Владимир Долгих: «Сделанное при нас до сих пор работает»

03.12.2014

Сергей СЕРАФИМОВИЧ

5 декабря знаменитому «красному директору», бывшему кандидату в члены Политбюро ЦК КПСС, а ныне члену Совета Федерации и председателю Московского городского совета ветеранов войны и труда Владимиру Долгих исполняется 90 лет. Несмотря на это, Владимир Иванович полон сил. Дни у него расписаны по минутам, однако он согласился выкроить время для «Культуры», чтобы поговорить о силе СССР, разочарованиях перестройки и надеждах нынешнего времени.

культура: Начнем с корней?
Долгих: Я потомственный сибиряк. Родился в селе Иланское — теперь это город Красноярского края. Там моя малая родина, с которой я никогда связи не прерывал, даже работая в Москве.

культура: Наград у Вас — любой позавидует...
Долгих: Наград действительно много, но особенно дорога мне вот эта, я ее всегда ношу — золотая медаль Сибирского общества ученых «За выдающийся вклад в развитие Сибири и Дальнего Востока». Сибирь для меня очень много значит. 

культура: А военные есть?
Долгих: Немного: «За оборону Москвы», «За Победу над Германией» и еще два ордена Великой Отечественной войны I степени. Но их мне гораздо позже вручили — как ветерану. 

культура: Как Вы на войну попали? Ведь по возрасту не должны были призвать.
Долгих: Я тогда был секретарем комсомольской организации школы. И вот вызывают меня в райком комсомола и спрашивают: призывники 24-го года рождения есть? То есть те, кому 17 лет уже исполнилось. Есть, говорю. Приводи всех. Ну, я и привел, сколько было, человек 16–17. 

Спрашивают: на фронт идти боитесь? Все отвечают: нет.  Как не ответить? Все на фронт рвались. Ну, пишите заявления. Они стали писать, ну и я тоже, хотя мне еще 17 лет не было. Я ведь в декабре родился. Но был я высоким, крепким. Мне эту историю вспомнили, когда в партию на фронте принимали. Как, говорят, так? Да вот так. Из нас стали готовить бойцов — истребителей танков. Ружей противотанковых тогда еще не было, мы их только на фронте увидали, так что нас обучали бросать бутылки с зажигательной смесью и гранаты. Ну и с винтовкой обращаться. Учили месяца два, морозы стояли  лютые... А обмундирование было не очень теплым. 

культура: Книгу Виктора Астафьева, Вашего земляка, «Прокляты и убиты» читали? Он в то же время, что и Вы, был призван.
Долгих: Да, я знаю, он после войны поездил по России, но в конце концов вернулся в свою деревню в Красноярском крае. Остался ей верен. Там и похоронен. Могу сказать, что у каждого свое видение войны, хотя она — общая трагедия. Со многим, что написано в его книге, я не согласен. Но это его видение.

культура: Война для Вас когда закончилась?
Долгих: В феврале 1943 года был тяжело ранен. До сих пор нога болит.

культура: Как это произошло?
Долгих: Были тяжелые бои за город Ливны Орловской области, затем начали наступать на станцию Змиевка, ну и в атаке меня минометные осколки достали. Пришел в себя на печи, в какой-то избе, завернутый в одеяло. Потом восемь месяцев тяжелого лечения, пять или шесть операций. А затем меня комиссовали.

культура: В каком звании тогда были?
Долгих: В последних боях — политруком роты. Два «кубаря» носил, что соответствовало званию лейтенанта. Но, конечно же, военного образования не имел. Меня несколько раз хотели послать на офицерские курсы, но все время что-то не складывалось — обстановка не позволяла. 

культура: У Вас в семье почти все были связаны с железной дорогой. Почему же Вы стали металлургом?
Долгих: Вернулся я с войны и стал думать, чем заниматься. Отец — пенсионер (он потом рано из жизни ушел, зато мама до ста лет дожила). На родительской шее сидеть невозможно. Собрался заочный семейный совет. Заочный — потому что все, кто куда, разлетелись из дома. Самый старший брат (их у меня трое, и все старше меня) на войне был начальником штаба полка, дослужился до полковника, жил в Иркутске, еще один брат — начальник оперативного отдела Восточно-Сибирской железной дороги, третий — тоже железнодорожник. Сестра — учительница в Тайшете. А решила все телеграмма из Иркутска.

культура: Простите, перебью. Готовясь к интервью, я прочитал, что Ваш отец был репрессирован... 
Долгих: Не знаю, откуда эти слухи пошли. Это неправда. Он всю жизнь работал на железной дороге, до самой смерти был с ней связан.

Норильский  горно-металлургический комбинаткультура: Значит, все за Вас решил старший брат?
Долгих: Получается, так. И большое ему за это спасибо. Я в 1944-м поступил в филиал Ленинградского горного института — Иркутский горно-металлургический институт, на факультет цветных металлов. Окончил его с отличием. По распределению работал на аффинажном заводе, который стал для меня хорошей трудовой и жизненной школой. Вырос от мастера  до главного инженера. А затем меня направили на работу в Норильск, на горно-металлургический комбинат имени Авраамия Завенягина. Я, честно говоря, не хотел. Мне нравилось наукой заниматься, но мне сказали, что это можно делать и в Норильске. В общем, согласился.

Норильск ошеломил меня масштабами: угольные шахты, подземные выработки, два гигантских карьера, три завода — никелевый, кобальтовый и медный, установка по производству тяжелой воды, два механических завода, железная дорога, порт в Дудинке, строительство и стройматериалы. И еще большой город. И высокая ответственность... 

культура: Там же в основном заключенные трудились?
Долгих: Это все было до меня. Кстати,  среди них было много толковых специалистов, которые после освобождения остались там работать и в дальнейшем даже стали большими руководителями.

культура: С чего Вы начали на новом месте?
Долгих: Я принял руководство комбинатом в тяжелое для него время. Был рудный голод. Но это отдельный вопрос, целая эпопея. 

культура: При Вас добыча медно-никелевой руды и платиноидов увеличилась в разы. Комбинат был более чем успешным. Как же так вышло, что в перестройку он стал убыточным? Руда закончилась? Спрос на металл упал?
Долгих: Полагаю, это была общегосударственная политика — обрушить все и перейти на капиталистический путь развития. Гиганты индустрии для приватизации были наиболее привлекательны. Но, позвольте, как это — взять у государства деньги и на них у него же и купить прибыльное предприятие?! НГМК стоил тогда миллиардов пятнадцать. А продали его, если верить покупателям, за 600 миллионов рублей.

культура: А как Вы попали на партийную работу? Как это происходило тогда?
Долгих: Как директор НГМК я был членом горкома и крайкома. Когда первого секретаря Красноярского крайкома перевели в Москву, услышал разговор, что меня прочат на его место. И действительно, через несколько дней пригласили в ЦК. Предварительно со мной разговаривал секретарь ЦК Иван Капитонов, а затем, поздним вечером, меня позвали к Брежневу. Он тогда был в боевом состоянии, это сейчас его шамкающим представляют, а тогда он много работал. В то время создавались топливно-энергетический комплекс страны, оборонная промышленность, металлургия. Брежнев для этого очень много сделал. Я, конечно, отнекивался, дескать, я не партработник. Но он сказал, что в ЦК специалистов больше, чем чисто партийных работников. В общем, долгих разговоров не было — сказал, что товарищи мне доверяют, тем более что работать я буду в своем родном крае. 

культура: Партийная работа понравилась?
Долгих: Да как сказать... Дело в том, что первые секретари областей и краев должны были всем, что есть в жизни, заниматься — и сельским хозяйством, прежде всего. А это дело абсолютно новое для меня. Но помогали знающие люди, специалисты со мной занимались. Лекции в Сельхозинституте посещал как рядовой слушатель. Пришлось и самому вникать, по районам поездил. Со временем стал разбираться.

культура: Объясните, пожалуйста, почему в СССР, такой мощной стране с природными и человеческими ресурсами, люди жили скромно?
Долгих: Что значит «скромно»? Вопросы социального обеспечения, образования, бесплатной медицины и здравоохранения решались достаточно хорошо. Мы ведь только вышли из войны. Полстраны надо было восстанавливать. Но, по сути, сразу после Победы отменили карточки на продовольствие, стали снижать цены. В истории СССР практически не было периода, когда не приходилось бы заниматься защитой своих рубежей. Один поэт сказал: «Да, было голодно, но не скажу, что плохо!» 

Что касается технической базы, то, согласитесь, что многое сделанное при нас до сих пор работает. Энергетическая система, например, была лучшей в мире. Металлургия — одна из лучших.

культура: Как Вы относились к Андропову?
Долгих: Он, как и многие другие члены ЦК, понимал, что стране нужны изменения, что нужно расширять права трудового коллектива, всячески развивать технический прогресс — Андропов готовил пленум ЦК по этому вопросу. Но у  него не хватило времени... 

культура: А следующий генсек, Черненко, — человек на этой должности случайный? 
Долгих: Он был опытным партийным работником. К сожалению, о его болезни знала очень небольшая группа людей. В общем, что произошло, то произошло...

культура: Вы с Горбачевым хорошо были знакомы?
Долгих: Мы познакомились в Кисловодске в 1973 году. Близки никогда не были, но до его избрания генсеком работали более или менее дружно. В период перестройки — он превратил ее в перетряску — наделал много ошибок. Результаты известны…

Президиум сессии Верховного Совета СССР, Москва, 1986 год культура: А как Ельцин оказался в Москве?
Долгих: Ушел на пенсию министр энергетики и электрификации Петр Непорожний. Кто-то предложил на его место Ельцина. Знающие его люди тогда высказались против его кандидатуры, сославшись на то, что он только стройматериалами занимался. Ну, и слабость его к алкоголю ни для кого не была секретом. Назначение тогда не состоялось. Я был среди тех, кто против, меня поддержал председатель совета министров Николай Тихонов. А потом, когда Тихонов ушел на пенсию, вопрос о переводе Ельцина в аппарат ЦК возник снова. Я опять был против, но, тем не менее, Горбачев и Лигачев настояли. Поговорить с Ельциным поручили мне. Я позвонил и спросил, согласен ли он занять должность заведующего отделом ЦК по строительству. Он помолчал, а затем сказал, что люди его ранга из Свердловска обычно шли в ЦК на должности секретарей, и попросил дать ему время подумать. Утром он мне позвонил и согласился. Я ему сказал, чтобы летел в Москву на разговор. Поговорили, и в итоге он стал заведующим строительным отделом ЦК. Ну, а дальше вы знаете.

культура: Ельцин в своей книге «Исповедь на заданную тему» очень хорошо о Вас отозвался. Вы читали? 
Долгих: Слышал, но не читал.

культура: Вас в ГКЧП не приглашали?
Долгих: Нет.

культура: А если бы пригласили? Согласились бы?
Долгих: Бог его знает. Наверное, пошел бы. Речь-то шла о сохранении СССР. И потом, они ничего плохого не сделали и не собирались делать. Конечно, у них было много ошибок, но крови на них нет.

культура: Развал СССР — ошибка или преступление? 
Долгих: Я согласен со словами президента Путина, что развал СССР является крупнейшей геополитической катастрофой века. Смотрите, что было дальше — разгромили Югославию, Ирак, Северную Африку. При СССР такого не случилось бы. А что происходит сейчас на Украине? 

культура: Как Вы пережили ликвидацию КПСС, что чувствовали, когда это происходило?
Долгих: Плохо. Переживал, возмущался. Особенно после того, как меня и других в Конституционном суде отчитывали за то, что ЦК вмешивался в хозяйственные дела.

культура: Но ведь в Конституции СССР было сказано, что у КПСС — руководящая роль. Какие тут могли быть нарушения?
Долгих: Тем не менее.

культура: Что бы Вы посоветовали нашему президенту с высоты своего возраста и опыта?
Долгих: Я подддерживаю политический курс президента Путина на укрепление экономической и политической независимости России, что особенно подтверждается в последнее время.

культура: В Совете Федерации работы много?
Долгих: Работы хватает, но я привык. Уезжаю из дома в восемь утра, приезжаю в восемь вечера 

культура: Вы же еще и вице-президент фонда содействия театру и телевидению имени Смоктуновского «Золотой пеликан», дружили с Константином Симоновым, так что искусство вам не чуждо…
Долгих: Да, стихи люблю, музыку, люблю романсы русские, говорят, что пою их чуть ли не профессионально. А в фонде Смоктуновского сейчас будет смотр на лучшую современную пьесу.

культура: Где юбилей будете отмечать?
Долгих: Семья требует, чтобы дома. Но и с ветеранами следует отметить. Непростое это дело — юбилей. Но переживем и это.


Справка «Культуры»

ДОЛГИХ Владимир Иванович — дважды Герой Социалистического Труда (1965, 1984). Доктор технических наук. Директор Норильского горно-металлургического комбината (1962–1969). 1-й секретарь Красноярского крайкома  КПСС (1969–1972). Секретарь ЦК КПСС (1972–1988). Кандидат в члены Политбюро ЦК КПСС. Депутат Верховного совета СССР (1966–1989). Депутат Верховного совета РСФСР. Старейший по возрасту депутат Государственной думы 6-го созыва. Член Совета Федерации с 2013 года, член Комитета СФ по экономической политике. Почетный член трех международных академий, почетный гражданин Москвы.

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть