Замахнулись на Шекспира

21.12.2012

Ирина ГУБСКАЯ, Санкт-Петербург

В Михайловском театре показали премьеру балета Сергея Прокофьева «Ромео и Джульетта» в постановке Начо Дуато.

В системе русского репертуарного театра подразумевается обязательность больших сюжетных балетов. Привлеченный Михайловским на должность худрука Начо Дуато — мировая знаменитость, идеальный хореограф «маломерного» репертуара и неофит в спектаклях крупного масштаба. Освоение этого формата он начал с постановки год назад «Спящей красавицы». Теперь — название из эпохи драмбалета. В багаже у Дуато нашелся 15-летней давности спектакль, который он и адаптировал к более многочисленной труппе и новым исполнителям.

Однако постановка все равно выглядит малонаселенной, а концепция расползается на обрывки. Действие по-современному пробегает массовые сцены — улица, бои… Дуато подкорректировал шекспировский сюжет, убрал вражду равных, тему кровной мести. И финал — примирение семей. Получилась история юношеского суицида. Душераздирающе, но не масштабно.

В спектакле Михайловского театра нет исторической базы — лишь необязательное «я так вижу» как повод сбежать от фабульного диктата, поставить внесюжетные танцы. Нет индивидуальных пластических характеристик — есть пластика Дуато вообще. И смешение солистов и кордебалета, не всегда уместное в большом сюжетном спектакле.

Спектакль поставлен без пуантов. Согнутые «утюжком» стопы, текуче-скользящие движения и поддержки напоминают хореографию фигурного катания. Как дань сюжетности — попытки пантомимных эпизодов и отдельные выразительно решенные пластические сцены. Мелкая дрожь ног Джульетты, выпивающей смертельное зелье, ее спор с отцом, вскидывающиеся руки влюбленных в склепе — жизнь и смерть приветствуют друг друга, кошачья пластика Ромео в маске. Но и смазанных моментов немало. В действии скрыта цитатность из других воплощений — не настолько заметная, как в «Спящей», но все же достаточная для ощущения несамостоятельности.

Главные исполнители на премьерных спектаклях — две пары с рокировками. Наталья Осипова — наверное, единственная в современном балете, кому хватает энергии, чтобы умирать на сцене четыре вечера подряд. В дуэте со своим постоянным партнером Иваном Васильевым она станцевала один спектакль — похоже, для такого состава нужна более драмбалетная версия «Ромео и Джульетты». Другой ее Ромео — Леонид Сарафанов — уравновешивал и оттенял эмоциональный порыв Джульетты. А в дуэте Сарафанова с Олесей Новиковой (приглашенной из Мариинского театра) возникла тонкая игра нюансов. Новикова по образу — боттичеллиевски нежная, но в ее Джульетте — предчувствие лета и знойной страсти, ведущей к трагическому исходу. У героев Новиковой и Сарафанова любовь — производное не только тела и эмоций, но и ума.

В Михайловском прошли пять ежевечерних премьерных спектаклей (плюс генеральная репетиция и прогоны). После премьерного марафона спектакль исчезнет из афиши до февраля. И основной вопрос его возвращения на сцену: кто будет танцевать? Театр в последнее время рассчитывает на звезд. Но в спектакле так и не появились приглашенные с этого сезона солисты Марсело Гомес (Тибальд) и Полина Семионова (Джульетта), о которых упоминали в планах. Есть дублеры главных исполнителей, но основной состав танцует почти без замен.

В принципе, особой необходимости ставить именно сейчас именно этот балет не было. Но в Михайловском стремятся утверждать собственный бренд через бренды, уже существующие. В данном случае их сразу несколько: автор, композитор, хореограф. Впереди на этом пути — «Щелкунчик» Дуато. Тоже кассовое решение.

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть