Король бензоколонки

28.01.2015

Михаил ДЕЛЯГИН, директор Института проблем глобализации, доктор экономических наук

Смерть старейшего монарха в мире лишь немного увеличила цену на нефть. Дежурные комментарии о незначительном двухпроцентном росте быстро сошли на нет — вместе с самим ростом.

Король Саудовской Аравии Абдалла ибн Абдель Азиз Аль Сауд находился в весьма преклонном возрасте — 90 лет, болел, так что его кончина давно ожидалась. Преемник (единокровный брат усопшего Салман ибн Абдул Азиз Аль Сауд, ему 79 лет) был известен, а преемственность политики очевидна — как и сохранение в правительстве ее реального творца, также весьма пожилого министра нефти Али ан-Нуайми.

Поэтому неопределенность, связанная со сменой правителя крупнейшей нефтяной державы мира, носила очень незначительный характер и лишь подчеркнула, что цена нефти определяется практически без ее, этой страны, участия.

Существенно, что нынешняя ситуация — это в определенной степени эхо «нефтяного шока» 1973 года, которое длится до сих пор, заставляя переоценивать возможности влияния на мировую цену нефти со стороны стран ОПЕК, в частности Саудовской Аравии.

Наиболее популярная легенда на эту тему — будто бы директор ЦРУ Кейси убедил саудитов в середине 80‑х снизить цену нефти, что и привело к краху Советского Союза. Эта история не учитывает целого ряда мелких «деталей» — от относительно низкой зависимости Советского Союза от экспорта нефти (сокращение доходов от нее лишь несколько усилило финансовую напряженность, а к краху привели действия самого советского руководства) до того, что Саудовская Аравия в то время уже не могла влиять на цену нефти.

Всю первую половину 80‑х годов она пыталась практически в одиночку противостоять ее удешевлению, в несколько раз сократив экспорт углеводородного продукта и отказавшись от колоссальных доходов, — но это лишь замедлило снижение цен. В середине 80‑х (возможно, действительно под влиянием США, но главную роль сыграл собственный здравый смысл) королевская семья перестала пытаться плевать против ветра глобальной конъюнктуры и начала бороться за сохранение своей доли на мировых рынках. Это потребовало увеличения экспорта — и, разумеется, подстегнуло падение цены.

Нечто подобное мы наблюдаем и сейчас. Первый виток удешевления нефти (со 115 долларов за баррель примерно до 70) был вызван отказом США от программы «количественного смягчения». «Сланцевая революция» удешевила энергию на их внутреннем рынке, запустила реиндустриализацию, создала ощущение возрождения — и поддерживать экономику вливанием денег временно стало уже не нужным. Эти деньги просачивались на спекулятивные рынки, поддерживая их. Сокращение спроса вызвало провал цен на нефть и «развернуло» спекулянтов: они бросились играть на понижение.

И тут лишний раз подтвердилось, что нефть — не просто товар, но прежде всего финансовый актив, и ее цена зависит не столько от спроса и предложения, сколько от движения спекулятивных капиталов.

Фактически распавшийся ОПЕК не стал ограничивать экспорт, а контролируемый со стороны США (с точки зрения добычи нефти) Ирак стал его наращивать. В результате перед Саудовской Аравией встала старая дилемма 80-х: пытаться сдерживать падение цен, работая на своих конкурентов, или не препятствовать ему, сохраняя свою долю на рынке.

Саудиты учли опыт 30-летней давности и не стали прибегать к заведомо проигрышной стратегии. Тем более, что снижение цен подавляет их опаснейшего конкурента — «сланцевую нефть» США: доля импортной нефти в американском потреблении, упавшая было с 60 до 30 процентов, уже вновь лезет вверх. Конечно, «сланцевая нефть» останется — но отрасль будет консолидирована крупнейшими игроками, которые, в отличие от массы мелких производителей, станут жестко контролировать динамику добычи.

Разумеется, нефть просто не может подешеветь слишком сильно: вероятно, естественный порог — 45 долл./барр. Оттолкнувшись от него, она начнет дорожать.

Саудовская Аравия обладает достаточными резервами (более 770 млрд. долларов) и кредитным рейтингом, чтобы продержаться в течение всего периода «дешевой нефти», не уступая своей доли рынка и мирясь с дефицитом бюджета (который исчезает лишь при 95 долл./барр.). А этот период когда-нибудь да закончится — ибо средняя себестоимость добычи «сланцевой нефти» в США с налогами составляет 65 долл./барр., и работать себе в убыток, равно как и концентрироваться на более удобных месторождениях, отрасль сможет долго, но не бесконечно. Ждать же серьезных налоговых поблажек в условиях бюджетного дефицита, пусть и сократившегося вдвое, не приходится.

Реальной проблемой Саудовской Аравии является не дешевая нефть, а угроза политической стабильности. Для списания международных долгов, давно ставших очевидно безнадежными и продолжающих нарастать, глобальному бизнесу нужна масштабная война. Попытки разжечь ее наблюдаются на Украине и Ближнем Востоке. Идеальной мишенью для дестабилизации последнего является Саудовская Аравия — хранитель святынь исламского мира, страна достаточно малонаселенная и неустойчивая из-за архаичной политической системы.

Победы исламистов в Йемене и заявление одного из лидеров Исламского государства о неправомерности «поклонения камням» в связи с этим представляются прямой и явной угрозой Саудовской Аравии, справиться с которой может лишь очень энергичный лидер.


Мнение колумнистов может не совпадать с точкой зрения редакции

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть