Сергей Готье: «Соединение головы с телом — своим или чужим — технически возможно»

16.04.2015

Широко разрекламированную в масс-медиа операцию по пересадке живой головы на тело погибшего донора, которую собирается провести итальянский нейрохирург Серджио Канаверо, прокомментировал «Культуре» директор ФНЦ трансплантологии и искусственных органов имени академика В.И. Шумакова, академик РАН, главный трансплантолог Минздрава России, заслуженный врач РФ, доктор медицинских наук Сергей Готье.

— Конечно, эта история напоминает шоу. Но вот зачем оно затеяно и есть ли здесь рациональное научное зерно, понять сейчас сложно — слишком мало информации по технике операции от самого итальянского хирурга. Я почитал его интервью, посмотрел ссылки на прежние работы и публикации — он все-таки похож на профессионала, а не на шарлатана. Хотя лично мне Канаверо не слишком нравится: сам стиль его публичного поведения кажется не вполне адекватным. Понимает ли итальянец, что, выдвигая такую инициативу в столь яркой, если не сказать, провокационной форме, он сильно рискует своей дальнейшей научной карьерой и даже честным именем? Не может не понимать. Значит, рассчитывает на какой-то неизвестный для нас фактор или технологию. То, что пишут СМИ с его слов, про некое средство «полиэтиленгликоль» для склеивания нервных окончаний, специалистам ни о чем не говорит.

Сегодня соединение головы со своим или чужим телом технически возможно. Есть технологии сшивания сосудов, остеосинтеза позвоночника — то есть соединение отломков костей. Восстановить прерванные нервные связи, например, между предплечьем и отрезанной ранее, а потом пришитой кистью руки также доступно. Для этого оболочки нескольких самых крупных нервов сшивают микрохирургическим путем. После этого разорванные концы нервов начинают регенерировать — то есть «прорастать» друг в друга в сформированных для этого «туннелях». В итоге восстанавливаются не все, но самые главные функции — например, хватательная. Аналогию с соединением нервных окончаний спинного и головного мозга мы, в принципе, провести можем — механизм процесса принципиально не отличается. Только вот никто никогда не делал этого — точнее, прежние попытки заканчивались фиаско: тело не слушалось мозговых сигналов, пребывая в параличе. 

Я прочел заявление коллег Канаверо из Итальянской ассоциации нейрохирургии о невозможности успешной операции. Они напоминают, что его план основан на опытах американского хирурга Роберта Уайта, который в 1970-м пересадил голову одной  обезьяны на тело другой. Пересаженная голова некоторое время «жила», но никак не управляла телом. «К научным исследованиям должно быть серьезное отношение. Наши пациенты нуждаются в доказанных точках зрения, а не в ложной надежде», — постулируют авторы заявления.

С этим не поспоришь. С другой стороны, стоит напомнить, что и опыты Владимира Демихова по трансплантации голов собакам многие его советские коллеги называли авантюризмом. Но именно они вдохновили Кристиана Барнарда, выполнившего позже первую в мире пересадку сердца. Первопроходцы в любой науке, не исключая медицины, немного авантюристы.

Серджио Канаверо

Насчет поиска клиники, которая согласилась бы на проведение у себя подобной операции, то не думаю, что это станет проблемой. Да, сегодня тело или голова не входят в перечень органов для трансплантации в странах, где действуют регламентирующие законы. Но ведь есть государства вообще без такого законодательства, а органы там пересаживают. Сложнее, наверное, отыскать спонсора при заявленной стоимости операции. Вполне возможно, что развернутое шоу преследует именно эту цель. 

Критики упоминают о проблеме отторжения такого огромного чужеродного «органа», как все тело. Действительно, такие опасения небеспочвенны. Когда мы пересаживаем в 70-килограммовое тело человека почку размером и массой с компьютерную мышь, то подавить ее отторжение с помощью современных иммунодепрессантов несложно. Когда же речь идет о целом организме, включающем всю иммунную систему донора, заключенную в костях, печени, клетчатке, она будет отторгать чужую голову, остаточный иммунный щит которой в лимфоузлах слишком слаб против такого противника. Если удастся остановить «взрывное» отторжение, то постепенно именно тело (а не наоборот) «примет» голову. Впрочем, эта проблема десятого порядка по сравнению с массой других, возникающих при такой операции, главная из которых — функциональное соединение головного и спинного мозга.

Этические проблемы, которые обсуждаются в прессе, я не готов развернуто комментировать. Вопроса о местоположении личности, или, если хотите, души человека, для меня как хирурга нет. Это — головной мозг, а шире — голова человека. Сердце — просто насос, гоняющий кровь, и больше ничего. Нет, по моему убеждению, души ни в печени, ни в позвоночнике. Разве что в пятках у некоторых она оказывается... Но это, конечно, шутка. Смертью человека во всем мире на законодательном уровне считается сегодня именно гибель мозга. И, насколько я знаю, ни одна традиционная конфессия против этого не протестует. Я не собираюсь оспаривать религиозные представления о душе, просто медики в нынешней парадигме медицинской науки руководствуются естественным, физиологическим ходом процессов в организме, на которые они могут воздействовать.

Валерий Спиридонов

В этой истории есть момент, на который стоит обратить особое внимание. А именно — сильнейшая личность программиста Валерия Спиридонова. Он ведь не какая-то бессловесная жертва, готовая от отчаяния на все, как его иногда представляют в СМИ. Это человек, вопреки собственному телу, доставляющему ему одни страдания, смог стать, по признанию специалистов, отличным программистом. На объявленную итальянцем операцию он идет с открытыми глазами, трезво сознавая, что она может закончиться для него или прямо на операционном столе, или странным существованием с неподвижным чужим телом, а то и одной головы, как у профессора Доуэля. Он готов на это не только с личной надеждой, но и с готовностью к самопожертвованию ради прогресса науки. Ведь любая неудача — это также ступенька вверх, ибо из нее извлекаются уроки.



«Есть разница между лечением человека и попыткой его переделать»

Опрошенные «Культурой» священнослужители и люди, близкие к РПЦ по роду своей деятельности, солидарны в негативной оценке «операции доктора Канаверо».


Ириней, епископ Орский и Гайский:

— Согласно Основам социальной концепции Русской православной церкви, мы признаем благим делом пересадку органов — только ради спасения жизни человека и при ясно выраженном согласии донора. Желание программиста Спиридонова подвергнуть себя подобной сомнительной операции с маловероятным успехом без прямых показаний спасения жизни, с моей точки зрения, можно расценивать не как героизм и жертвенность, а как суицидальный мотив. Если пациент, «собранный» из своей головы и чужого тела, выживет и не потеряет ощущения личности, то Церковь, безусловно, сочтет его человеком и допустит к Таинствам, начиная с крещения. Но если он умрет в результате операции, то его как самоубийцу нельзя будет отпевать и хоронить по-христиански. Конечно, есть и другая опасность, о которой упомянул уже в прессе отец Всеволод Чаплин: безнравственные богачи станут тайно выращивать для себя рабов-доноров, обреченных в какой-то момент на смерть. 


Иван Дронов, врач-педиатр, секретарь исполкома Общества православных врачей России имени святителя Луки (Войно-Ясенецкого):

— Проблема поставлена новая, и она требует всестороннего обсуждения — как врачей, так и богословов и философов. Но даже на первый взгляд в этой истории есть очевидные этические проблемы. Судя по оценкам специалистов, вероятность благоприятного исхода операции ничтожно мала. По тем данным, которыми мы сегодня располагаем, это напоминает, с одной стороны, эксперимент на живом человеке, с другой — эвтаназию. Поэтому речь в данном случае должна идти прежде всего о нарушении профессиональной врачебной этики. Большой вопрос — источник донорского тела. Довольно трудно представить себе абсолютно здоровое тело человека, у которого наступила смерть мозга, да еще законно переданное «владельцем» для пересадки к чужой голове. В целом операция итальянского хирурга, как она подается СМИ, вступает в очень серьезные противоречия с принципами биомедицинской и научной этики.


Евгений Никифоров, директор радиостанции «Радонеж», член Межсоборного присутствия РПЦ:

— Вызов, который бросил человечеству Серджио Канаверо, важен, поскольку концентрирует то опасное состояние умов, которое называется «трансгуманизмом». Речь идет о дерзкой попытке вмешательства человека в замысел Божий путем некоего «улучшения», переконструирования организма. Начинается все со спортивного допинга, пластической хирургии, а заканчивается «киборгизацией» и «обменом головами». Есть разумная грань между медицинским спасением жизни, лечебной помощью человеку и попыткой его переделать.

Геродот описывал в свое время племя людей с песьими головами. Нынешние фантазеры пропагандируют взгляд на этих мифических «псоглавцев» как на некую древнюю «сверхрасу», созданную «атлантами» путем трансплантации. Есть ощущение, что сегодня человечество семимильными шагами идет от совершенствования в Боге в сторону такого вот «собаководства». 

Если предположить, что операция итальянца удастся и возникнет новое химерическое существо из двух частей, то цивилизацию при нынешнем ее моральном состоянии и господстве золотого тельца ждет настоящая вакханалия «телообмена». Причем далеко не факт, что молодые здоровые люди не будут массово умерщвляться именно ради своих тел, в которых нуждаются стареющие миллионеры. Мы ведь уже видели целую индустрию по изъятию органов албанскими боевиками в Косово, массовое потрошение убитых в Ираке. Зная такую опасность, зачем рисковать, направляясь в эту сторону? За красиво нарисованной дверью в каморке папы Карло нас ждет не рай прогресса и процветания, а настоящий земной ад в духе самых мрачных антиутопий. 

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть