Леонид Борткевич: «Сегодня «Песняры» — не формат»

30.08.2017

Денис БОЧАРОВ

1 сентября ансамбль «Песняры» отмечает полувековой юбилей. Ровно пятьдесят лет назад решением художественного совета минской филармонии группа «Лявоны» (первоначальное название коллектива) получила право называться ВИА. 

Фото: Александр Кулебякин/ТАСС

В преддверии знаменательной даты корреспондент «Культуры» пообщался с участником классического состава Леонидом Борткевичем.

культура: Многое ли для Вас значит эта дата или с течением лет подобные временные «зарубки» перестали иметь особое значение? 
Борткевич: Почему же, конечно, все это до сих пор важно и, главное, трогательно. Помним, отмечаем, встречаемся. Нас приглашают на различные телепередачи, порой устраиваем концерты. Хотя, что греха таить, о нас постепенно забывают. Когда-то мы были заслуженные, всесоюзные, обласканные, лауреатные, а сейчас «Песняров», по сути, нет. 

культура: Позвольте не согласиться. Концерты ВИА «Песняры» проходят постоянно. Ансамбль помнят и любят, грех жаловаться. 
Борткевич: Это все клоны. Дробление славного имени на части пагубно сказывается на качестве конечного продукта. Каждый несмышленыш, некогда волею судеб попавший в творческую орбиту Володи Мулявина (а он, надо признаться, в людях разбирался не слишком хорошо), считает себя вправе именоваться «песняром». А ведь песне надо учиться, а не сразу лезть в телевизор. К сожалению, сегодня все решают деньги. Я не первый и не последний, кто об этом говорит. Но вот ведь в чем штука: казалось бы, чем больше вложений, тем лучше должен быть результат, а выходит наоборот. И речь ведь не только о музыке — в науке, спорте, кино примерно одна и та же неутешительная картина. Мы до сих пор пожинаем горькие плоды распада СССР. 

культура: В чем основная заслуга Мулявина — как перед «Песнярами», так и отечественной музыкальной культурой в целом?
Борткевич: Уникальность и величие Володи даже не в том, что он сумел объединить национальный фольклор с элементами рока, а в том, что заставил весь Советский Союз — а во многих случаях и за пределами оного — слушать белорусскую народную музыку и внимать ей. Сложилась парадоксальная картина: русский фолк ни в чем не уступает белорусскому, но так получилось, что у Белоруссии был Мулявин, а в России такого человека не оказалось. Не хочу произносить высокопарных фраз, но от истины не уйти: он был один на миллион. Володя все делал предельно музыкально, обладал тончайшим вкусом. Даже когда создавал собственную аранжировку известных произведений, всегда трепетно и уважительно относился к первоисточнику. Не то что сейчас: постоянно появляются ремиксы старых песен, но по качеству они не идут ни в какое сравнение с оригиналом. 

культура: Вы неоднократно говорили о том, что осталось несметное количество произведений Владимира Георгиевича, не дошедших до широкого слушателя. Когда же мы их услышим?
Борткевич: Некоторые мы исполняем живьем. Другое дело, что на концертах народ прежде всего ждет тех самых всенародных шлягеров: «Вологда», «Белоруссия», «Александрина», «Березовый сок». К тому же если раньше наши выступления длились по три часа, то сегодня подобный расклад представить попросту невозможно: публика так долго не сидит, поэтому и втиснуть в программу неизвестные сочинения не так-то просто. 

Если же говорить о выпуске студийного альбома новых вещей ВИА «Песняры» — да, мы над ним уже несколько лет работаем, материал практически готов. Более того, давно уже хотим выпустить антологию на десяти дисках. Все как следует свели, подчистили, отмастерили. Там 260 песен, четыре малоизвестные мулявинские композиции и две рок-оперы. В общем, дело за малым: за средствами, а их, как известно, всегда не хватает. Ведь в проект никто не вкладывается. Да и фактор возраста тоже необходимо учитывать: у всех ведь свои семьи, дети, обязанности. И здоровье, увы, отнюдь не такое, каким мы могли похвастать в 70-е — 80-е.

культура: Известно, что сам Мулявин относился к обязательному исполнению «официальных» хитов, принесших «Песнярам» всесоюзную славу, с известной долей иронии, отдавая предпочтение экспериментальному, новаторскому творчеству. Возможно, имидж ансамбля, укоренившийся в сознании миллионов, не в полной мере соответствует действительности? 
Борткевич: Совершенно верно. «Песняры», в отличие от подавляющего большинства отечественных эстрадных коллективов, изначально являлись профессиональным ансамблем. А официально работающая группа при всем желании не имела возможности заниматься только собственными концептуальными произведениями. В репертуаре по умолчанию должны были присутствовать песни советских композиторов. Да, многие из этих вещей прекрасны, и исполнялись они на высочайшем профессиональном уровне. Но при этом общее впечатление об ансамбле выходило несколько искаженным. Увы, так получилось, что людям «Песняры» запомнились во многом благодаря пресловутой «Вологде», которую Володя, честно сказать, слегка недолюбливал, хотя и придумал для нее превосходную аранжировку. Именно эти хиты и крутили по радио, хотя на концертах мы предлагали слушателю совершенно иной репертуар. Впрочем, история учит: серьезные, многослойные вещи в народной памяти не оседают, запоминается то, что попроще. 

культура: Как-то Вы несколько пренебрежительно о любимых миллионами песнях...
Борткевич: Что вы, повторюсь, они замечательные, просто за ними несколько теряется образ истинных «Песняров». Мулявин не любил шлягеры. Скажу вам больше: именно нам первым предлагали композиции, в итоге прославившие другие коллективы. Те же «Малиновку», «Олесю» или «А я лягу, прилягу» Володя отверг и передал коллегам «по цеху» — «Сябрам», «Верасам» и прочим. Его базовые музыкальные интересы и амбиции лежали несколько в иной плоскости. 

культура: Положение дел на современной эстраде, как я понимаю, Вас совершенно не вдохновляет...
Борткевич: Сегодня формат, а не искусство правит бал. А «Песняры» не формат. Вы только посмотрите, что нынче происходит, условная формула такова: «Еду на осле и что вижу, о том и пою». Раньше существовала высокопрофессиональная музыкальная редактура, просто так на сцену было не пробиться. А сейчас забашлял — и вперед.

культура: Когда речь заходит об искусстве, люди в основе своей делятся на две категории: одни считают, что оно способно изменить мир к лучшему, а другие, скептически пожимая плечами, полагают, что его роль ограничивается лишь сугубо эстетическими функциями. Вы какой точки зрения придерживаетесь? 
Борткевич: Думаю, искусство в целом и музыка в частности способны на все. Другое дело, что сегодняшняя система направлена на обыдление общества. Посмотрите, что показывают по телевизору. Бывало, включишь и слышишь зомбирующим голосом произнесенный анонс: «Весь день на канале таком-то сериал такой-то». А на кой черт мне это надо? Это же смотреть невозможно. Лучше уж действительно смириться с тем, что чуть ли не каждую неделю крутят «Место встречи», «Рожденную революцией» или «Шерлока Холмса». Шедевры надоесть не могут. Жаль только, что они по большому счету остались в прошлом.


Фото на анонсе: PHOTOXPRESS 

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть