Невероятная жизнь Томаса Манна

03.08.2015

В Государственном музее А. С. Пушкина на Пречистенке проходит выставка «Томас Манн. Жизнь писателя в фотографиях», подготовленная Архивом Томаса Манна в Цюрихе совместно с московским Гёте-Институтом. Проект стал одним из заключительных аккордов Года немецкого языка и литературы в России.

Экспозиция приурочена к 140-летию со дня рождения классика (6 июня) и продлится до 30 сентября. В нее вошли более шестидесяти фотоснимков, отражающих жизненный путь одного из важнейших писателей ХХ века, автора «Будденброков», «Доктора Фаустуса», тетралогии об Иосифе и его братьях. Кураторы стремились показать две стороны жизни Томаса Манна — семьянина и публичного человека, «каждое слово которого приобретало политическое и общественное значение». Первый — отдыхал с женой и детьми у моря, гулял с любимой собакой Люксом, самозабвенно трудился над рукописями в домашнем кабинете. Второй — читал лекции в ведущих университетах мира, выступал с научными докладами в компании Эйнштейна и получал докторские звания.

Как и любая фотовыставка, эта приоткрывает действительность, отличную от той, что описана в литературных биографиях. Нечто едва уловимое в выражении лица, взгляде, выхваченных объективом позах. Требуется некоторое время, чтобы всмотреться и вчитаться (хронику сопровождают фрагменты записей писателя из мемуаров и дневников), чтобы осознать, как поразительно сложилась его жизнь. Ярый противник нацистской идеологии, к тому же еще женатый на женщине из еврейской семьи, Томас Манн чудом избежал всех тех катаклизмов, которые сотрясали его страну, били и ломали его не менее одаренных современников. Если взглянуть на творческую судьбу Манна, то на фоне эпохи она и вовсе кажется безоблачной. Как о выдающемся писателе о нем заговорили, когда ему не исполнилось еще и тридцати. В 1929 году становится лауреатом Нобелевской премии по литературе. Затем следуют премия Гёте (1949), орден «За заслуги» (1955) и еще свыше десяти почетных степеней, в том числе Оксфордского, Кембриджского и Боннского университетов.

Фото: pushkinmuseum.ru

Хронологически выставка организована последовательно, но фрагментарно: зажиточное детство в Любеке, богемные годы эмиграции в Швейцарии и Франции, почтенная зрелость в США, возвращение в Швейцарию, где Манн встретил «закат жизни». Среди первых изображений — портреты родителей: от матери-креолки Манн унаследовал южные черты лица и выразительную линию подбородка, от отца — ясный и проницательный взгляд. Далее — снимок с братьями в классическом бюргерском стиле и групповая фотография в гимназии «Катаринеум», где будущий писатель учился через силу и без удовольствия. В том же разделе — роскошный «Дом Будденброков» в Любеке, где семья жила до смерти отца, успешного предпринимателя и городского сенатора. Эти фотографии рождают интересные переклички с кадрами последних лет: Манн с женой на фоне полуразрушенного во время войны «Дома Будденброков», от былого великолепия которого не осталось и следа (1953 г., один из последних визитов в Германию), и торжественный прием в альма-матер писателя — гимназии «Катаринеум».

Фото: pushkinmuseum.ru

Свою будущую жену Катю Прингсхайм Манн встретил в 1904 году. Ее портрет — один из центральных в «мюнхенском» разделе выставки. Через год они поженились, в их семье родилось шестеро детей. Все они росли в достатке и получили хорошее образование, многие пошли впоследствии по стопам знаменитого отца и стали видными литераторами. О благополучии свидетельствует серия фотографий домов, где в разные годы обитала семья Маннов: вилла в Мюнхене на Пошингерштрассе, дом в Кюснахте на Цюрихском озере, калифорнийское поместье в Пасифик Пэлисейдс (где, по словам Манна, у него был самый лучший кабинет) и последний адрес писателя — в швейцарском Кильхберге. Это не считая летних резиденций — в Санари-сюр-Мер на юге Франции (традиционное место встречи эмигрантов из интеллектуальных и творческих кругов) и в Ниде на Куршской косе.

Попал в объектив фотокамеры и балтийский курорт Раушен (ныне — Светлогорск), где Манн писал новеллу «Марио и волшебник». Эффектный кадр запечатлел его сидящим за работой в плетеной кабинке на пляже. «Русский» акцент на выставке не случаен: кураторы уделяют особое внимание взаимоотношениям писателя с нашей литературой. Еще учеником гимназии Манн зачитывался Толстым и ценил русского классика (эпический размах Будденброков вдохновлен романом «Война и мир») не меньше, чем своего небожителя Гёте. Одна из записей в дневнике гласит: «Он, как и Гёте, принадлежит к числу тех бессмертных духов, чей образ жизни кажется мне наиболее привлекательным, и чье чувство жизни во всех проявлениях оживляет мое собственное наиболее непосредственно».

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть