А судьи кто?

16.03.2015

Владимир ХОМЯКОВ, сопредседатель движения «Народный Собор»

Депутаты Европарламента потребовали провести «беспристрастное и объективное» международное расследование убийства Немцова c привлечением таких международных организаций, как ООН, Совет Европы и ОБСЕ. При этом европарламентарии заявляют, что у них нет доверия к российскому правосудию и, вообще, органы власти ЕС при формировании курса в отношении России должны брать во внимание «политическую атмосферу», которая «подготовила почву» для таких преступлений. Так говорилось в предварявшем скандальную резолюцию докладе.

Конечно, над этой очередной глупостью можно было бы посмеяться и пропустить мимо ушей, как и 99 % подобных глупостей, ей предшествующих. Что, собственно, и сделали российские официальные лица. Председатель комитета Госдумы по безопасности и противодействию коррупции Ирина Яровая заявила, что дело об убийстве Бориса Немцова будет рассматриваться на международном уровне только в том случае, если в нем появится «иностранный след». А официальный представитель Следственного комитета Владимир Маркин назвал евродепутатов фантазерами и пошутил в своем микроблоге: «следующим предложением Европарламента будет международное управление Вооруженными Силами РФ».

То, что наши официальные лица не мчатся сегодня, как в не столь отдаленном прошлом, выполнять любое распоряжение этой братии, узурпировавшей право выступать от имени «международного сообщества», не может не радовать. Но возникает вопрос: «А почему они решили, что с нами вообще позволительно обращаться подобным образом?» Можно ли представить, что, например, Индия, Китай и Россия в совместном заявлении потребуют «от имени половины человечества» провести международное расследование убийства президента Кеннеди, тарана «Боингами» нью-йоркских небоскребов или даже убийства белым полицейским черного подростка в Фергюсоне? Вряд ли. Потому что все вышеперечисленные события США считают своим внутренним делом и даже в горячечном бреду не допускают мысли, что какое-то там «международное сообщество» полезет к ним со своими расследованиями.

Почему же к ним нельзя, а к нам вроде как можно? Да потому, что для подобных заявлений у ЕС есть вполне конкретный повод. А именно — наличие в 4‑й части ст. 15 Конституции РФ положения о том, что, «если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора».

То есть де-юре в России существует и конституционно зафиксирован приоритет «международного законодательства» над законодательством национальным. А коли так, то вполне может возникнуть и такая ситуация: «Мы тут в Евросоюзе приняли, извольте исполнять!»

Обычно подобные «колониальные» статьи включаются в Конституцию только после подписания акта о полной и безоговорочной капитуляции. Собственно, Запад до недавнего времени свято верил, что так оно и есть: Россия побеждена (пусть через предательство Горбачева и Ельцина) в Третьей мировой (или холодной) войне, ее территория разделена на части, законодательство написано победителями, а власти будут непременно послушны. Именно с таким пониманием России выросло за последние 25 лет новое поколение, а точнее — два поколения европейцев и американцев. И сегодняшние абсолютно естественные для любой суверенной страны действия Путина воспринимаются ими как нечто недопустимое, противоречащее привычной картине мира.

«Приоритет международного права» — одна из фундаментальных основ зафиксированного в 90‑х нового статуса России как побежденного и зависимого государства. Именно поэтому к нему, чуть что, так любит апеллировать вся российская «пятая колонна». Лукаво не замечая при этом, что, например, в «цитадели демократии» — США — ничего подобного нет и в помине. Там в юридической практике есть понятия «самоисполнимых» и «несамоисполнимых» договоров, причем одни положения международного договора могут быть «самоисполнимыми», а другие — нет. Формально по статье VI конституции США международные и национальные законы и договоры имеют одинаковую юридическую силу, но на практике существует приоритет так называемого «последнего по времени акта» (last-in-time rule) — что последним принято, то и исполняется. То есть, если обязательства подписанного международного договора «несамоисполнимые», они не выполняются, пока конгресс США не примет соответствующий государственный акт. Более того, если свежий закон, принятый конгрессом, противоречит ранее заключенным международным договорам, конгресс вправе аннулировать «внутригосударственный эффект» от исполнения данного договора. То есть: за пределами США — исполняем, а внутри — нет. Потому как наша страна и наше право…

Вот и нам, России, пора бы окончательно определиться. Страна не может быть частично суверенной, как женщина — немножко беременной. Тут уж или — или. Любой ограниченный суверенитет, при наличии в конституции статьи о том, что он — ограниченный, означает лишь то, что иногда хозяин дозволяет своему крепостному некоторые вольности, но при этом волен в любой момент осерчать и вольности отменить.

В самое ближайшее время России, видимо, предстоит крепко подумать, насколько отвечает ее интересам сохранение в неизменном виде священной коровы наших либералов — действующей «ельцинской» Конституции. И конкретно — 15‑й статьи. Не пора ли созывать Конституционное собрание?


Мнение колумнистов может не совпадать с точкой зрения редакции

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть