Неча на рейтинги пенять

23.03.2012

Сергей ЛЕСКОВ

Опубликованный на днях рейтинг ведущих мировых вузов вызвал скандальное помутнение в отечественных умах. Флагман российских университетов МГУ оказался в унизительной второй сотне, а иных наших учебных заведений в каталоге нет в помине.

Год назад МГУ числился на 33-м месте, но на сей раз больше внимания уделяли научному потенциалу университетов, а на этом фронте у нас туго. Провал произошел вопреки всем правительственным усилиям по укреплению высшего образования: создаются федеральные и исследовательские университеты, выписываются крупные гранты, приглашаются на заманчивых условиях иностранные профессора, вводятся законы, чтобы вузы могли зарабатывать на науке...

Министр образования и науки Андрей Фурсенко выступил с разъяснением, что мировая система рейтингов порочна и в России надо создать свою собственную систему, которая отразит действительность правильно и торжествующе.

Ситуация напоминает печальное токование родной Академии наук по поводу низких рейтингов российских научных учреждений: зажимают нас и завидуют, а Нобелевские премии не дают не по научной никчемности, а желая устранить конкурента. Кстати, наш последний нобелевский лауреат Виталий Гинзбург, который специально изу­чал этот вопрос, говорил мне, что нам недодали всего одну премию — Евгению Завойскому за открытие электронного парамагнитного резонанса, но это достижение вообще не было отмечено Нобелевской премией. Впрочем, нет ничего более бессмысленного, чем удобный миф о том, что мы выгодно отличаемся от окружающих народов несчетными дарованиями и склонностью к научным открытиям.

Уверен, дарования обнаруживаются не сами по себе, а лишь в силу востребованности у государства и общества. Чтобы обнаружить Анну Павлову, надо построить театр балета. Чтобы появились новые Королёвы и Курчатовы, государство должно поставить перед учеными крупную задачу национального уровня. Сегодня в некогда прославленных космических центрах не встретишь молодежи не только из-за безденежья, деньги-то как раз из бюджета пошли, но из-за отсутствия новых амбициозных задач. А клепать табуретки сорокалетней давности, пусть они даже называются ракетами, для молодых дарований скучно и саморазрушительно.

Какие бы деньги ни вкладывались в российские вузы, в мировых рейтингах они будут стоять на задворках просто по той причине, что наука в России имеет неприлично низкий рейтинг. Нанотехнологии и «Сколково» своим холостым выхлопом все больше напоминают агитационные кампании эпохи развитого брежневского застоя. Толковые студенты сразу по получении диплома косяками тянутся в западные лаборатории, но в отличие от грачей на картине Саврасова обратно возвращаются редко. Утечка мозгов не дает шансов нашим университетам претендовать на приличные места в мировых рейтингах.

В отечественном высшем образовании слишком много странностей, чтобы обижаться на чужие рейтинги. Мы со скрипом ввели систему ЕГЭ, чтобы прием в вузы был справедлив и анонимен. Год назад мне на глаза попался список студентов, принятых в славный Первый мед имени Сеченова. Как бы помягче сказать: казалось, что держишь в руках список прихожан северокавказской мечети, а фамилии сродни Сеченову были наперечет. Кстати, в мировом рейтинге медицинских вузов наш флагман — Первый мед — не отыскать в первых двух сотнях. Нас зажимают или мы сами зажимаем своих Павловых и Пироговых?

Наши университеты все откровеннее превращаются в коммерческие предприятия по зарабатыванию денег и все менее походят на учебные заведения, где пестуют будущих Ломоносовых. За обучение наши студенты платят деньги, немыслимые для вузов с гораздо более высокими рейтингами. Если государство хочет подняться за счет модернизации, прежде всего, оно должно найти резервы, чтобы понизить стоимость высшего образования. В Финляндии высшее образование бесплатно даже для иностранцев. В Швеции, Норвегии, Франции, Чехии, многих землях Германии для своих студентов высшее образование тоже бесплатное. В элитных университетах США и Китая в помине нет тарифов, принятых в оболганном МГУ. В Англии недавно вышел скандал, когда возникло намерение разрешить университетам взимать с англичан 3000 фунтов стерлингов в год. По-нашему — 120 тысяч, скромно до нелепости. В Гонконге на пожертвования игорной мафии десять лет назад был создан университет, в котором уже выросли свои нобелевские лауреаты и который обошел наш МГУ.

В развитых странах существует система грантов и получить образование могут даже неимущие. В России тоже существует разветвленная сеть — но миллиардеров, от которых у «Форбса» в глазах с каждым годом все темнее. Нет в новой России ни единого примера создания на частные средства крупного института, как, например, Университет Шанявского в дореволюционной России. Его наследник — Российский государственный гуманитарный университет, но обучение здесь обходится не в пример дороже, чем во времена царского генерала и золотопромышленника. Вдобавок профессоров уровня Вернадского, Тимирязева, Лебедева в РГГУ уже не сыскать.

Мировой опыт доказывает, что знания (чего Маркс не предполагал) стали производительной силой. Мир знаний меняется слишком быстро, и уже не крупный побеждает мелкого, а быстрый — медлительного. Устойчивое богатство в современном мире строится с помощью науки и образования, а не добывается из скважин. Источником надежного будущего являются знания. Как говорил Бэкон, мы столько можем, сколько знаем. У самолета два крыла и у современного прогресса два условия — наука и образование. Вытянуть одно, можно только подняв другое.

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть