Вячеслав Зайцев: «Люди не понимают, что должны быть прекрасны»

02.03.2012

Валерия КУДРЯВЦЕВА

Накануне двойного юбилея — 50 лет творческой деятельности и 30 лет существования Дома моды — Вячеслав Зайцев дал интервью нашей газете: о своей любви к уединению и о том, что так и не смог полностью себя реализовать.

Он хотел переодеть мир в яркую узнаваемую одежду. Но мир сейчас, как и полвека назад, сопротивляется его затее. Сегодня Зайцев по-прежнему работает для избранных клиентов — тех, кто преданно любит его незаурядную творческую мысль. И это, по признанию кутюрье, единственное, что еще держит его в моде.

Кто-то считает модели Зайцева давно вышедшими в тираж. Сам художник больше всего страдает как раз оттого, что в тираж-то они и не вышли — не стали доступными массовому потребителю.

культура: У каждого человека бывает несколько поворотных моментов, когда жизнь меняет свой вектор. Каковы Ваши контрапункты?

Зайцев: У меня только один раз в жизни был выбор — в 1978 году, когда я понял свою полную бесполезность и ушел из Дома моделей на Кузнецком мосту, вообще из моды. Потому что я делал коллекции, интересные, замечательные, но люди ничего этого не видели. Все время конфликт был. Я не мог понять, почему люди не могут носить то, что мы делаем, а вместо этого такая унылая серая одежда вокруг. Сейчас уже могу объяснить. Просто не было необходимости людям дарить радость и индивидуальность. Пусть все будут серыми, никто не выделяется. Я вот выделился — в 65-м меня пригласили, и я сделал коллекцию для Америки. Ушла замечательно. После мне предложили создавать для них коллекцию идей, а они бы отшивали. Западные журналисты тогда статью написали: «Слава Зайцев — это русский Диор». Тут же у нас появилась статья «60 Диоров». У нас личностей боялись. «Какая Америка? Заткните глотку этому Зайцеву!» — в ЦК партии сказали.

культура: Появление собственного Дома моды в 1982 году — серьезная веха в пути?

Зайцев: Ну конечно, серьезная. В моем Доме моды мне приходится быть и художественным руководителем, и директором, и художником. Я отвечаю за него полностью: коммунальные счета, вопросы с пожарными. Все эти хозяйственные проблемы мне в тягость. Зарплату доплачиваю из собственных денег, когда не хватает. Но только поэтому мы единственные, кто выжил в России, хотя вынуждены часть помещений сдавать. Остальные скурвились и разорились.

культура: Интересно получается. В советское время не нужна была интересная одежда для массового рынка. Но и сегодня по-прежнему нет отечественных марок, известных и адресованных широкому потребителю.

Зайцев: Мы как были в полном одиночестве, так и остались. Раньше была хотя бы заинтересованность в том, чтобы Дом моделей проводил показы по линии СЭВа, было ощущение, что можно работать с промышленностью. Сейчас вообще катастрофа. Рынок весь заполнен фирменными шмотками. Не осталось места для русских художников.

культура: Но разве российская мода не конкурентоспособна? Почему в мире никто не знает имен русских дизайнеров?

Зайцев: Потенциал огромный, но нет производства. Нет поддержки. Я бы с удовольствием взял заказ — ко мне масса фирм приходит. Но я могу пошить им только образцы. Потому что фабрики нет такой, в которой я был бы уверен, что она сделает хорошо. Сколько контрактов ушло — корейцы, китайцы, японцы хотели воспользоваться моим именем, моими идеями, но они ушли. У нас нет культуры производства. Нет стабильности, нет устойчивости.

культура: Вы часто говорите, что полностью реализоваться в жизни Вам так и не удалось. Но ведь у Вас мировая известность, Дом моды, Театр моды, лаборатория...

Зайцев: Я всегда мечтал быть полезным. Готов делать что угодно: любую рубашку, брюки, простые вещи для широкой публики, трусы, майки — с удовольствием бы этим занимался. Но просто нет смысла. Уровень, который я требую при пошиве, никто не может выдержать. Говорят, это народу не нужно. Но эти критерии создали люди безграмотные, в моде не понимающие ничего.

культура: Почему Ваш бренд называется «Слава Зайцев»? Это дань лаконичной западной традиции?

Зайцев: Я когда родился, у нас в доме висел портрет Молотова, да еще и отец у меня Михаил, и меня назвали Вячеславом. Вячеслав Михайлович. Когда я узнал, что Молотов был такой лиходей, так некрасиво повел себя с женой, я подумал: боже мой, я не хочу быть Вячеславом Михайловичем! Поэтому все меня называют Слава — Слава Зайцев.

культура: Как называется ближайшая коллекция «Славы Зайцева» — осень-зима 2012?

Зайцев: «Ассоциации». Она не несет в себе ничего особенно нового, но более корректна, деликатна, более грамотно решена. В моем понимании она чище, естественнее, проще. С годами понимаешь, что простота — удел гениев. К этому стремишься всю жизнь. Я пришел в магазин, увидел плед в клетку. Купил этот плед, сделал из него пальто. Поехал на фабрику тканей для штор и мебели и обалдел от этой красоты. И сделал уникальную коллекцию, потому что состав — вискоза и хлопок. Прекрасная коллекция получилась. И что? Она висит. Она мне безумно нравится, а движения никакого. Потому что нет производства, нет заинтересованности людей, которые могли бы воспользоваться моими идеями. К сожалению, мне жутко не повезло в этом плане в России. Все либо боятся меня, либо считают, что я должен быть только носителем идей. Может, Богу так угодно. Хотя мне ужасно хочется прорваться к людям. Единственное утешение, что я работаю с клиентами, делаю то, что считаю нужным, — и им это нравится. Это заставляет меня функционировать. Я бы уже давно ушел из моды, потому что сегодня мне интересно заниматься живописью, фотоживописью. Но меня держат люди, для которых я должен создать мир прекрасный, гармоничный. Я — как Маленький принц: не могу бросить тех, кого приручил.

культура: Можно ли сегодня придумать в моде что-то новое?

Зайцев: А зачем? Существует элемент усталости в моде. Мы часто возвращаемся к тому, что уже было. Я могу взять свои старые эскизы и сделать, например, 60-е годы. Только наполнить новым содержанием — новые ткани, отделки, немного пропорции изменить. Все уже придумано. Все эти полвека — замечательное время, начиная с 60-х годов, когда произошли изменения в моде, появились новые художники — Пьер Карден, Пако Рабан, Андре Курреж, которые перевернули представления об одежде после Диора, сделали прет-а-порте более смелым.

культура: 50 лет назад Вы могли предположить, какой будет сегодняшняя мода?

Зайцев: В 1960-е я думал, что мода 2000-х окажется поразительной. Люди получат так много информации, будет такой огромный театр на улице. А вышло — опять помойка. Джинсы, кроссовки стоптанные, вообще г… полное. Одинаковые мужчины, женщины — рваные, стертые. Ощущение, как будто они давно не мылись. Кажется, что люди уже привыкли, устали от красоты — мода ведь очень часто меняется — и пошли по линии упрощенности. Считают, что одежда не важна, а важно состояние души. Происходит эволюция в обратную сторону. Я от этого очень страдаю, потому что я человек, созданный для гармонии.

культура: А что для Вас гармония?

Зайцев: Я нашел формулу: гармония — это содержание и форма в соответствии с эстетическими и моральными критериями времени и общества, в которых мы живем. Это крайне важно. Люди отошли от природы. Бог создал природу по Своему разумению. А человека — по Своему образу и подобию. Значит, он должен быть прекрасен. А человек все никак этого не поймет. Поэтому мне трудно воспринимать реальность. Вот я и живу в одиночестве, в лесу, среди природы. Наслаждаюсь красотой окружающего мира. Уже устал снимать одни и те же деревья каждый день, потому что они каждый день разные.

культура: Значит, живете за городом?

Зайцев: Да, в усадьбе, как называют ее мои друзья. В конце 80-х в Париже выпустили мои духи «Маруся». Я получил огромный гонорар и не знал, что с ним делать. Больше 20 миллионов флаконов было продано сразу после презентации. Мне посоветовали построить дом. И я нашел место в Щелковском районе — где-то на краю земли, в лесу, у реки, рядом церковь . Тихо, спокойно, самое главное — никого рядом. С 93-го года я начал строить себе дом. В 2000-м решил провести там Новый год. В одиночестве. Встал утром, смотрю: потрясающей красоты сосны стоят, заснеженная территория, фантастика! Со второго января решил перебраться туда, начал оформлять документы. Уже десять лет оформляю. Но теперь я живу в роскошном месте, дышу потрясающим воздухом.

Так что «Маруся» для меня — целый мир. Благодаря этим духам я стал покупать ткани, вкладываться в Дом моды, благодаря «Марусе» я по сей день живу нормально и не чувствую себя ущербным. Хотя до сих пор не всегда могу покупать себе ткани. И сын Егор не может. Внучка Маруська смогла, потому что дедушка помог...

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть