Хотят ли лидеры войны

19.11.2014

Петр АКОПОВ, публицист

Чем дальше уходит в историю саммит «большой двадцатки» в Брисбене, тем сильнее ощущение искаженности в его оценках по горячим следам. В информационной картине западных СМИ (а самые влиятельные из них формируют мнение других СМИ и элит незападных стран, включая российские) главным итогом встречи стало не то, чему был посвящен саммит (проблемы мировой экономики), а то, как вели себя с Владимиром Путиным западные политики. Они якобы всячески демонстрировали президенту России свое недовольство — часть австралийских чиновников не приветствовала его на аэродроме, канадский премьер посоветовал ему «убираться с Украины», на фотографировании его поставили с самого края, за ланчем никто не хотел сидеть рядом. И как следствие — новость о том, что Путин покинул саммит досрочно, «униженный и оскорбленный». Главную атаку на Путина Запад предпринял через СМИ — ведь руководители атлантических стран вынуждены были вести себя с президентом России достаточно аккуратно, так что для создания нужного эффекта необходима была именно «правильная подача».

Руководители англосаксонских стран (США, Великобритания, Канада и Австралия) испытывают к России и лично к Путину крайнюю степень неприязни и раздражения, но вынуждены держать себя в руках. Как бы не были они возмущены «наглостью» России, позволяющей себе то, что не позволено никому в формирующемся ими мировом порядке — отстаивать собственные национальные интересы, как бы не считали Россию слабой и неспособной сломать их планы глобализации, но дразнить «русского медведя» они все же опасаются. Поэтому единственное по-настоящему резкое заявление было сделано канадским премьером Харпером — но не публично, под камеры, а при рукопожатии с Путиным. И стало известно СМИ через пресс-секретаря премьера. А австралийский премьер Эббот, пару месяцев назад обещавший «взять за грудки» Путина, в итоге уподобился милому коале.

Единственное, на чем отыгрались австралийцы, так это на протоколе — отсюда и история с «крайним» местом на групповой фотографии. Чтобы представить Путина изгоем, добавили кадры с ланча, где Путин сидит один — не важно, что потом к нему подходит бразильская президентша. Запустили слух о досрочном отъезде, выглядевшем как демарш, — вот только запланирован он был, как выяснилось, еще до прилета. Такая подача событий очень напоминает освещение недавнего пекинского саммита АТЭС, когда западная пресса вдруг бросилась осуждать Путина за то, что он укрыл пледом жену китайского лидера — при этом практически ни слова не говоря о новых российско-китайских газовых контрактах и все более явном союзе Москвы и Пекина. Примитивное переключение тем с действительно важных на, мягко говоря, надуманные, свидетельствует о том тяжелом положении, в котором оказался Запад не только в противостоянии с Россией из-за Украины, но и в целом на мировой арене.

Чтобы оценить то, что на самом деле произошло в Брисбене, стоит посмотреть на саммиты «большой двадцатки» в динамике. Возьмем прошлую встречу, в Санкт-Петербурге в начале сентября 2013-го. Тогда в центре внимания тоже была не официальная повестка (она всегда экономическая) — мир стоял на грани войны. США были готовы нанести удар по Сирии, что могло вызвать цепную реакцию по всему региону, привести к началу войны с участием Ирана и обладающего ядерным оружием Израиля. Обама не хотел воевать, но «партия войны» в США подвела его к ситуации, когда он должен был сдержать слово. В итоге ситуацию спас Путин — Россия предложила вариант, который позволил Обаме, пусть и с частичной потерей лица, отказаться от удара по Сирии. Это произошло уже после саммита, но стало возможным благодаря тому разговору, который состоялся между двумя президентами «на полях». При этом изначально Обама не хотел устраивать отдельную встречу с Путиным — ведь США были озлоблены тем, что незадолго до этого Россия отказалась выдавать им бывшего сотрудника АНБ Сноудена. Собственно говоря, после появления Сноудена в московском аэропорту и начался открытый конфликт Вашингтона и Москвы — Америка была готова на все, чтобы заполучить бывшего агента, и когда Россия не поддалась давлению, стало понятно, что начинается новая холодная война.

Сирия, которую Путин уберег от американского удара, стала еще одним имиджевым поражением США, а последовавший в ноябре отказ Киева от подписания соглашения о евроинтеграции окончательно вывел Штаты из себя. И начавшийся затем евромайдан стал ответной реакцией Вашингтона, дав старт украинскому кризису, тяжелейшему за последнюю четверть века. Но в начале сентября 2013-го никто не мог предсказать, ударят ли США по Дамаску, и уж тем более предвидеть, что Путин сумеет не только предотвратить этот удар, но еще и развернуть Януковича на Восток. Тем не менее, все это произошло в течение двух месяцев после саммита.

Ко времени брисбенской встречи мировая ситуация становится еще более напряженной. Разваливается Украина, в Ираке и Сирии образовался «Исламский халифат», идут бои. Запад пытается изолировать Россию, но при этом за этот год положение США лишь ухудшилось. Они потеряли доверие практически всех своих союзников на Большом Ближнем Востоке (в первую очередь Саудовской Аравии, Египта и Турции), осложнили отношения с Китаем, так и не смогли ликвидировать последствия разоблачений Сноудена по прослушке иностранных лидеров. А главное, вынуждены наблюдать за тем, как БРИКС выстраивает контригру в мировой финансовой системе и проводит геополитическую комбинацию, направленную на дальнейшее ограничение американского влияния. Даже в ходе саммита в Австралии Пекин умудрился провести юанизацию Канберры, продемонстрировав Вашингтону, куда движутся дела в Тихоокеанском регионе, поворот в сторону которого был приоритетом для Обамы.

Единственное достижение США за последний год — привязывание к себе европейских сателлитов и попытка обрушить их связи с Россией — слишком шатко. Ускорение процесса создания трансатлантического экономического партнерства, к которому Вашингтон всячески подталкивает ЕС, хотя и вызывает одобрение все большего числа европейских лидеров, неизбежно станет поводом для еще больших разногласий в Европе. И приведет к росту сопротивления той части национальных элит, которая и так считает крайне вредными для Старого Света атлантические планы глобализации. А учитывая, что одновременно США вынуждены оказывать все растущее давление на Европу, дабы та продолжала конфликтовать с Россией, в один прекрасный момент пружина может распрямиться. Конечно, этого не произойдет к следующему саммиту «двадцатки» — если, правда, не начнется вторая фаза мирового финансово-экономического кризиса. А к нему подталкивает в том числе и нежелание США соглашаться на реформу МВФ — то, на что им прямо указали на саммите в Брисбене все его участники.

Осенью 2015 года саммит «большой двадцатки» пройдет в Турции — что окажется тогда главной проблемой? Мировой финансово-экономический кризис? Крах доллара? Большая война на Ближнем Востоке? На Украине? Или в Афганистане и Пакистане? Крупный конфликт на Дальнем Востоке? Мир вошел в активную фазу смены мирового порядка — и встречи мировых лидеров будут озарятся заревом все более крупных пожаров.

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть