Тут — ​помню, тут — ​не помню

31.01.2018

Владимир ХОМЯКОВ, сопредседатель движения «Народный Собор»

К странным порядкам, царящим на Украине, мы, казалось, должны были привыкнуть. Но у «небратьев» все время находится чем удивить. Недавно местный писатель-фантаст Юрий Винничук отметился тем, что обвинил в «плагиате» классиков русской литературы Михаила Булгакова и Александра Пушкина. До этого директор Института национальной памяти Украины Владимир Вятрович заявил об опасности «щупалец русского мира»: по его словам, творчество Владимира Высоцкого и Виктора Цоя слишком напоминает о едином культурном пространстве с Россией.

Воевать с прошлым (с Донбассом ведь не очень получается) — ​любимое занятие киевских патриотов. Тут и сомнительные утверждения о создании «древними украинцами» шумерской цивилизации, об их главенствующей роли в европейской культуре, о никогда не существовавшей «козацкой» государственности и нескольких «русско-украинских войнах». Кстати, самый свежий пример этого поставленного на конвейер псевдоисторического мифотворчества готовятся скормить в 2019 году: начаты съемки новой эпохальной картины о Степане Бандере, в которой известный садист и террорист представлен «отцом нации».

Впрочем, больны исторической амнезией не только украинцы. Тенденция общеевропейская, чтобы не сказать — ​общезападная. Не так давно отмечался введенный решением ООН День памяти жертв холокоста. Прибывший в Москву израильский премьер Биньямин Нетаньяху вместе с президентом Владимиром Путиным посетил московский Еврейский музей и центр толерантности, открыв там выставку, посвященную успешному восстанию узников фашистского концлагеря «Собибор» в Польше. Руководили восстанием младший лейтенант Красной армии Александр Печерский и другие советские военнопленные. Уничтожив часть охраны, они бежали через минное поле в лес. Не приняли участие в восстании 130 человек, а 170 были пойманы в ходе последовавшей поисковой операции — ​всех их казнили. Сам Печерский добрался до партизан, а потом воевал в рядах 15-го штурмового батальона в составе 1-го Прибалтийского фронта и дослужился до капитана.

Все предельно ясно — ​отчаянный подвиг узников заслуживает восхищения и памяти. Однако поляки, демонстративно принявшие 22 июня прошлого года закон о сносе советских монументов воинам-освободителям, и в этом случае повели себя, мягко говоря, гадко. А именно — ​исключили Россию из участия в проекте по созданию монумента памяти в «Собиборе», замолчав подвиг Печерского и его товарищей.

Почему это было сделано, объясняет новый закон, запрещающий любые упоминания о каком-либо участии «польской нации» в преступлениях, совершенных во время холокоста.

Как известно, из двух миллионов воевавших в немецком вермахте европейцев поляки составляли четверть — ​более 500 тысяч, в стране активно формировались войсковые батальоны из добровольцев («Легион Белого Орла» и другие), а для карательных операций — ​подразделения полиции и СС. Охрана «Собибора», кстати, за исключением пары десятков немецких офицеров и унтеров, состояла сплошь из украинских и польских коллаборационистов.

Но и простые поляки активно участвовали в преследованиях. Известен, например, случай, когда летом 1941 года жители деревни Едвабно загнали в овин и сожгли сотни еврейских женщин, стариков и детей. Кстати, из спасшихся узников «Собибора» около 90 человек было выдано немцам или самостоятельно уничтожено местным населением.

Повторять эти факты стоит не затем, чтобы демонизировать польский народ, явивший примеры подлинного героизма в борьбе против нацисткой Германии. Почти все европейские страны, успев в 1945-м вовремя перебежать на сторону победителей и объявить себя «жертвами германской оккупации», в начале войны работали на Рейх, посылали своих солдат воевать с нами и с энтузиазмом помогали Гитлеру уничтожать тех, кого он признавал «недочеловеками». И сегодня единственным средством забыть об этом своем соучастии в преступлениях является историческая амнезия и бредовые обвинения в адрес главного победителя — ​СССР.

Именно поэтому украинцы меняют Пушкина на Бандеру. Никакой иной культуры у них нет, признавать советский опыт трудно и приходится снова присягать фашистам. Тем самым, против которых в Варшаве принимают закон о «запрете бандеровской идеологии», — ​нельзя считать героями тех, кто устроил Волынскую резню, уверены в Польше. Можно — ​кричат из Киева. Две несчастные восточноевропейские страны с тяжелым прошлым, вместо того чтобы найти в истории периоды, которыми можно было бы гордиться, заняты спором о том, чья амнезия глубже. Да ничья, все хороши.


Мнение колумнистов может не совпадать с точкой зрения редакции

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть