Не Абэ с кем

23.01.2019

Игорь ШАТРОВ, политолог

Долгожданная 25-я встреча Владимира Путина и Синдзо Абэ состоялась, и обеими сторонами признана успешной. Хотя фон, который постарались создать накануне переговоров японцы, не очень располагал к диалогу. Поэтому любой итог, подразумевающий дальнейшее общение по столь щекотливому вопросу, как мирный договор между Москвой и Токио, можно считать позитивным. Контакты будут продолжены — ​это сейчас главное.

Вместе с тем еще несколько дней назад было тревожно. Японский премьер явно поторопился с заявлением о том, что россияне, проживающие на четырех островах, обязаны принять участие в обсуждении своего будущего в случае передачи Курил. При этом никаких действий по их насильственному переселению со своих «северных территорий» Токио предпринимать не будет. Спасибо, конечно, соседям, успокоили. Но вообще-то подобные заявления считаются весьма провокационными. Неудивительно, что наш МИД расценил слова Абэ как вмешательство во внутренние дела России и вызвал посла Страны восходящего солнца на «ковер». Впрочем, по лицам двух президентов на встрече нельзя было заметить, что неосторожность японского лидера осложнила диалог.

Также накануне визита в Россию японский премьер сообщил, что весной еще раз планирует обсудить ряд вопросов с Путиным. Но в Москве лидеры не сказали об этом ни слова. Похоже, взвесив все «за» и «против», стороны пришли к выводу, что достойных поводов для новой личной встречи за столь короткий срок не возникнет. Оттого почву для дальнейшего общения первых лиц станут готовить министры иностранных дел. Их переговоры намечены на февраль. Иначе в Осаке на саммите G20 Путину и Абэ придется обсуждать только перекрестный год культуры Японии и России, а не дискуссионный мирный договор.

Меж тем Абэ спешит. У него осталось совсем мало времени перед грядущими выборами, чтобы выполнить обещание, данное на могиле отца: вернуть Курилы Японии. Премьерские полномочия Абэ истекают уже осенью 2021 года. Ему нужен результат как можно скорее. Однако Россию в нынешней геополитической ситуации больше устраивает диалог с Японией непосредственно как процесс, ставящий Токио в определенную зависимость от Москвы.

Тут следует провести интересную параллель. Российско-японские отношения отчасти сравнимы с российско-германскими. И в том, и в другом случае речь идет о ближайших союзниках Соединенных Штатов, странах, потерпевших поражение во Второй мировой войне и, по сути, до сих пор полностью контролируемых американцами. Прогресс в коммуникации Германии и Японии с Россией — ​токсичная кость в горле США. Так было во второй половине века XX, так остается и сейчас, в веке XXI. Когда в 1956 году СССР выразил готовность передать Стране восходящего солнца остров Шикотан и гряду Хабомаи, госсекретарь США Джон Фостер Даллес поставил союзникам ультиматум: если Токио пойдет на компромисс с Москвой, то никогда не увидит Окинавы и архипелага Рюкю, на тот момент находившихся под управлением Вашингтона. Незадолго до встречи Путина и Абэ в японскую прессу просочилась информация, подтверждающая данный факт. Возможно, это было сделано намеренно, в пику американцам.

Нынешние отношения между Россией и Японией комфортно-прагматичны, и, главное, у них есть серьезные перспективы. Токио нужны российские энергоносители и кратчайшие транспортные коридоры (Транссиб и Северный морской путь), а также интересно новое пространство для инвестиционных проектов. Япония привлекает нашу страну как рынок сбыта энергоресурсов, источник инвестиций и обладатель передовых технологий в различных сферах. Так что мешает и дальше развивать взаимовыгодное сотрудничество, расширяющееся, по словам Путина и Абэ, с каждым днем? Для чего нужны переговоры о Курильских островах?

Отсутствие взаимно признанной разделительной черты является постоянным раздражителем и угрозой перманентного осложнения отношений. Поэтому делимитация и демаркация границ — ​необходимое условие добрососедского существования. Неурегулированные же пограничные споры отнюдь не располагают к сотрудничеству. В качестве характерного примера вспомним «заблудившихся» японских рыбаков, которых российские пограничники регулярно вылавливают в наших территориальных водах. Именно поэтому странам, с каждым годом наращивающим экономические и культурные связи, мирный договор и последующее решение пограничного вопроса все же необходимы.

«Мы считаем, что у нас вообще нет никаких территориальных проблем. Это Япония считает, что у нее есть территориальные проблемы с Россией. Мы готовы на этот счет разговаривать», — ​заявил Путин два года назад. Это, собственно, и есть принципиальная позиция Кремля на нынешних и ближайших переговорах. И как следует из текста Совместной декларации, взятой за основу для начала диалога, сначала Япония должна признать итоги Второй мировой войны, суверенитет России над всеми Курильскими островами — ​только после этого возможны переговоры о Южных Курилах как о российской территории, допуск к которой Москва при определенных условиях могла бы японцам разрешить. На том стоим и стоять будем, так что Синдзо Абэ придется хорошенько поломать голову над тем, как выполнить свое «курильское» обещание.


Мнение колумнистов может не совпадать с точкой зрения редакции




Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть