Учитель нас проводит до суда

18.04.2019

Станислав СМАГИН, публицист

Очередной — ​увы, именно так — ​случай рукопашной схватки учителей с учениками произошел в Красноярске. Женщина-педагог, которую аттестуют как скромную и спокойную, судя по распространенному видео, довольно молодая, сначала поругалась с двумя подопечными, а затем надавала им тумаков. В результате у одной девочки синяк под глазом, у второй — ​сотрясение мозга, ссадины и ушибы. Виновнице грозит до двух лет лишения свободы.

История привычная. То тут, то там педагоги, отвечающие не только за знания, но и за души человеческие вступают в бой с телесными оболочками этих самых душ; битвы же на словах еще более часты. И каждый раз произошедшее освещают по обкатанному сценарию: сами пострадавшие и одноклассники, уверяющие, что «ничего не сделал, только зашел», негодующие родители, директор школы, заявляющий, что возмущен и осуждает. Хор порицающих коллег и экспертов. Сам виновник, подавленный, не понимающий, как такое вышло, но глубоко раскаивающийся и готовый понести наказание. При этом фоном иногда сообщается, что пострадавшие походили на исчадия ада и не первый год занимаются провокациями старших, но данные ремарки идут мелкой строчкой, которая никак не влияет на финальную оценку. «Они ж дети…» Каким бы ни был ученик — ​учителю нет оправданий. Но так ли все однозначно?

Тема хронического недопонимания между целыми поколениями и в отношениях педагогов со школярами стара, как Мафусаил. С введением всеобщего обучения, она никуда не ушла, но приняла новые формы. Когда-то учитель мог и даже должен был, согласно уставам, хорошенько выпороть набедокурившего ученика. Подчас это приводило к печальным последствиям: вспомним, к примеру, «Мелкого беса» Фёдора Сологуба. Постепенно уставы, нравы и нормы гуманизировались, но, положа руку на сердце, шла ли эта гуманизация нога в ногу с улучшением человеческой породы?

Я читал когда-то замечательную советскую педагогическую повесть. Один из ее героев — ​учитель, помнится, едва сдерживался, чтобы пощечиной не стереть наглую ухмылку с лица неблагополучного старшеклассника, хама, мерзавца и отпетого хулигана, которого оставляли в школе ради сохранения пристойных показателей, а также следуя логике «не будем портить мальчику жизнь, вдруг исправится». Да, наставнику все-таки удалось усмирить свой гнев, но эпизод характерный. А ведь с тех пор и нравы, и социум катастрофически деградировали. Я ни на секунду не отказываюсь от добрых слов, сказанных мной на страницах «Культуры» в адрес множества юных героев, достойных и мужественных. Но они пробиваются сквозь обстоятельства и повседневность, словно трава сквозь бетон — ​не благодаря, а вопреки. А вот случаи типа красноярского — ​это именно что «благодаря».

Сибирская преподавательница, скорее всего, полностью или в общих чертах сформировалась в постсоветской России. А ведь уже в ближайшем будущем в возраст профессионального самоопределения вступят ребята, участвующие и в буллинге, и в нынешних школьных битвах с другой стороны баррикад. Впрочем, это уже не первое такое задиристое поколение — ​сейчас просто стало больше медийного шума. Предыдущие возрасты давно определились, кто-то уже и работает. И, просто исходя из статистики и законов больших чисел, некоторые из прежних юных хамов сами станут учителями. Одни по стечению обстоятельств, а какие-то — ​из сознательного озорства: недавно цеплял учителей как ученик, теперь буду третировать последних в ином качестве. Весьма вероятный сценарий в постмодернистском мире, где жизнь — ​лишь полигон для игр и смены ролей.

Например, в СМИ до сих пор регулярно появляются новости о трех парнях, четырнадцать лет назад зверски зарезавших водителя в Перми: один из убийц в зале суда утешал и оправдывал товарища фразой, мгновенно ставшей крылатой: «Пацан к успеху шел, не фартануло». О судьбе же засветившихся в школьных скандалах забывают буквально через несколько дней. А что сейчас с девятиклассниками из Иркутской области, которые в 2010-м прогремели на всю страну тем, что регулярно избивали пожилую преподавательницу физкультуры, страдавшую от провалов в памяти, и затем выкладывали в сеть видеозаписи своих «подвигов»? Они часом сами уже не учителя, не врачи, не полицейские?..

И при этом — ​учительский хлеб в нашей стране один из самых тяжелых. Мизерные зарплаты, контрастирующие с устоявшимся образом ненасытных коррупционеров с указкой, бесконечная бюрократия, тонны необходимой к заполнению документации, изнурительная борьба за лишние часы занятий, интриги в коллективе… Со всем этим убийственным грузом философски улыбнуться измывающемуся над тобой ученику и усмирить его глубокомысленной притчей или остроумным воспитательным ходом может лишь истинный подвижник. А их в любое время и в любом месте не так чтобы много — ​у нас же сейчас и подавно острейший дефицит. Неплохо хотя бы просто без открытого скандала разрешать конфликты, не теряя при этом авторитет в глазах подопечных. Однако и такая задача в наши дни уже тяжела.

Поэтому, во многом справедливо критикуя срывающихся педагогов, следует признать, что никак не меньшая вина лежит на учениках, родителях, системе образования, обществе и государстве. И чтобы справиться с данной катастрофической ситуацией, когда каждое поколение враждующих и связанных одной цепью учителей и учеников хуже предыдущего, нужны решения и шаги совсем иного уровня, нежели наигранное удивленное негодование: «Мы думали, он Макаренко, а он чижика съел!».

Повышение финансово-материального обеспечения, укрепление престижа профессии, дебюрократизация, введение таких норм, при которых ученик, нахамивший учителю, должен бояться, что вылетит из школы, а не наоборот — ​вот лишь самый краткий список промежуточных мер, способных если не устранить причины, то хотя бы смягчить последствия очевидного кризиса. Иначе из порочного круга мы уже не выберемся никогда.


Мнение колумнистов может не совпадать с точкой зрения редакции



Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть