Дмитрий Харин: «Горжусь тем, что удалось победить бразильцев»

16.08.2018

Георгий НАСТЕНКО

16 августа исполнилось 50 лет одному из лучших футбольных вратарей страны Дмитрию Харину. Он выступал за три столичных клуба и был основным голкипером сборной на всех крупных турнирах в 1990-х. Игру россиянина по достоинству оценили в Англии, где он на протяжении семи лет защищал цвета знаменитого «Челси». Закончив активную карьеру, Харин задержался на Туманном Альбионе в качестве тренера. Накануне знаменательной даты корреспондент «Культуры» связался с олимпийским чемпионом Сеула.

Фото: Игорь Уткин/ТАСС

культура: Юбилей отмечаете в Москве. На эту дату запланированы специальные мероприятия? Матч ветеранов или нечто подобное?
Харин: Нет. Просто приеду на Родину по личным делам. Повидать родителей и друзей. Обычно бываю в России один-два раза в год.

культура: Какой самый памятный подарок получали на день рождения?
Харин: Лучший подарок сделал себе сам. В 2000 году купил щенка лабрадора. Макс стал мне близким другом на долгие годы. Ушел из жизни через 14 лет. Вскоре жена с сыном подарили щенка породы кокапу — это помесь кокер-спаниэля и пуделя. Назвали его Тимошей, он уже четыре года с нами живет. Абсолютно не такой характер, как у Макса, но тоже великолепный парень.

культура: Вы дебютировали в матче за «Торпедо» против ростовского СКА в 1984 году в шестнадцатилетнем возрасте. Уникальное достижение, учитывая силу чемпионата СССР и степень ответственности, которую подразумевает вратарская позиция.
Харин: Никогда не считал своих показателей, не сравнивал их с достижениями других голкиперов, а просто играл в свое удовольствие. Что касается того матча, то Вячеслав Чанов в конце сезона уехал играть за рубеж, а Валерий Сарычев, основной вратарь, приболел. Во многом мне помогла четкая игра торпедовской линии защиты: Круглов, Жупиков, Пригода, Шавейко, Полукаров. Если бы оборона была менее надежной, то мне соперники могли «накидать» голов пять, и кураж сразу пропал бы. Мог доверие тренеров потерять да и психологически сломаться. Хотя, помнится, груз ответственности особо не давил. Воспринимал ситуацию еще по-детски. Игра, азарт. Конечно, благодарен и опытным напарникам-коллегам Чанову и Сарычеву. Они многому научили. Тренеры — специалисты по подготовке вратарей со мной работали только в юношеской сборной СССР и «Динамо». А в «Торпедо» и ЦСКА мы, голкиперы, сами друг другу били по воротам. В Англии эта профессия появилась значительно раньше. Меня выбрал для «Челси» именно тренер вратарей Эдди Недветски. Долгое время ко мне присматривался. Специально выезжал на игры сборной СССР, а также на матчи ЦСКА, в том числе и в Барселону, когда мы выбили из борьбы действующего на тот момент победителя Лиги чемпионов.

В первые месяцы моего пребывания в Лондоне, помимо своей непосредственной работы на тренировках, Эдди помогал с адаптацией в новой стране. Проводил дополнительные занятия, давал советы в повседневной  жизни.

культура: Долго осваивались в Англии?
Харин: Что касается непосредственно футбола, то пришлось непросто. Больше силовой борьбы, жестче контакты с соперниками. В Британии с вратарями форварды меньше церемонятся, чем в России. Зазеваешься — и вместе с мячом тебя затолкают в ворота. Судья после этого не даст штрафного.

культура: С кем-то из россиян в годы пребывания в Англии поддерживали отношения?
Харин: Фактически ни с кем. Андрей Канчельскис проживал в Манчестере, это в пяти часах езды от Лондона. Так что разговаривали большей частью по телефону. Ну и когда играли друг против друга. Намного легче стало с ним общаться, когда оба выступали в Шотландии за клубы из Глазго: Андрей за «Рейнджерс», а я за «Селтик». Общение между игроками в профессиональном клубе специфично. Я ни с кем не конфликтовал, поддерживал ровные, доброжелательные отношения, но не более того. Принято говорить не «с кем дружишь», а «с кем селишься в одном номере». В сборной России для меня это были Сергей Кирьяков и Сергей Овчинников, а в «Челси» — норвежский легионер Эрл Джонсон или кто-то из вратарей. Но потому как конкуренция между коллегами по амплуа всегда присутствовала, то дружбы, в общепринятом понимании, не могло быть.

культура: В различных СМИ много раз цитировали хвалебные высказывания знаменитого Рууда Гуллита в Ваш адрес...
Харин: «Челси» подписал голландца сначала как игрока, и мы вместе провели отличный сезон. Он умело действовал на любой позиции, в том числе свободного защитника. В конце того чемпионата я получил серьезную травму колена, и диагноз на восстановление дали «от 7 до 12 месяцев». В это время Гуллит стал тренером лондонского клуба, и у него не было другого выхода, как подписать своего соотечественника Эда де Гуя. Трансферная цена голландца была рекордно высокой для представителей нашего амплуа. И если бы он сидел на скамейке, тренера команды никто бы не понял. После Гуллита пришел итальянец Виалли, и с ним мы общего языка не нашли. Впрочем, тогда в ход моей карьеры вмешалась травма — разрывы крестообразных связок на колене, а ведь перед этим десять матчей подряд играл на воротах «Челси».

культура: В этом году юбилей победы футбольной сборной СССР на Играх-88 в Сеуле. Как те события видятся спустя тридцать лет?
Харин: Запомнил наши собственные матчи, особенно финал. Горжусь тем, что удалось победить бразильцев и выиграть Олимпиаду. Познакомиться с представителями других видов спорта не удалось, потому что мы не весь период футбольного турнира находились в Олимпийской деревне. На некоторые матчи ездили в другие корейские города. Несколько ночей провели на теплоходе «Михаил Шолохов». К сожалению, вживую соревнований посмотреть не удалось, но всей командой перед телевизором болели за наших баскетболистов в полуфинале против США, а потом и в решающем поединке с югославами, который состоялся на день раньше нашего финала.

культура: В 1990-е Вы конкурировали за место «первого номера» в сборной страны с нынешним наставником национальной команды Станиславом Черчесовым. На большинстве крупных турниров тренеры делали выбор в Вашу пользу. Честолюбивый коллега зла не держал?
Харин: Позиция основного голкипера в мое время не была забронирована. Перед каждой встречей тренеры решали, кому играть. У нас тогда в сборной не было тренера вратарей. И если выбирали меня, то Стас всегда помогал правильно подготовиться и проводил со мной разминку. Я отвечал тем же. Мы были профессионалами, уважающими друг друга и работающими на общий результат.

культура: Во время чемпионата мира в России общались с Черчесовым?
Харин: Слишком много негатива было сказано в адрес нашей сборной перед домашним турниром, и я посчитал своим долгом поддержать тренера. Поэтому накануне стартового поединка с Саудовской Аравией послал ему SMS. Поддерживали его многие, но я подумал, что еще один голос не помешает. Черчесов мне ответил с благодарностью. Затем я отправил сообщение после матча с хорватами и поздравил с достойным выступлением команды на чемпионате.

культура: Некоторые специалисты обвиняли сборную в антифутболе после победы в 1/8 финала над испанцами.
Харин: Считаю, что тренеры выбрали верную тактику от обороны, которая принесла положительный результат. Игра была выстроена грамотно — исходя из особенностей соперника. Довели дело до пенальти и победили. Против испанцев приходилось большую часть матча обороняться, а это всегда тяжелее, чем атаковать. Всем важен результат. В четвертьфинал прошли мы, а не «Красная фурия». А в поединке с Хорватией россиянам удалось показать более зрелищную игру. Физически на протяжении 120 минут команда смотрелась очень хорошо, счет 2:2 против будущего серебряного призера чемпионата очень достойный. В серии одиннадцатиметровых не повезло. А ведь могли пройти еще дальше.

культура: Кто из состава нашей команды произвел наибольшее впечатление?
Харин: Игорь Акинфеев — игрок очень высокого класса. Единственное, что ему мешает перейти в европейский топ-клуб, это возраст. В 32 года уже сложно адаптироваться к большему количеству матчей в том же английском чемпионате. Плюс другой язык и непривычные бытовые условия. К тому же Игорь перенес две тяжелые травмы. После «бронзового» Евро-2008 наш голкипер мог бы перебраться в сильную зарубежную лигу и там не затеряться, но предпочел остаться в ЦСКА.

культура: В других линиях команды тоже были свои лидеры?
Харин: В защите — это Сергей Игнашевич. Но он уже ушел из футбола, и в сослагательном наклонении нет смысла говорить. Точно так же, как и о лидере средней линии Александре Головине. Его переход в «Монако» — состоявшийся факт. В атаке прекрасно проявил себя Денис Черышев. Он обладает отличной скоростью, хорошими физическими данными и нацеленностью на ворота. Понравился и Артем Дзюба. Часто игра шла через него. Форвард умело выполнял функции «столба» — выигрывал борьбу за верховые передачи, скидывал мяч на партнеров или сам эффективно атаковал. Многие английские клубы играют именно с нападающими такого типа в составе, так что Артем мог бы себя проявить в премьер-лиге. Так же как и Черышев.

культура: Обращали внимание на то, как английская пресса отзывалась о чемпионате мира в России до его начала и по ходу турнира?
Харин: В Англии пресса разная. Но тем футбол и прекрасен, что в канун главных событий негатив уходит на второй план. Множество болельщиков так любят футбол, что приехали бы на мундиаль при любых обстоятельствах. Британских журналистов понять можно — они беспокоились за безопасность своих сограждан. Но реалии чемпионата мира проявились в отличной организации и гостеприимстве. Все это изменило настроение и логику английских болельщиков. На страну теперь смотрят более позитивно, и это самое главное. Сейчас многие заявляют, что с удовольствием готовы снова приехать в Россию, на этот раз в качестве туристов. Бывшие известные игроки и главный тренер сборной Гарет Саутгейт неоднократно высказывали благодарность. Футбольные люди вернулись довольными.


Фото на анонсе: Игорь Уткин/РИА Новости


Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть