Ну, флирт, погоди!

14.03.2014

Исраэль ШАМИР, российско-израильский писатель и публицист

Задумывались ли вы, чего хочет Волк от Зайца в лучшем мультике всех времен и народов «Ну, погоди!»? Я за компанию с маленьким сыном пересмотрел несчетное число серий и пришел к выводу: «съесть» — это эвфемизм. Зайка (явно девочка, несмотря на мальчиковые шорты) от приставаний Волка убегает, однако регулярно спасает своего преследователя, когда тот оказывается в опасном положении. То есть перед нами — классическая забава полов. Грубый Волк нагло пристает к хорошенькому Зайчику, тот (та) прячется, но особого ужаса не испытывает, а под занавес принимает букет. Ведь это только игра. Мы все не раз играли в нее на протяжении жизни.

И вот теперь этой игре придет конец — если думскому депутату-справедливороссу Олегу Нилову удастся протащить свой законопроект против сексуальных домогательств. Кстати, он предложил его российскому парламенту аккурат в преддверии 8 Марта. На Западе (сначала в США) подобные законы появились не так давно, в начале 90-х, но уже способствовали обрушению нормальной жизни миллионов американцев и европейцев. Злокачественный цвет гей-культуры тоже вырос на почве, подготовленной законами о сексуальных домогательствах, когда ухаживание подвели под криминал. Сейчас эту холеру собираются притащить в Россию.

Нам часто говорят о пользе приватизации. И только в одной области государственное вмешательство растет изо дня в день — это частная жизнь. Вроде бы мальчики и девочки сами прекрасно справлялись с ситуацией. Неужели что-то радикально изменилось во взаимоотношениях полов? 

Конечно, нет. Поворотным пунктом на Западе была революция 1968 года. Пусть и неудачная, она серьезно напугала людей, стоящих за официальной властью — олигархов и их прислужников. Им пришла в голову простая идея — посеять рознь между людьми, чтобы люди не объединились против них. 

Самый простой способ — провозгласить кого-то жертвой. А статус жертвы дает право на многое. Недаром в американских фильмах, прежде чем герой проводит свой небольшой геноцид в рамках городка, долго показывается, как над ним издевались, как его обижали — пока, наконец, он не отомстил. В качестве средства была избрана identity politics, политика социальных групп — полов, религий, национальностей. Результат превзошел все ожидания: западное общество оказалось раздробленным, разобщенным и не способным к сопротивлению.

Радикальное феминистское движение, как мы сегодня знаем, было выращено с помощью фондов ЦРУ и других американских спецслужб. Еще в августе 1969 года глава отделения ФБР в Сан-Франциско написал: «Движение за освобождение женщин (The Women’s Liberation Movement) ослабляет революционное движение, раскалывает его и делит на малые группы. Мы рекомендуем использовать его в подрывных целях...» Сказано — сделано. Фонды Рокфеллера и Форда направили миллионы долларов на раскачку феминизма и создание факультетов women studies, гендерных исследований. 

Одной из первых раскрученных радикальных феминисток семидесятых годов была Глория Стайнем. Как выяснилось позднее, Стайнем как агент ЦРУ доносила на студентов-марксистов и срывала их встречи. Журнал Ms, где она была соучредительницей, получал постоянное содержание от ЦРУ. Правда, к концу 70-х эти связи были раскрыты.

На Западе удалось вбить клин между мужчинами и женщинами. Пострадали и те, и другие. Детей стало меньше, разводов и иммигрантов — больше. На передний план вышли радикальные феминистки лесбийского разлива; по их учению, мужчины хотят не совокупляться с женщинами, но господствовать над ними. И что удивительно — в это поверили. Многим женщинам понравилось быть жертвами мужского произвола.

А уж как это понравилось власть имущим! У них появилось новое средство борьбы с неудобными политиками. Например, Израиль в этой области — впереди планеты всей. Большинство политических оппонентов устраняются при помощи жалоб на сексуальные домогательства. Причем ложное обвинение в харассменте декриминализовано. То есть женщина может, ничего не боясь, обвинить любого мужчину в том, что он к ней приставал. Получится — он уйдет в отставку, и она срубит бабла, а не получится — ничего страшного. Так оказался в тюрьме бывший президент Израиля Кацав, завершилась карьера Рамона, запнулся Шауль Мофаз... И заодно погибло когда-то мощное израильское левое движение — оно перестало интересоваться рабочими и переключилось на обслуживание «жертв» — женщин и геев. То есть, утратив общественную актуальность, превратилось в нечто вроде кружка по вышиванию крестиком.

Не важно, что большинство жалоб в Америке и в Европе оказывается недоказанными или неподтвержденными. Сам закон влияет на умы, настраивает мужчин против женщин и наоборот. А когда нормальные половые отношения становятся потенциально опасными, в атмосфере повышенной сексуальности, нагнетаемой СМИ, резко вырастают шансы геев и других сексуальных предаторов. 

В России, слава богу, этого пока нет. И не надо. Как не надо и других западных изобретений по фрагментации общества. Со слишком назойливыми ухажерами, которые явно переступают грань, справляется полиция — статьи о хулиганстве никто не отменял. А если законопроект Нилова будет принят, нас ждет не только ускоренный демографический спад, но и растущее разобщение между мужчинами и женщинами.

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть