Свежий номер

Нас разрушающий экран

21.02.2019

Владимир МАМОНТОВ, журналист

Над планетой летают вечные крылатые миротворцы, телеграмма и письмо приходят без бумаги, мозги и груди делают из кремния, а на встречах со зрителями как спрашивали, почему на страницах и экранах столько насилия, крови и расчлененки, так и спрашивают. Возмущаются.

А я как не знал ответа, так и не знаю. То есть шаблон у меня есть: насилие — штука базовая, без него на деле никуда. Потому тему нещадно эксплуатируют. Зритель смотрит, захвачен, кровь играет, кулаки сжимаются. Доказано же, что у болельщиков те же рефлексы в тех же мышцах, что и у Роналду. Плюс пивасик. И когда Анна Каренина устремляется под поезд, то мы отчасти делаем это вместе.

Впрочем, тут классика, где каждая точка — нервное окончание. Тут, скорее, ум и сердце подключены, чем икроножная и трапециевидная мышцы. В современных зрелищах с базовыми чувствами чаще работают напрямую: IMAX не МХАТ, тут у вас помимо воли поджилки трясутся, когда герои прыгают в пропасть. А потом вспыхивает свет и вы, приосанившись, говорите: какая дешевка! Какой примитив! Мной попользовались! В следующий раз иду во МХАТ! Но, во-первых, не факт, что в современном театре вас не встретят утонченной расчлененкой, а во-вторых... С сеанса-то вы не ушли. Отдрожали свое. Это важно.

Посмотрите на опросы. Мы говорим социологам, что не хотели бы видеть на экранах то, что реально пугает в жизни. Мы уверяем социологов, что для нас главные нежелательные темы в творчестве обслуживающих общественность художников и режиссеров — насилие и суицид (46 процентов). Мы, если нам верить, не желаем наблюдать на экранах алкоголь и наркотики (41 процент). Больше того: нам нежелателен секс (34 процента).

Ответьте мне, люди добрые: кто ж тогда смотрит бесконечные сериалы на популярных каналах, некоторые из которых упростились до того, что, кроме этих сериалов, целыми сутками ничегошеньки не крутят? В этих сериалах без конца убивают, расчленяют, препарируют трупы и показывают это в подробностях. Герои то и дело вешаются на загвазданных кухнях и бросаются с крыш. Наркоманы затягивают в сети малолеток. Алкоголики-информаторы клянчат у сотрудников правоохранительных органов на бутылку. Школьницы совращают учителей — и наоборот. Сатанисты, мародеры, шулера, сутенеры, извращенцы набиты вплотняк. И? А что «и»? Каналы при этом процветают! Были времена, когда они послушно выполняли все то, что мы говорим социологам. Каналы искренне талдычили о высоком, играли на пианинах и даже немножко ругали власть! Толку ноль. Ни рейтинга, ни лайка, ни проклятия. Прозябание.

Примерно то же происходит и с другой темой: бесконечное копание в грязном белье звезд. В этом случае участники соцопросов говорят, что возмущены бесконечными выяснениями подлинных ДНК, некрасивыми объяснениями в студиях, когда претенденты на наследство таскают друг друга за волосы, а престарелые звезды попадают в лапы молоденьких негодяек. Я полагаю, они, а точнее, мы подсознательно ставим себя на место героев и ужасаемся: так вот какими жестокими мы можем быть. Вот такими примитивными и алчными. И напротив: вот как может с нами обойтись родня. Друзья. Любимые. Да, мир жесток. Но жестокость эта, она что, вирус с Марса?

Это порождает в нас нешуточное противоречие. Неприятная догадка, что с нами может произойти то же самое, что в реальности мы недалеко ушли от чудовищ с экрана, мучит нас — и это спасительная мука. Мы подсознательно выбираем спасательный круг: нет, нет, не мы, а телевизор, интернет, школа, среда — они, проклятые, пустили нашего ребенка по кривой дорожке. Задали окружающим неприемлемую, некрасивую, губительную модель поведения.

Ну, да, мы прячем голову в песок. А доблестные мастера искусств? Те смело вскрывают наши язвы и болячки, несут правду жизни, они всего лишь зеркало на грязной дороге... Сколько раз я слышал, как этот шаблон завершал все ответы зрителям на неустанные вопросы про кровь, расчлененку и белье звезд! Чем он фальшив и опасен? Тем, что игнорирует, подавляет робкое желание страусов стать лучше. Ориентироваться на идеал, как на огни бакенов, что расставлены по извилистой реке жизни. Которая в действительности у нас одна — и прожить ее надо так...

Процитирую блогера Марию Андрееву, с которой совершенно согласен: «Я не могу понять, почему наше кино никогда не жизнеутверждающее. Это всегда либо стенания и беспросветность... либо жесткая ирония, но ни разу не про то, что жить — хорошо. В русском кино жизнь — боль, страдание, пьянство, нелюбовь, это какая-то горькая правда, ирония судьбы и все такое. В западном — это про то, что жить здорово... Даже если у тебя низкий IQ («Форрест Гамп»). «Три билборда...» — совсем не про райскую жизнь, но даже там есть надежда. А у нас нет — никакой. Хтонь, хмарь и вечный ужас с нищими, жестокими, обездоленными, глупыми, ворующими и т.д.»

Ладно, не все у нас на экранах так беспросветно, но давайте зададимся важным вопросом: Форресты Гампы есть в реальной Америке или их подселяют в головы из Голливуда? Правда интересно.


Мнение колумнистов может не совпадать с точкой зрения редакции




Распечатать

Поделиться

Назад в раздел