Наследники «Войны и мира»

08.09.2012

Елена ФЕДОРЕНКО

В дни торжеств, посвященных 200-летию победы в Отечественной войне 1812 года, мы встретились с праправнуком Льва Николаевича Толстого, советником президента России по культуре Владимиром ТОЛСТЫМ.

(фото: ИТАР-ТАСС)

культура: Интересно, как музейные работники — люди особой породы и особого призвания — становятся советниками президента?

Толстой: В моей судьбе это дело случая. Я никогда не видел себя в роли чиновника или государственного служащего. Занимался творческой деятельностью: 12 лет работал в журналистике, потом 18 лет возглавлял музей «Ясная Поляна». Хотя, признаюсь, проблемы культуры в целом никогда не были мне безразличны, и я довольно часто выступал на разных общекультурных форумах как член Общественной палаты.

культура: Слышала, что Вы говорили о необходимости коренного изменения отношения к культуре в обществе в целом.

Толстой: Да, говорил, и — во властных структурах. И в прошлом, и теперь — всегда был глубоко убежден, что культура занимает не то место, которого она достойна. Недооценен ее колоссальный потенциал. Культура — это не только ответственность государства за сохранение наследия, но и огромные возможности в области воспитания, образования и, заметьте, экономического развития.

Как доверенное лицо кандидата в президенты России я участвовал в предвыборной кампании, и во время одной из встреч с Владимиром Владимировичем Путиным, тогда премьер-министром, мне удалось поставить несколько достаточно острых вопросов о приоритете культуры. В том числе я попросил его о встрече с руководителями российских музеев.

Толстой: Владимир Владимирович пообещал, и действительно, такая встреча состоялась уже через месяц в Саратове. Мне как инициатору дали слово, и я выступил, согласно толстовскому принципу «Не могу молчать!». Говорил о надеждах на то, что культура в иерархии национальных приоритетов будет передвинута не с последнего на предпоследнее место, а с самого низа, где, как мне представляется, она находится, на самый верх. В том числе критически отозвался о достаточно формальной деятельности Совета по культуре при президенте, в состав которого я входил на тот момент. После этой встречи я и получил предложение стать советником президента.

культура: Какими Вы видите основные направления современной культурной политики?

Толстой: Ваш вопрос несколько опережает время. Давайте встретимся после 24 сентября — на этот день назначено заседание Совета по культуре в обновленном составе, где предстоит сформулировать основные контуры этой самой культурной политики. Осталось крайне мало времени, а задачи — глобальные. Могу сказать, что культурная политика охватывает все сферы жизни — не только общества, но и каждого человека. Ведь основы культуры закладываются в семье, в образовании. До сих пор системного подхода к этому не существовало. По крайней мере, последние четверть века. Тому есть объективные причины — решались прежде всего экономические, политические и социальные вопросы. А культура невольно оказывалась где-то на периферии. Зря. Ведь и экономика, и весь социум — зависят от культуры. Всегда нужно думать о душе, о нравственности, о духовном потенциале общества — без этих составляющих не будут решаться никакие проблемы. Государству очень дорого обходятся малокультурные граждане. Согласно статистике, подавляющее число преступлений совершается людьми, никогда в жизни не погружавшимися в среду культуры. Одна из главных наших задач — постепенное создание, а точнее, воссоздание культурной среды, необходимой как воздух для каждого. Ведь человек часто не виноват в том, что у него отсутствует тяга к симфонической музыке или к литературе — просто он никогда с ними не соприкасался.

культура: Вы говорите о проблемах, тесно связанных с образованием, которое переживает реформы — жесткие и не всем понятные.

Толстой: Несмотря на благие намерения, которые ставились во главу угла при реформировании, на мой взгляд, все-таки был избран однобокий путь: технократичный, функциональный, с ущербом для гуманитарного начала в образовании. Естественное и гуманитарное — два крыла. На одном далеко не улетишь.

культура: Часы на изучение гуманитарных дисциплин в школе уже сокращены. Можно ли это исправить?

Толстой: Об этом надо говорить, дискутировать. Для начала понять, какие положительные результаты принесла реформа. Я не за то, чтобы построенное разрушать и заново строить. Возможны более гармоничные решения спорных вопросов. Особенно важен вопрос о неравномерности доступа людей к культурным ценностям в разных регионах страны. Того, чем располагают жители больших городов, лишены жители малых и сельчане. Необходимо искать способы, как сделать культуру доступной всем. Наверное, один из них связан с использованием современных технологий, но очень важна и поддержка любых живых очагов. Не обязательно зацикливаться на узком профиле того или иного учреждения. Где-то сохранилась библиотека или выжил Дом культуры, музей или фольклорный ансамбль. Их-то и надо поддерживать, беречь, использовать как базу для развития творческих инициатив. Чтобы культурная жизнь не уходила с мест.

(фото: РИА Новости)

культура: Вам понравился праздник в Бородине?

Толстой: Так получилось, что я принял участие только в официальной части. Знаю, что историческая реконструкция прошла красиво и масштабно. Важно, что Малоярославец и Можайск — небольшие, но славные русские города — получили звания городов Воинской славы.

культура: Кому Вы передали руководство «Ясной Поляной»?

Толстой: Счастлив, что Минкультуры приняло мое предложение, и музей возглавила моя жена Екатерина Толстая. Она продолжает то дело, которое мы вместе вели все эти годы. Сложность в том, что теперь нам приходится жить на два дома. Бываю в «Ясной Поляне» только в выходные.

культура: Дети учатся в Москве?

Толстой: Дочери уже взрослые, а сыновья учатся в Туле: старший — в лицее, младший — в православной гимназии.

культура: Что говорят Ваши семейные предания: участвовал ли кто-нибудь из Толстых в Отечественной войне 1812 года?

Толстой: Один из наших предков, Остерман-Толстой — славный боец, чей разрезанный на плече мундир — прямо во время боя ему делали операцию на левой руке — выставлен в новом Музее войны 1812 года. Операционный стол заменял барабан...

культура: Многие литературоведы считают, что свои взгляды Лев Николаевич выразил в образе Пьера Безухова. Согласны?

Толстой: Не только. Поразительная писательская особенность Толстого в том, что он живет в каждом своем герое, в каждого вкладывает частичку себя. Если говорить о типаже, то, конечно, гораздо ближе к самому Льву Николаевичу Левин из «Анны Карениной» — во многом автобиографический образ. Левин — это Лев Толстой периода влюбленности, начала семейной жизни с Софьей Андреевной. Во многом автобиографичны Нехлюдов в «Утре помещика» и герой повести «Дьявол».

Вообще, все творчество Толстого так или иначе отражает его личную жизнь и биографии предков. «Война и мир» — в какой-то степени гимн предкам, памятью которых он дорожил, — и Толстых, и Волконских. В романе он даже не стал менять имена. Княжна Марья — это его мать Мария Николаевна, урожденная Волконская. Николай Ростов — его отец, Николай Ильич Толстой. Дед Николай Сергеевич Волконский выведен в образе старого князя Болконского — поменялась только одна буква в фамилии. Старый граф Илья Андреевич Ростов — тоже его дед, Илья Андреевич Толстой. «Война и мир» — семейная сага, ставшая мощным эпосом. Литературоведы говорят: в «Войне и мире» выражена мысль народная, в «Анне Карениной» — мысль семейная. На самом деле, у Толстого нет подобного разделения, жизнь он воспринимал широко — и через семью, и через общество.

культура: Ваши любимые страницы романа?

Толстой: Когда Наташа Ростова после охоты пляшет в гостях у дядюшки.

культура: А он удивляется — «Чистое дело, марш»? Наизусть эту сцену знаете?

Толстой: Нет. Но какое-то время назад часто просили читать вслух фрагменты из Толстого. И у меня были даже гастроли в сопровождении немецкой переводчицы, с которой мы проехали девять городов Германии. Я читал по-русски, она — по-немецки, аудитории были огромные и заполнялись до отказа.

культура: В «Круг чтения» Толстой включил перефразированный афоризм, который записал так: «Последнее прибежище негодяя — патриотизм»...

Толстой: Вы же понимаете, что сам Толстой был русским человеком и патриотом до мозга костей. Но он предвидел и наблюдал последствия рьяного патриотизма, оборачивающегося лжепатриотизмом. Одной из главных и любимых толстовских мыслей была та, что люди искусственно возводят барьеры между собой: межконфессиональные, сословные, этнические и даже профессиональные. Нужно смотреть поверх этих барьеров, стремиться их преодолеть, двигаться к единству.

культура: Потомки Льва Николаевича рассыпаны по всему миру. Много их?

Толстой: Более трехсот. Каждые два года мы собираемся в Ясной Поляне. У нас самые нежные отношения. Кстати, скоро на канале «Культура» выйдет цикл Феклы Толстой из восьми фильмов — о ярких личностях из нашего рода. Экран представит Петра Андреевича Толстого, получившего графство при Петре Первом, Толстого-американца, снискавшего славу своими подвигами, Остермана-Толстого и красного графа Алексея Николаевича Толстого. Из дам: Александру Львовну — младшую дочь, Софью Андреевну Толстую-Есенину — внучку, монахиню Марию Николаевну Толстую — сестру писателя. Заключительный фильм посвящен нашим семейным встречам.

культура: Внешнее сходство проявляется в потомках?

Толстой: Мы не меряем друг друга сходством. Но, знаете, что интересно? В разные периоды жизни какие-то черты проступают, причем сразу во многих. То заметим высокий лоб, густые брови или уши Волконских, или глаза особые…

культура: Какие?

Толстой: Живые и лучистые, как у княжны Марьи. Такие встречаются у многих Толстых. Удивительные глаза, излучающие свет, были у моего отца. А мой двоюродный младший брат, Петр Олегович, в двадцатилетнем возрасте словно сошел с портрета Льва Николаевича времен Севастополя и Кавказа. Когда Толстые отпускают бороды, то многие становятся похожими несказанно. В 30-е годы мой прадед Илья Львович приехал из Америки в Париж, и люди падали в обморок на улицах, принимая его за ожившего Льва Николаевича: настолько велико было сходство. Мы, конечно, разные, но чувствуем некую семейную общность, что для нас гораздо важнее, чем внешняя похожесть.

культура: С легкой руки Максима Горького многие представляют Льва Николаевича невысоким человеком. А на самом деле?

Толстой: Его рост был 182 см. Он был высоким, сильным и очень выносливым.

культура: Вы продолжаете заниматься Толстым, или на это уже нет времени?

Толстой: Постоянно читаю его произведения, воспоминания о нем, высказывания его современников. Понимаю, что уловить образ Льва Толстого невозможно. Он разный в воспоминаниях разных людей. Разный даже на страницах своего собственного дневника. Кстати, дневники Толстого — одно из любимейших моих чтений. Особенно, дневники его молодости. Всем советую прочесть эти необыкновенные записи! Уверен, что любой читатель найдет в них кладезь созвучных мыслей. Метания Толстого, его сомнения в себе, психологический самоанализ остаются актуальными.

Чем больше я читаю Толстого, тем большей загадкой он для меня становится. Не все понимаю, может быть, до каких-то вещей еще не дорос. Мне близок молодой Толстой и Толстой времен «Войны и мира» и «Анны Карениной». Но сложен пока поздний период, когда он писал «Крейцерову сонату», «Дьявола», «Отца Сергия». Как будто это совсем другой Толстой. А вдруг через лет 10-15 скажу, что это мои любимые произведения?

культура: Можете объяснить, почему постоянно растет интерес к толстовской прозе?

Толстой: Толстой феноменален тем, что ухитрился написать для каждого возраста: от ребенка до умирающего. Ему удалось охватить всю жизнь человека и даже больше — и про таинство зарождения жизни, и про таинство жизни после смерти. Поэтому для каждого читателя у Толстого найдется свое слово, свои ответы. Чаще всего позитивные — у Толстого нет мрака. Как нет ни одного законченного негодяя: даже в героях, которых условно можно отнести к отрицательным, Толстой обязательно находит положительные черты. Его герои полифоничны, они по-настоящему живые, — вот и ответ на вопрос, почему интерес к его творчеству не угасает. И даже переживает новую волну. Пусть Толстой-личность всегда остается загадкой, Толстой-писатель доступен каждому. Только найдите время открыть книгу.

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть