандартных размеров — ​40х15 метров. Когда построили «Юбилейный», Сивков смог договориться с Пучковым и начальством СКА, чтобы и нас, юношей, туда пускали.

культура: Саксофонист Игорь Бутман рассказывал, что в школе СКА Вы с самого начала стали лидером, а он середняком…
Касатонов: Игорь на два года младше. В детском хоккее это большая разница. Так что вместе мы не тренировались. Но Бутман скромничает: в спортшколе у него получалось неплохо. Он отличался энергией, скоростью, напористостью. Выбор между музыкой и хоккеем дался ему непросто. Мы до сих пор общаемся, и считаю счастьем иметь такого друга.

культура: Помните первую поездку за рубеж на матчи с иностранными соперниками?
Касатонов: В СКА поколение 1959–1960 годов рождения подобралось очень сильное. И когда юношескую команду ЦСКА отправили в заокеанское турне, то столичные тренеры решили усилиться ленинградскими хоккеистами. Посмотрели нас в деле и взяли две полные пятерки. Для меня это была дебютная поездка за границу. И сразу в Канаду, причем проехали всю страну с востока на запад. Наставниками были Олег Сивков и Владимир Брежнев — ​знаменитый защитник ЦСКА и сборной СССР, двукратный чемпион мира. Кстати, именно он впервые сказал: «Ты, Касатонов, будешь играть в ЦСКА».

В том турне получил массу ярких впечатлений. К нам в раздевалку заходил Бобби Халл, который подарил мне свою клюшку. Она особенная, сделанная со специальной выемкой для его сломанного пальца, который не сгибался.

Фото: Игорь Уткин/РИА Новости

культура: Позднее встречались с легендарным канадским форвардом?
Касатонов: Да, конечно. Я играл в «Сент-Луисе» с его сыном Бреттом. И мы даже подружились.

культура: Когда впервые столкнулись с канадцами на льду, не стушевались под их напором?
Касатонов: В первом матче мы оказались к нему не готовы. На площадке меньших размеров намного больше силовой борьбы. Канадцы выглядели крупнее нас и действовали очень жестко. Даже если успевали отдать пас, они все равно врезались в тело. Поэтому в первой встрече уступили, но потом приноровились и в оставшихся матчах только побеждали. В любом случае, в юном возрасте пройти такую школу хоккея очень полезно.

культура: После перехода в ЦСКА пришлось адаптироваться к более высоким требованиям?
Касатонов: В команде сложилась очень теплая обстановка. Многие ребята поддерживали. Валерий Харламов заботливо относился. А больше других помогал Геннадий Цыганков, меня к нему в пару и поставили. Вместе с ним и тройкой Михайлов — ​Петров — ​Харламов сначала играл Слава Фетисов. И когда его определили к Жлуктову, Балдерису, Капустину и Бабинову, он был очень недоволен, даже ходил разбираться к Виктору Тихонову.

культура: С чувством юмора в той великой команде все было в порядке?
Касатонов: Шутки всегда сопровождали нашу хоккейную жизнь. Без них тяжелее тренироваться. Пожалуй, особый специфический юмор был у Бориса Михайлова. Причем чаще он выдавал сентенции с непроницаемым видом, и не всегда было понятно — ​серьезно говорит или шутит.

культура: Переход из одного советского клуба в другой — ​нормальное явление, а вот отъезд за океан подразумевал полную смену жизненного и спортивного уклада. Что больше всего удивило на первых порах в Нью-Джерси?
Касатонов: Пришлось привыкать к тому, что главный тренер не занимался со всем игроками, а лишь давал общую установку, расставлял по звеньям и выпускал на лед. Тренировки вел генеральный менеджер, он же и подбирал состав на сезон. А летом хоккеисты сами занимаются общефизической подготовкой с личным инструктором. К слову, позднее они стали что-то перенимать и у нас. Например, систему подготовительных лагерей. Их детские тренеры, в свою очередь, многое позаимствовали из советского опыта. Они умеют быстро выдергивать самое хорошее из других школ и плавно адаптировать к местным условиям. Сейчас российский, европейский и заокеанский хоккей меньше различаются, чем сорок лет назад. Смешение разных стилей подняли вид спорта на большую высоту.

культура: А как чехи и словаки к Вам относились на американской земле? Не припоминали 1968 год?
Касатонов: Самым рьяным антисоветчиком слыл Петер Штястны. Мы могли спорить на политические темы, но хоккей и общие задачи в клубе нас объединяли. Все-таки братья-славяне. Пока не освоил английский, спасало его знание русского языка. Петер даже помогал мне с переводом.

культура: Десять лет назад хоккейные эксперты утверждали, что в сборной России много хороших нападающих, но мало защитников и вратарей. Сейчас Бобровский и Василевский — ​лучшие голкиперы в НХЛ. А еще — ​Варламов, Георгиев, Худобин, Шестеркин… Случайность или итог планомерной работы по подготовке резерва?
Касатонов: Зато хороших защитников не хватает. В профессиональном хоккее самые большие зарплаты имеют форварды, потом голкиперы. И российские родители это учитывают в большей мере, чем канадские. Стараются с ранних лет своего ребенка любыми способами определить в нападение или на последний рубеж. К тому же юным игрокам обороны не дают в полной мере раскрыться, требуя игры надежной, но простой. Ставят в жесткие рамки. Шайбу отобрал, и сразу выброси вперед. Не ходи в атаку, чтобы не провалиться. Но если не подключаешься к нападению, то получаешь меньше игровой нагрузки и медленнее прогрессируешь. В результате наши защитники уступают лучшим североамериканцам, шведам, финнам в катании и умении распорядиться шайбой.

культура: Ваше поколение спортсменов дружило с актерами и музыкантами, которые регулярно выезжали в составах различных групп поддержки. C кем чаще всего сводила судьба?
Касатонов: С нами обычно отправлялись Иосиф Кобзон, Владимир Винокур, Лев Лещенко, а также Михаил Державин и Александр Ширвиндт. Поэт-пародист Александр Иванов однажды поехал на ответственные матчи и при выходе из автобуса поскользнулся и упал. Ему перевязали голову, и мы шутили, что артист — ​более травмоопасная профессия, чем хоккеист.

Фото: Игорь Уткин/Фотохроника ТАСС

Что касается меня, то я был самый молодой в команде, но благодаря старшим товарищам, в первую очередь Харламову, со всеми ранее перечисленными близко познакомился. Помню, меня и Фетисова Валерий Борисович в гости к Винокуру возил. До последних дней большим поклонником шайбы оставался Иосиф Кобзон. Приезжал в «Парк Легенд» на новую домашнюю арену ЦСКА, а также на юбилеи свадеб многих хоккеистов. С ним всегда было приятно общаться.

культура: Насколько известно, у наших знаменитостей даже есть своя хоккейная команда?
Касатонов: Называется «КомАр». За них выступают Андрей Соколов, Аскольд Запашный, Марат Башаров, Вячеслав Разбегаев. Ну и, конечно, Игорь Бутман. Он старше других, но по-прежнему никому не уступает. Удивительный человек. Недавно о нем снимали документальный фильм, в котором я также принимал участие. В одном эпизоде режиссер попросил Игоря снять с лица прозрачный защитный щиток, поскольку он отсвечивал в камеру. И надо же такому случиться, что именно в этот момент шайба прилетела музыканту в лоб. Ему наложили швы, но уже через несколько дней Бутман снова гонял каучуковый диск.

культура: В Северной Америке артисты также сильно любят хоккей?
Касатонов: В большей мере это относится к Анахайму, где выступал в начале 1990-х, и Лос-Анджелесу. Клуб из пригорода создал Майкл Эйснер, в то время глава корпорации «Дисней». На матчи «Уток» и «Королей» приходили многие знаменитости. К примеру, Мик Джагер, Элис Купер, Карлос Сантана.

культура: Если речь зашла о Голливуде, то не можем не спросить о любимых фильмах на спортивную тему.
Касатонов: Мне ближе наше кино, поэтому из относительно новых отмечу «Легенду № 17». Великолепная игра актеров, реалистичные съемки. Замечательно отражен дух того времени, в том числе и хоккейный. Картина отлично сработала на популяризацию спорта в стране, многие мальчишки захотели серьезно заняться хоккеем. Надо сказать, что в советское время игра в «шайбу» была любима народом, а на международной арене являлась серьезным политическим оружием. Также очень понравилось «Движение вверх». Фильм напомнил стране о феноменальной победе баскетболистов на Олимпиаде 1972 года. Кстати, тренер той сборной Владимир Кондрашин был нашим соседом по подъезду. Я имел счастье с ним общаться. Запомнил великого наставника как доброжелательного и демократичного человека, что свойственно истинным ленинградцам. Тем не менее эти качества не мешали ему быть требовательным по отношению к подопечным, которые четко выполняли указания тренера.

культура: А какие фильмы вдохновляли на спортивные подвиги в детстве?
Касатонов: Меня больше впечатлили трансляции знаменитой Суперсерии 1972 года. На нашей даче был только один телевизор, у которого собирался весь поселок. После победы в первой встрече со счетом 7:3 радости не было предела. Конечно, в советское время снимали хорошие картины о спорте, но меня интересовали фильмы на военную тематику. Подобные традиции были сильны в нашей семьей. Мой дедушка в первые дни Великой Отечественной пошел в ополчение. В отличие от брата-моряка, он был, по сути, гражданским, неподготовленным к войне. И погиб в самом ее начале.


Фото на анонсе: Станислав Красильников/ТАСС



Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть