Между Западом и Востоком

05.10.2012

Когда Владимир Путин стал президентом, Россия уже имела значительный опыт новой внешней политики. Были испытаны две модели внешнеполитического курса.

Первую из них пытался осуществить министр иностранных дел Андрей Козырев с согласия Бориса Ельцина. Это была модель стратегического сотрудничества и, если точнее, альянса с Соединенными Штатами и Западом в качестве младшего партнера. Однако «эксперимент» не удался. Результатом стало расширение НАТО в направлении российских границ. Это шокировало Ельцина и послужило главной причиной отставки Козырева.

Вторая модель, испытанная Евгением Примаковым, была нацелена на попытку интегрировать Россию в международные экономические организации и при этом мешать эксцессам военной и политической мощи США. Но и этот курс, как мы увидели на примере Югославии, дал ограниченные результаты.

Владимир Путин попробовал еще раз наладить стабильное стратегическое сотрудничество с Соединенными Штатами. Несмотря на всю антироссийскую риторику республиканской администрации, он все же пошел на контакт с Джорджем Бушем. В 2001 году главы двух государств встретились в Любляне, и с этого началась фаза улучшения отношений между Кремлем и Белым домом. Тем не менее это не помогло предотвратить последовавших настойчивых попыток администрации Буша распространить НАТО на Украину и Грузию, а также выхода США из договора по ПРО и их стремления начать размещать элементы американской противоракетной обороны в Европе.

В этих условиях окончательно обозначился главный вектор развития России — в качестве самостоятельного центра силы. Самостоятельного, но не изолированного и способного взаимодействовать с другими центрами экономической и политической мощи. Причем взаимодействовать не как часть систем, которые крутятся вокруг других центров притяжения, а самостоятельно. Особое значение в этих условиях имела речь, произнесенная Владимиром Путиным в Мюнхене в 2007-м. В своем выступлении Путин разъяснил странам Запада, почему Россия не может согласиться с той моделью мира, которую пытаются выстроить США и их союзники. На Западе это заявление было воспринято и подано общественности чуть ли не как попытка вернуться к «холодной войне». Но на деле это обвинение западные политики и стратеги могли бы обратить к самим себе — ведь многие из них «холодной войны» с Россией не прекращали.

Мюнхенская речь стала важнейшим этапом в осознании руководством России как возможностей, так и объективных ограничений в наших отношениях с Западом. Именно с этого выступления началась переориентация российской внешней политики на превращение России в самостоятельный центр силы в мировых делах. В этом смысле Мюнхенская речь является исторической.

Сегодня Азиатско-Тихоокеанский регион превращается в настоящую мастерскую современного мира, главный локомотив глобальной экономики. Судя по всему, Владимир Путин хорошо осознал эти тенденции и решил сбалансировать российскую внешнюю политику развитием восточного вектора. Это нашло свое отражение в принципиальной политике сближения и стратегического партнерства с Китаем, причем как в экономической плоскости (в том числе в области развития поставок энергоносителей), так и в политической (сегодня это прежде всего тесное сотрудничество по проблеме Сирии). На последнем саммите АТЭС во Владивостоке было четко сказано, что наша задача состоит в том, чтобы азиатский вектор нашей экономической стратегии был не слабее, чем западный.

За годы правления Владимир Путин сумел подвести итог двадцатилетним поискам России своего места в современном мире и сделать правильные выводы из того опыта, который мы приобрели. Нас не ждут в западных военно-политических и политико-экономических организациях и структурах. С другой стороны, было бы неправильным искать военных союзников в Азии. Для обеспечения своей безопасности Россия должна укреплять отношения и на Западе, и на Востоке, развиваясь при этом как самостоятельный интеграционный центр.

Эта идея уже нашла свое отражение в стратегии создания Евразийского союза. Как мне представляется, это и будет важнейшим направлением российской внешней политики. Идея Евразийского союза обсуждалась давно, но именно Владимир Путин смог перевести ее в практическую плоскость.

Алексей ПУШКОВ,
председатель Комитета Государственной думы РФ по международным делам

Читайте также:







Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть