Уэйн Макгрегор: «Тела русских артистов — фантастический инструмент»

27.02.2014

Елена ФЕДОРЕНКО

Фото: Наталья РазинаНакануне петербургской премьеры хореограф лондонского Королевского балета и руководитель труппы Random Dance Уэйн Макгрегор ответил на вопросы «Культуры».

культура: Объясните название спектакля?
Макгрегор: Infra — латинское слово, в переводе — «внизу» или что-то вроде «смотрите ниже». То есть ищите то, что под оболочкой, внутри человека.

культура: А там при внешнем благополучии — много боли и одиночества...
Макгрегор: Конечно. Такова реальность, и она вторгается в танец. Радость и любовь, к счастью, тоже себя не скрывают.

культура: С одной стороны, Вы сотрудничаете со специалистами факультета экспериментальной психологии Кембриджского университета, с другой — серьезно изучаете компьютерные технологии. Как совмещаете разные миры: живой, хрупкий и неодушевленный, точный?
Макгрегор: Компьютером я увлекся в семилетнем возрасте, и мы были все время вместе. Без техники жизнь ужасна — Вам, например, пришлось бы все, о чем мы говорим и что фиксирует диктофон, запоминать и записывать. Разговор получился бы иным. Диктофон лежит на столе, рядом с нами, но на наше общение не влияет. Как и любое технологическое устройство, вроде айпада или каких-то новейших гаджетов.

культура: Вас уже называют гуру, Ваши балеты танцуют самые известные труппы и звездные солисты. Зачем Вам ставить спектакли в музеях или среди архитектурных памятников?
Макгрегор: Любопытно работать с человеческим телом как с архитектурным объектом и одновременно исследовать его возможности в самых разных условиях, даже экстремальных. Танцевать вне сцены как раз и есть такой экстрим. Место действия влияет на танец. То, что вокруг, проявляет себя в человеческих эмоциях.

культура: Как Вам пространство новой Мариинки?
Макгрегор: Несмотря на просторы и большие технические возможности, здесь существует некая интимная атмосфера и на сцене, и в зале. Можно чувствовать себя комфортно и генерировать импульсы.

культура: Что Вы подразумеваете под импульсами?
Макгрегор: Связь психики и движения. Сегодня уже изобретены приборы, способные заглянуть внутрь тела. Биометрическая повязка на руке позволяет узнать, какое количество адреналина выделяется в крови при том или ином движении. Датчики показывают, как реагирует сознание на телесный порыв, фиксируют нервное раздражение при любом пластическом нюансе. Эти данные дают возможность оценить эмоциональный уровень, который человек транслирует вовне. Танец и есть «вещание» тела.

Infra, «Ковент-Гарден»культура: Вы ставили Infra для артистов «Ковент-Гарден». Мариинские танцовщики их повторяют?
Макгрегор: Нет, они наполняют движения своими историями. Возобновление существующего спектакля в другой труппе — не просто перенос. Калька как таковая меня не интересует. Основная причина, по которой я здесь, в Петербурге, — возможность получить особенную эмоциональную «подпись» артистов Мариинского театра под уже рожденной хореографией. Тела русских артистов — фантастический инструмент, в каждом — энергетика и чувства, меняющие, казалось бы, готовое произведение.

культура: Когда Вы ставили в Большом театре балет Chroma, Вас часто можно было видеть среди публики на классических спектаклях.
Макгрегор: Да, к классике я отношусь с почтением.

культура: Тогда Вы не раз признавались в пристрастии к двум примам — Наташе Осиповой и Свете Лунькиной. Обеих, к слову, уже нет в труппе Большого. В Мариинском тоже появились любимцы?
Макгрегор: У любого хореографа есть свои привязанности, но до премьеры имен называть не хочу. Невероятным в мариинских артистах оказалось их стремление к результату, они приняли вызов, горели желанием, работали яростно. Так получилось, что в спектакле заняты уже признанные звезды и звезды будущего, и у всех — думающие интеллектуальные тела. Они оказались готовы к моей хореографии, в них чувствовался голод по современному танцу.

культура: С Наташей Осиповой Вы теперь служите в одном театре. Занимаете ее в своих спектаклях?
Макгрегор: Она только что замечательно станцевала в моем новом балете Tetractys в «Ковент-Гарден». Наташа — невероятная балерина и очень трогательный человек.

культура: А для Светы Лунькиной что-то ставите?
Макгрегор: Пока нет, но очень хочу с ней поработать.

культура: Когда сами в последний раз выходили на сцену как танцовщик?
Макгрегор: Девять лет назад. В студии и на репетициях я и сейчас танцую.

«Chroma», Большой театркультура: В Большом театре говорят, что скоро Вы приедете на постановку и даже уже встречались с новым директором...
Макгрегор: Я продуктивно и радостно провел время с артистами Большого театра, когда готовили спектакль Chroma. Надеюсь, наше сотрудничество продолжится. Мы действительно встречались с Владимиром Уриным в Лондоне, и разговор получился замечательный. Но точных дат пока нет. Могу только сказать, что это будет уже в 2015 году.

культура: Поставите «Весну священную», на которую Вас так ждали?
Макгрегор: Нет, буду делать другой спектакль, «Весна» у Вас уже есть. (В 2013-м Макгрегор отменил в Большом постановку «Весны священной» Стравинского, но премьера состоялась в срок: ситуацию спасла хореограф Татьяна Баганова. — «Культура»).

культура: И все-таки, почему Вы тогда не приехали? Многие СМИ писали, что испугались кислотной атаки… 
Макгрегор: Я дружу с Сергеем Филиным, и то, что произошло с ним, тогда не могло не сказаться на внутритеатральной ситуации. Но, знаете, все это уже не новость, давайте смотреть в будущее.

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть